В глубинах космоса (СИ)

— Исходя из полученных данных, можно понять, что так оно и есть. Это непросто объяснить, но мы имеем дело с весьма странным искусственным интеллектом. Я бы даже назвала это несколько иным сознанием. Однако, я ничего не могу сказать по поводу происходящего с теми роботами.
— И вы все еще не решаетесь высказать нам, откуда получены столь интересные данные? — поинтересовался уже первый помощник Сольбано. — Вы ведь понимаете, что, если у Вас есть связи с той стороной или Вы имеете к этому какое-то отношение, то Вы оба будете арестованы и отданы под трибунал Ронум Корпорейшн?
— Мы на одной стороне, — немедля ответила Мария. Судя по ее голосу, ей вовсе не нравился подобный тон.
— Тем не менее в этом есть некоторая правда, — Салливан потер подбородок. Затем, поправив фуражку, развернул карту перед людьми и показал на место сбора нескольких кораблей. — Звено Альфа не раз терпело неудачи из-за… Хм… Скажем так, предвидения их действий. Остается только вопросом, почему это преимущество используется только там.
— Увы, я не имею ни малейшего понятия. Я хочу воспользоваться Вашим передатчиком. Мне нужно связаться со своим магистром для такого же разъяснения обстоятельства.
— Ну да. Я заметил, что и ваши рыцари внизу тоже есть.
— Интересно, почему? — усмехнулся первый помощник.
Мария пропустила вопрос мимо ушей, впившись взглядом в Сольбано. Тот же все сохранял свою типичную маску, а затем пожал плечами и дал добро на общение. Он не задавал посторонних и, раз уж на то пошло, глупых вопросов, прекрасно все понимая и без чьих-то ответов. Как например, что на Фрейе связаться с кем-то дальше этой системы весьма затруднительно, в то время как Сомлао обладал передовыми технологиями.
Меж тем, у ордена Черного пламени ситуация была не лучше, чем у Ронума. Работа над восстановлением Земли продолжалась полным ходом. Миллионы людей все еще проживали в ужасных условиях. Единственным методом для нормального существования у них было становлением рыцарем, иначе им приходилось прозябать в подземных убежищах да заводах. Некоторые города, в основном совсем небольшие, постепенно восстанавливались, и с каждым разом такие процедуры совершались все смелее. Стычки с легионерами происходили реже, однако отголосок проклятия на Земле давал о себе знать. Никто в здравом уме до сих пор не селился около больших водоемов, не говоря уже об океанах и морях. В конце концов с этими миллионами людей надо было что-то делать. Разбросанный по всей Земле, орден проводил мягкую политику уплотнения населения, переселяя те или иные группы ближе к своему штабу. И вот, спустя годы, это место напоминало город при замке: некогда хибары, а теперь уже небольшие дома, сгрудились вокруг крепости, и простирался этот жилой район все дальше и дальше.
Передача застала магистра весьма неожиданно, когда он, несмотря на свой чин, решил немного передохнуть, и сидя в своем кресле размышлял о чем-то своем. Марию мужчина не видел уже очень давно. Но каждый раз — так уж сложилось для него как поверье — как она появлялась, то предвещала беду. Он не ошибся. В этот раз новости от нее, несмотря на частые помехи и срывы связи, оказались достаточно мерзкими. Ему стоило признаться хотя бы самому себе, что для таких ситуаций никаких методик расписано не было, и придется опираться только на опыт операторов и сам Фаервол. И Мария, и магистр ордена пожалели, что не имели возможности разобраться с этим явлением лично — им нужен «человек» Садеха, а в идеале и сам Великий Садех, чтобы понять природу проекта «Фаервол» глубже. Столетия лучшие умы пытались разобраться в структуре этого программного чудища, но каждый раз его тайны оставались нераскрытыми. Ордену все это время ничего не оставалось, кроме как использовать имеющиеся знания и верить в лучшие исходы.
Теперь же все могло измениться. Казалось, что вдалеке замаячил ключ, который с усмешкой оставался каждый раз далеко, как бы к нему ни приближались. Но меж тем этот ключ имел форму меча, в любой момент готового все уничтожить.
 
