В глубинах космоса (СИ)

У Фокса на визоре появился список людей с параметрами их здоровья. Часть из них она запомнила, остальные же представлялись для нее попросту массовкой. В жизни бывает так, что встречаются люди, пускай даже в какой-нибудь игре, которые кажутся действительно выделяющимися персонажами, так и здесь. Фокс в свободное время удосужилась ознакомиться с их прошлой жизнью, если они эту информацию, конечно, предоставляли. И видела лишь печальное зрелище.
Например, Маргарет Гоул всю свою жизнь проработала доктором. Она работала на любого работодателя, кто нуждался в ее услугах. Хороший врач на Дарготе на вес золота. Рассудок Маргарет начал мутнеть, когда она попала под влияние черного рынка органов. Полиция нижних уровней поставляла хирургам всякий сброд, а те, в свою очередь, должны были изъять товар в лучшем его виде. Фокс предполагала, что у женщины все еще не все дома, но Адам уверил ее, что она будет им незаменима. Да и та сразу же согласилась — как и любой другой — когда у нее появилась возможность освободиться от этого безумия. Руки Маргарет были протезированы. В громоздких изделиях хранилось самое необходимое: в правой руке шприцы с препаратами, а в левой же — хирургические инструменты.
Жан Лю̀пис, некогда коп, детектив, а затем беглец, насоливший одной банде, тоже решился оказаться за гранью власти местных гангстеров. На то время он прятался у одной женщины, которой Фокс продавала своего пленника (и которую удалось подкупить на эту авантюру, ради запутывания следов), являясь ей дальним родственником.
Манфред «Большая пушка», наоборот, был видным членом головорезов. Оставалось непонятным, как Адам Питлби нашел его, или, возможно, Манфред сам встретился с ним — в любом случае этот молчаливый верзила клюнул на богатства и интересное приключение. Хотел ли он начать новую жизнь вдали от его старой клетки?
Был среди них человек, отличавшийся только своей наглостью.
Вазилис Ксенакис взялся за работу, по сути, являясь выходцем из «белых воротничков», ничем не обремененный, как остальные люди. Впрочем, характер у него был еще тот. Фокс предположила, что его уже гнали с работы и ему попросту требовалось что-то найти. Возможно этот парень имел дело с оружием, все когда-то прибегали на Дарготе к нему, но этот парень вызывал сомнения. Вероятно, как думала команда Македона, он умрет первым.
Последним из «интересных» был Теодор Конвиль. Когда корабль только совершал первые посадки на Даргот, их встречал именно этот мужчина. Администрация верхних уровней была схожа на типичный бюрократический водоворот Земли (той Земли, что знала Фокс), и характеры людей там соответствовали. Теодор же оказался глотком свежего воздуха, среди балагана, и, по сути, именно благодаря ему удалось сравнительно быстро получить пропуск внутрь бетонного улья. Встречались они затем и после этого, с Питлби мужчина нашел общий язык. Конвиль напоминал дворянина старых лет, совсем нетипичный для места своего обитания и, по всей видимости, отправлялся в путь, чтобы развеять скуку.
Кто-то брал с собой свое оружие. Кто-то получал то, что имелось на Македоне. Питлби оставался прав: все они искали наживы. В большей степени или меньшей, но желание что-то получить, помимо простых воспоминаний, наполняло каждого. Возможно, только Маргарет была здесь по каким-то своим причинам — ее вообще оказалось тяжело понимать. И если наемники не найдут ничего внутри, то, скорее всего, они посягнут на имущество Македона. Кто захотел бы добровольно расставаться с такой экипировкой?
— Да с такими пушками мы перебьем кого угодно! — всхохотнул Вазилис. Из-за шлема его голос звучал глухо.
Манфред повернул голову в его сторону, так ничего не сказав.
— Смотрите в оба. Все, что нам встретится — опаснейший противник. Мы разобьемся на два отряда и внутри разделимся для поиска зала Х. Теодор, Вам придется возглавить вторых.
— Почту за честь, — ответил тот в своей манере.
Плутать по темным коридорам, покинутым и запыленным, предполагалось долго. Даже если планировка осталась та же — добраться до места будет непросто. Но как все начинается с малого, так и люди принялись делать первые шаги, среди песка и грязи оставляя свои следы.
 
