Мой сводный американец (СИ)

Мысли обрываются очередным оповещением.
ghost: А что если я больше не хочу с тобой дружить?
От этих слов в груди неприятно сжимается, ведь я совершенно не понимаю, как их истолковать. Порываюсь притвориться, что не заметила сообщения и убрать телефон, но Призрак избавляет меня от необходимости делать это.
ghost: Я хочу тебя увидеть.
Зажмуриваюсь от того, насколько сильно жар хлынул по моим венам. Кажется, еще немного, и кожа начнет разлетаться, словно тлеющие хлопья пепла от легкого дуновения ветерка.
— Эй, — Марк приобнимает меня за талию и я вздрагиваю, едва не выпуская телефон из рук, — ты с нами или где?
Запихиваю гаджет в сумку и скидываю с себя руку Марка, чтобы он не ощутил, как безудержно колотится мое сердце.
— Конечно с вами, — добавляю в свой голос задорные нотки и окончательно возвращаюсь из своего мирка к друзьям, — просто мама волнуется. Я не отвечала ей весь день. — Старательно скрываю волнение под театральной улыбкой.
— Ну так что, ты согласна? — нараспев интересуется Марк, перекинув мне руку через плечо. И уже через секунду я чувствую, как от его колючего взгляда моя щека моментально вспыхивает.
На что?
Но по непонятной причине, вместо вопроса я произношу совсем другое.
— Разумеется.
Замечаю, как Яра меняется в лице, а Марк расплывается в торжествующей улыбке.
— Я же говорил. Каждая папина дочка хочет нарушить запреты.
— Мия, ты уверена? — озадачено уточняет подруга.
Видя твое лицо, Яра, я теперь не то, что не уверена, а напугана.
— А что в этом такого? — прочистив горло, спрашиваю слегка взволнованным тоном, совершенно не понимая, о чем идет речь.
— Если отец увидит, что ты села на мотоцикл к Марку, он тебя убьет.
Твою ж дивизию!
— Эм-м, — заправляю волосы за уши и, немного поерзав, продолжаю: — Думаю, он переживет единственное мое непослушание за всё время.
— А вот я так не думаю, — совершенно неожиданно раздается надо мной голос Томми, и я тут же оборачиваюсь назад. — Машина — более безопасный вид транспорта.
— А это уж точно не тебе решать! — с вызовом бросаю своему братцу и поворачиваюсь обратно к ребятам. — Может, пойдем прогуляе… ай! — взвизгиваю от грубой хватки на своем предплечье, а в следующую секунду уже оказываюсь поднятой и впечатанной лицом в грудь Тома.
  
Глава 9
 
Мия
— Прогулки окончены. Мы едем домой.
— Пошел ты! — Толкаю его в плечи и сама же отшатываюсь.
— Ты кто такой? — рычит Марк и поднимается с места, закрывая меня своей спиной. — Или у тебя проблемы? — подначивает он Томми, делая шаг навстречу.
По телосложению Марк ни разу не уступает. Я бы даже сказала, в плечах он превосходит Томми. Но, судя по всему, тому плевать, потому что губы моего брата искривляет ехиднейшая ухмылка.
— Я тот, кто сейчас заберет ее отсюда. Но от проблем не откажусь. — Томми склоняется ближе к Марку. — Мне здесь очень скучно, может, хоть ты повеселишь меня? — дразняще добавляет он.
А я, заметив как спина Марка резко напрягается, выскакиваю из-за нее и едва успеваю втиснуться между парнями.
— Хватит! — сдавленно выкрикиваю, расталкивая обоих по сторонам и упирая ладони в грудь одному и второму. — Марк, увидимся в субботу, — осторожно говорю другу и, опустив руки, перевожу раздраженный взгляд на Томми. — Во избежание проблем ты не мог бы подождать меня снаружи?
Несколько долгих секунд он прожигает меня своимбесовским взглядом, после чего все же отступает.
— У тебя есть минута, — холодно бросает американец и тут же направляется на выход.
— Урод, — шиплю себе под нос, демонстрируя его спине средний палец.
Краем уха улавливаю позади себя перешептывания друзей о том, что это мой брат. Видимо, поэтому когда разворачиваюсь к своему столику, сталкиваюсь с их вопрошающими взглядами.
— Не сейчас, ребят! — говорю, поднимая ладони вверх и взяв сумку, перекидываю ее через плечо. — Яр, ты со мной?
 