— Ты уверена, что это видение не его собственный обман? — спросил хриплым голосом магистр. Его лицо начало покрываться морщинами, а в волосах пробивалась седина. Он прожил слишком долго, как для рыцаря, так и для магистра, и любой мог почувствовать, что дни этого человека вскоре подойдут к концу.
— Именно так. Это… Особое чувство. Можно сказать, что я сама почувствовала возмущение пространства, будучи на орбите планеты. У меня есть мысль, что неизвестный может быть уже частью Фаервола.
— Хорошо. Будь готова ко всему, леди Мария, — мужчина улыбнулся. Он не говорил ничего лишнего, чтобы его замыслы не могли распознать. Если же догадки девушки правдивы, то что-то сообщать уже бессмысленно. — Будь готова ко всему.
* * *
По первоначальной задумке конвой должен был быть снаряжен у военный базы «Бастион», а затем отправлен гиперпрыжками по определенным точкам. Их сопровождение: фрегаты «Гливс», «Ингам», «Бьюри», «Фрейя» изначально получили задачу уничтожать приближающиеся объекты, какими бы они ни были. Все это показывало важность перевозимого груза. Или же важность этого груза для Аракктура, что в какой-то мере означало одно и то же.
Для Вацлава было честью работать вместе с остальными капитанами, о которых он знал понаслышке. Флён получал удовольствие от посильной помощи госструктурам и верил, что однажды будет оценен по заслугам. И в тоже время опасался, что его сведут в могилу быстрее, используя как расходный материал.
Вилей Мёрфи, капитан Гливса, уже в момент отбытия вынес на обсуждение смену курса. Некто принес сведения, что впереди их ждали целые звенья тиранов, в связи с чем Вилей предлагал более долгий путь. Стивен Мендштэк, выразил несогласие, усомнившись в этих данных. В то время как командующий Ингама поддержал эту идею со словами о долгом, но безопасном пути.
— Пять остановок! — возмущался Стивен. Ноздри капитана Бьюри раздувались от злости. — Вы считали сколько на это уйдет времени? В лучшем случае, не беря в расчет любые заминки, без пары дней как месяц.
— Но если подумать, то никто не ставил рамок времени, — задумчиво произнес Вилей.
— Я согласен лишь с тем, что это действительно может быть безопасно, — согласился Стивен со вздохом. — Не думаю, что в хотя бы одном бою уцелеют все грузовики. Но, черт побери, если мы будем каждый раз так тянуть, то наша борьба на Аракктуре закончится быстро.
Командование назначило Гливса лидером конвоя, который в конце концов принял решение отправиться по долгому пути. Двадцать восемь дней им предстояло, в лучшем случае, добираться от начала к концу. И если на Фрейе экипаж еще мог себя чем-то занять в свободное время, то Флён представлял скучающих людей на остальных кораблях. Вряд ли у моряков имелись личные терминалы для собственного развлечения. С другой стороны, все они привыкли и все они научились с этим жить.
На Фрейе команда опять донимала Ингвара вопросами о его жизни, а мужчина в который раз отвечал скупо. Он действительно очень выделялся на фоне остальных колонистов своей культурой. Его руны никогда не видел ни Соколовский, ни Младич, хотя оба были высоко эрудированны и знали повадки некоторых народов. Ингвар каждый раз повторял, что он охотник. Одинокий охотник, который оставлял себя с опасностью Аракктура, чтобы стать сильнее.
— На Аракктуре ведь как? Там все просто: либо ты, либо тебя. Это то самое место, где человек использует все свои возможности, все свои силы и знания, чтобы выжить. Проблема в том, что на Аракктуре помимо человека есть другие существа, которые вполне себя могут показать сверххищниками, да такими, с которыми просто так не справиться.
 
— Как та шагающая скала? — поинтересовался Александр.
— Не, скала-то — это борода. Они равносильны с нашим кораблем. Ведь пока мы здесь не начнем все крутить, то и угрозы не представляем, так? А вот всякие змеи, богомолы и, боже упаси, пауканы, помноженные на свои размеры, а порой не обделенные разумом — вот это всё срань. В глубинах лесов я даже один раз видел огромную двуногую ящерицу. Большая голова с мощной челюстью могла сломать хоть человека, хоть машину, хоть экзоскелет. Это одно из тех существ, с которым я не решился связываться.