В глубинах космоса (СИ)

Она точно знала, что спрашивать это надо именно у Вацлава, а не у самой Йосолы. Мария показала положение девушки на данном корабле.
— Да, это все… — капитан развел руками. — Очень странно. Но Йосола свободный человек.
— Пойми, — Мария приблизилась. — Если это действительно она, то нас ждет большая опасность. В документах все было построено на телепатии, телекинезисе, магии — а ведь это еще задолго до появления азуресов на Земле. Пойми, капитан, если мы не проведем исследования и не выясним окончательно, кто же на самом деле Йосола — весь корабль ждет беда.
Флён сжал подлокотники. Внутри всё забурлило и возмущение вырывалось наружу. Он не мог вот так бросить на исследования человека, своего человека. Он не мог принять такое решение, сравнимое с приказом. Ведь дай он согласие, то итог принял бы официальный характер.
— Она свободный человек, — повторил Вацлав уже тверже.
— Что же ты делаешь? — Мария оскалилась, приблизившись еще сильней. Она положила свою тяжелую руку ему на плечо и ее лицо оказалось совсем недалеко от лица капитана. — Ты роешь всем своим друзьям яму, мальчик.
— Я Вас понял, леди Мария, — Флён покивал, его голос звучал негромко. — А теперь оставьте меня, у меня полно дел.
Нахмурившись, девушка покачала головой и отправилась восвояси. В то время как Вацлав продолжал думать над своим выбором. Нет, он определенно не мог никому отдать Йосолу. Хотя бы теплые чувства не позволяли этого, чтобы те некто не сделали ужасных вещей. А зная орден, не славящиеся своей гуманностью, то выбор был очевиден.
Больше никто не беспокоил. Полет продолжался в штатном режиме. Упоминание Аватари-нет пробудило в капитане юношеские воспоминания, когда он изучал тематические статьи об истории старой Земли. Столько секретных проектов было раскрыто и по еще множеству расследования так и не закончились. Возможно, что о множестве других никто так не узнал. Аракктур и Даргот явно давали понять, что, когда Аватари теряли контроль, то попросту сбежали с рабами. И если на Земле ясно как разобрались с корпорацией, то другие планеты сохраняли таинственную завесу над освобождением. Прошло так много времени, что местные уже и не знали ни о какой Аватари-нет, ни о каких-то великих организациях, что правили ими. Юхельссон задал однажды два здравых вопроса: а освобождались ли народы в привычном понимании вообще и куда бежало Аватари? Не о таком ли возвращении Великого зла говорила Фокс?
Изученные записи с кораблей тиран после битвы у станции Теббаник показали, что часть из них упоминают неких великих правителей, направляющих их по сей день. Мария рассказывала Илья, а тот в свою очередь друзьям, о допрошенных людях, рассказывающих об огромных кочующих флотилиях, изначально живших далеко на северном фронтире галактики. Если отсчитывать пространство от Солнечной системы до противоположного дальнего конца, то это свыше пятидесяти тысяч световых лет! Уму непостижимо, какими двигательными модулями обладали зорбалары. А может быть они переняли таинственные технологии Аватари-нет? А может быть, что хуже, корпорация до сих пор существует в дальних краях?
Другие цивилизации людей. Что они из себя представляли? Как жили, во что развились и чем стали, спустя столько времени. Флён хотел узнать все лично. Отправиться в далекое путешествие, но такой перелет занял бы остаток жизни. И все же новая идея загорелась подобно маяку, пока была не оборвана внезапным сообщением:
— Идет прерывание гиперпространственного прыжка. Выход в нормальное пространство через десять секунд…
Когда Фрею вырвало назад, то она оказались в самом эпицентре космической битвы. Часть грузовых кораблей взрывалась в короткой вспышке, а Бьюри отчего-то не предпринимал никаких действий.
— Всем кораблям! Всем кораблям! Занять боевые позиции! — пронеслось по всем фрегатам.
— Бьюри в огне, повторяю, мы боремся с огнем! — доложил капитан Мендштэк.
Зорбалары действовали стремительно. Ни переговоров, ни условий, ни возможностей для минимизации урона. Пока Бьюри пребывал в огне, а остальные корабли выходили из гиперпространства, они перехватывали самых уязвимых. Четыре баржи уже превратились в обломки, пока другие обстреливали фрегаты.
 