— Я бы с радостью, правда. Только парни сказали, что через десять минут должна подъехать Ника, мы собирались поговорить по поводу организации вечеринки. Но если тебе нужна компания, я могу…
— Нет. За это не волнуйся. С этим кретином я справлюсь и в одиночку.
— Я могу тебе в этом помочь, — цедит развалившийся на диване Марк, не сводя с меня пристального взгляда.
— Спасибо. Думаю, до этого не дойдет, — отмахиваюсь я.
Наклоняюсь к подруге и чмокаю ее в щеку. Собираюсь уходить, но мне не позволяет рука Марка, притянувшая меня к парню с такой силой, что я заваливаюсь поверх него на диванчик.
— Я буду очень ждать субботы, — опаляет мое ухо горячим дыханием, — а твой братишка пусть держится от меня подальше. В следующий раз я дам ему то, что он выпрашивает.
Натягиваю улыбку, стараясь удержать выпрыгивающее сердце в грудной клетке.
— До субботы, Марк. — Хочу поцеловать его на прощание в щеку, но он резко накрывает мои губы своими, вынуждая ударить себя в грудь. — Твои провокации сейчас не к месту, — раздраженно шепчу я и сразу поднимаюсь на ноги, оглядываясь назад, дабы убедиться, не видел ли этого Томми. Хотя с чего я решила, что это может разозлить брата? — Яра, если что я на телефоне. — Подмигнув подруге, незамедлительно покидаю помещение.
Внутри с бешеной скоростью разгорается раздражение. И его первой причиной является несносный американец, а второй Марк.
Да, между нами не дружба, но и отношениями это не назвать. Скорее, он просто мечтает забраться мне в трусики и внести в список своих трофеев мое имя. По крайней мере, папа считает именно так. И я уверена: любая девчонка была бы этому рада, ведь Марк эталонный красавец. Только вот наглое поведение порой заставляет меня забывать о симпатии к нему. Отдавать свою девственность абы кому я не собираюсь и, думаю, именно это распаляет в нем долбаный спортивный интерес.
Погрязнув в невеселых мыслях, я не замечаю порога, спотыкаюсь и лечу навстречу асфальту, однако падение прерывается вовремя подхватившим меня Томми. В результате я утыкаюсь носом в его торс.
В панике ловя ртом воздух, ощущаю, как легкие заполняет мужской будоражащий аромат. Я словно рыба, проглотившая тестостероновую приманку, замираю в его объятиях и наслаждаюсь искрящимися переливами в собственной груди. От него пахнет грейпфрутом, кедром и… табаком?!
— Под ноги надо смотреть, — бурчит Томми сквозь зубы и ставит меня на ноги. — Идем. Отец велел к ужину быть дома.
Грубый тон немного приводит меня в чувство, так что даже удается скинуть с себя эту сводящую с ума мантию феромонов.
— Отец мог позвонить мне…
— Но не позвонил, — бросает он через плечо и достает из кармана ключи от… машины. Серьезно?!
Я торопливо семеню вслед за ним, но когда вижу отцовскую тачку и то, как американец снимает ее с сигнализации, прихожу в откровенный шок. Но сказать что-либо не позволяет язык, превратившийся в неподвижный брикет. Томми распахивает дверь внедорожника, вальяжно опираясь на нее локтем.
— Мне долго ждать?
— Я не сяду в машину, если ее поведешь ты! — произношу подрагивающим от волнения голосом.
Томми демонстративно цокает языком и матерится одними губами, прежде чем заявить:
— Если не хочешь, чтобы я с позором затолкал тебя внутрь, сядешь.
Да, этот засранец прав. Я абсолютно не желаю, чтобы он прикасался ко мне, тем более на глазах у десятков людей. Боже! За что мне это наказание на целое лето… Прикусываю язык, чтобы не прыснуть в него очередной порцией яда и, топнув от безысходности ногой, резкими шагами сокращаю расстояние до автомобиля. Сразу же забираюсь в салон и, не дожидаясь пока он уберет руку от двери, рывком захлопываю ее.
А чтобы хоть немного отвлечься, я достаю телефон. Вот только при виде количества сообщений от Призрака зажмуриваюсь и обреченно запрокидываю голову, ударяясь несколько раз затылком о подголовник.