Внутри был бой. Следы на стенах говорили сами за себя. И чем дальше они пробирались, тем больше свидетельств ужасного они замечали. Например, лабораторный зал, некогда деленный на множество комнат защитными стеклопакетами, теперь уже перебитыми. В коридорах между такими ячейками лежали иссохшие скелеты, а рядом покоилось их покореженное оружие: ружья, пожарные топоры и иные вещи, которые можно применить для самообороны.
— Странно, — внезапно сказал Жан. Все это время они шли молча. — Я вижу только человеческие скелеты.
— Дерьмище, что же тут произошло?! — Вазилис осмотрелся и заглянул в одну из лабораторных комнат, чьи стекла покрылись паутинами трещин. — Ох, — выдохнул он.
Внутри лежало несколько сравнительно целых останков. Закупоренные внутри, люди пытались выбраться наружу, но что-то пошло не так.
— Движение в двадцати метрах, — сказал Манфред. Фонари осветили дорогу впереди.
По мере приближения — мужчина сверялся с наручным датчиком движения — слышался частый глухой стук о гипсокартон. Как только расстояние до неизвестной цели сократилось вдвое, Манфред вскинул свой сдвоенный пистолет-пулемет Шульца и высадил очередь в потолок. Оттуда посыпалась пыль, а затем обрушилось нечто тяжелое. Свет выхватил существо — с человеком это никто не решился сравнивать — перебиравшееся на шести конечностях, руках и ногах, выгибавшихся под любым углом. Оружие загрохотало вновь. Чудище оказалось настолько юрким, что подобно перекати-полю, очутилось вдалеке, а затем скрылось с глаз.
— Еще большее дерьмище! Дорогуша, — несмотря на разницу в возрасте, Вазилис обращался к капитану именно так, — куда ты нас завела?
Жан толкнул его в спину, как только группа двинулась дальше, а парень продолжал озираться. Шли они медленней обычного. Под ногами похрустывал мусор, а некоторые и вовсе шумели, совершенно не смотря под ноги.
— Здесь ловушка, — сказал Манфред, присев на колено. Они стояли на выходе из лабораторного зала, из-за узости коридоров пришлось вытянуться в длинную цепочку. Дальнейшее помещение расширялось, и издали казалось, что это элеваторная. — Мы можем пройти как-то иначе? — он и без того знал ответ. Отсюда была только эта дорога. — Пол здесь чище. Пацан, — мужчина повернул голову к Вазилевсу, шедшему позади. — Ну-ка брось туда чего потяжелее.
— Я-то? Ну, давай, кину вот это, — Ксенакис приподнял кусок стены, отвалившийся от угла и бросил, куда указывал Манфред.
Пол поначалу провалился только в месте падения, а затем вся ловушка обвалилась. Послышалось чавканье и бурление откуда-то из глубин образовавшейся ямы. Большая пушка заглянул туда, а затем, выругавшись, отпрянул назад. Представшее перед глазами шокировало даже его.
Им пришлось перебороть себя и пересечь ужасный провал, который запомнился всем до самой смерти. Каждый постепенно начал понимать, что бороться за свою жизнь на Дарготе оказывалось не так уж и сложно. Какой бы расклад не предстал, там они сражались против человека. Чудища этого места уже казались им непобедимыми, а ведь путь только начинался.
— Отсюда мы разделимся. Продолжаем поддерживать связь. Вы, Теодор, спуститесь на этаж ниже и пройдите там. Высылаю вам данные, — Фокс вздохнула. — Держимся вместе и не умираем.
Проще сказать, чем сделать. Теодор отсалютовал и принялся командовать выделенными ему людьми. С ним успели познакомиться и явно недолюбливали в силу своего происхождения и статуса. Тем не менее он был единственным, кому капитан могла доверить командовать отрядом. Что касалось их самих — они отправились в путь. Манфред все так же шел впереди, ему через плечо смотрел Вазилис, а позади них следовали замыкающие Маргарет и Жан. Фокс находилась в центре колонны.
 
Манфред время от времени поглядывал на свое оружие кустарного производства, как если бы раздумывал над уже прошедшим выбором оружия. С этим Шульцем он прошел всю жизнь, но для нового врага требовалось что-то мощнее. Что-то продвинутое. Чутье подсказывало, что встреченное существо убежало далеко не со страха. Остальные же вряд ли поступят также и скорее разорвут его на куски, сделав это быстрее, чем умрут от шквального огня сами.