ИИ выделил противника как: стелс-корвет U-569. Корабль выдавал себя тогда и только тогда, когда его мощные плазменные турели совершали выстрелы; ракетный корвет U-94, устаревшая версия U-194, имевшая бо̀льшую маневренность; корвет U-124, чем-то напоминавший фрегат класса «Титан», но в значительно меньших размерах и, вероятно, рассчитывался как многоцелевой корабль; фрегат-торпедоносец U-406, впервые увиденный Вацлавом. А на подходе в добавок выделились Сьерра-3.
Конвой пришел прямиком в осиное гнездо. Непонятно, ждали ли их тираны все это время или же случилась грандиозная случайность, что они оказались именно в этой части пространства сами — боя было не миновать.
Эффект неожиданности сыграл свою роль, команде Фрейи пришлось непросто. Но постепенно, когда схватка продолжалась, U-406 принялся отступать после залпа с Гливса. Фрегат успел оказаться с торпедоносцем на чрезмерно короткой дистанции, чтобы дать эффективный залп. Вот только вражеский корабль за прошедшее время так не совершил никаких действий, словно внутри него произошли неполадки. Корабли сопровождения воспользовались этой слабостью.
Ракетный корвет продолжал юлить, но затем также полетел прочь. Головной болью оставался стелс-фрегат. Он атаковал, исчезал и атаковал вновь.
— Кристиан, есть видимость корабля? — спросил Флён.
— Никак нет. Он буквально появляется и исчезает, — доложил Илья. А затем добавил: — Я замечаю некоторые искажения пространства на его месте в момент его исчезания, но постоянно присматриваться не могу. Слишком тяжело.
Артиллерист старался стрелять каждый раз туда, откуда атаковали их, однако каждый раз противник оказывался с тех сторон, куда турели не успевали развернуться.
— Может их несколько, черт побери? Невозможно же так быстро двигаться! — прорычал Илья.
Подумать только. Так называемые кочевники сделали огромный шаг по сравнению с предыдущими стычками. Капитан до сих пор помнил старый брифинг и как он едва не усомнился в полезности этих кораблей.
Но вот уже несколько минут, а нового нападения не совершалось. Вряд ли Юхельссон попал. Не то, чтобы капитан сомневался в его способностях, да оставался уверен, что этих налетчиков просто так не взять.
— Повреждения?
— Мы приняли минимальный урон, капитан, — отчитался Ингвар. — Минимальные повреждения внешней обшивки.
«Нам повезло выпрыгнуть крайними», — подумал Вацлав. На время от отключился от управления кораблем. Даже сквозь интерфейс он почувствовал как его горло ужасно пересохло.
— Капитан, у меня плохие новости, — связался Младич.
— Говори, — Флён посмотрел на Меда, который передавал ему стакан с водой. На мгновение показалось, что первый помощник услышал слова Тарадона. Его лицо было крайне озадаченным.
— У нас сильный перегрев гиперпространственного модуля. Настолько, что я не могу подойти к двигателю, а некоторые системы не отвечают. Нам придется ждать, когда они остынут.
— Сколько? Мы сможем лететь вообще?
— Минут тридцать. Если хотим уложиться в это время, то лучше придерживаться низкой скорости. Если прибегнуть к форсажу, то нас разорвет на куски.
— Я, б**ть, боюсь у нас не будет тридцати минут. Посмотрю, что я смогу сделать.
Ничего сделать он не мог. Никак не потянуть время, кроме веры в лучший исход. Тираны перегруппировывались. Перегруппировывался и конвой. Ингам поддерживал связь с Бьюри, а с Гливса отдавались дальнейшие указания.
 
— Что будем делать? — поинтересовался Стивен.
— Примем бой. Эффект неожиданности они потеряли. У нас четыре тяжеловооруженных фрегата, — говорил командующий Гливса Вилей Мёрфи. — В случае критической ситуации, местом встречи будет система по высланным координатам.
«Как жаль, что мы не можем мирно разойтись», — подумал Вацлав. А затем чувство дежавю слегка укололо его, а после него появилось плохое предчувствие.