Аратта. Книга 6. Черные крылья

– Почему не спишь? – неожиданно спросил он у Суви.
Бывшая служанка вздрогнула и вскинула голову, искоса взглянув на бледного изорянина. Его глубоко сидящие глаза были двумя провалами на лице, а третьим черным провалом глядел оберег на груди.
Марас оглядел поляну, бросил гневный взгляд на совсем заснувших сторожей, пнул ближайшего, но тот только что-то невнятно промычал. Суви съежилась. После того как Марас не заснул с остальными, она стала бояться его еще больше. Почему он не спит, как ему это удалось?
Тем временем Марас закрыл глаза, снова взял в руки свой амулет, начал втягивать студеный ночной воздух.
– Мать Зверей, – произнес он вдруг, поднимая голову и оглядывая лес. – Матерь Зверей здесь!
Суви бросила на Мараса изумленный взгляд.
– Я чувствую присутствие великой богини, – продолжал Марас, говоря то ли с девушкой, то ли сам с собой. – Этот, который стрелял, – оборотень, правда?
Суви промолчала.
– Ты должна знать! – с ноткой угрозы произнес изорянин.
– Я лишь служанка царевны…
– Служанка… – Марас поймал ее взгляд. – Станимир послал за нами в погоню своих оборотней? Неужели всего одного? Где другие? Ждут в засаде? Князь лютвягов коварен, но сына Шкая ему не обмануть!
– Я плохо понимаю твою речь! – жалобно отозвалась Суви. – Мне велели занять место царевны. Я повиновалась…
– Почему они спят? – резко спросил Марас. – Кто-то зачаровал их? Ты…
У Суви вся кровь отхлынула от лица. Она приподнялась, словно собираясь кинуться в лес.
– Ты хорошо поешь. Пой.
– Петь? – пролепетала Суви. – Что… петь?
– Пой для Матери Зверей!
– Но… Наш бог – Исварха, Господь Солнце…
– Солнце, – кивнул Марас. – Солнце – хозяин неба. А хозяйка?
«Никакой хозяйки неба нет, это ересь!» – вспомнила Суви одно из заученных начал веры, но прикусила язык. Немного помедлила, вспоминая хоть что-то подходящее, и запела:
– Заря моя, заря вечерняя!
Игра моя, игра веселая!
Вы во саду играйте, девушки,
Играйте во саду у матушки…
Незатейливая песенка полилась над поляной. Суви пела, надеясь, что Марас не настолько хорошо знает язык Аратты, чтобы понять смысл.
– Ступай домой, покличет матушка,
Да я не гляну в ее сторону.
Игра моя ведь не доиграна,
Ведь не допета моя песенка…
Но кажется, главе посольства песня понравилась. Он слушал внимательно, а когда Суви умолкла, склонил голову, будто присоединяясь к молитве.
– Тебя слушал лес, – глухо проговорил он. – Не только я. Кто-то еще. Может быть, Матерь Зверей…
«Надеюсь, что не только ты! – подумала Суви. – Где же Власко?!»
После того как изоряне отбили нападение, ее возлюбленный куда-то исчез. Не сдался же он? Здесь их пятеро – он один… Какая чепуха! Он не бросит ее, он придет…
Словно в ответ на ее мысли, от черных деревьев отделилась тень и через пару шагов превратилась в лютвяжского воина. Это был Власко. Казалось, он плывет в воздухе, словно клок тумана. В руке наготове – поднятая сулица. Он остановился на опушке, озираясь и совершенно не пытаясь укрыться. Марас заметил его первым. Он было схватился за рукоять ножа, но через миг Суви с ужасом увидела, как по лицу изорянина расплывается широкая довольная улыбка.
– Он не видит нас, – подмигнул он Суви. – И не слышит. Мать укрыла нас своим крылом…
Увидев ее изменившееся лицо, сурово шикнул:
– Молчать, не мешать! Я все сделаю сам…
Марас встал и вытащил нож, не сводя взгляда с врага. Власко все еще стоял, оглядываясь по сторонам. Морок, наведенный на поляну, сбивал его с толку; он знал, что находится там, где надо, но видел только пустую прогалину и пытался понять, где заблудился. Изорянский чародей шагнул ему навстречу, занося нож для смертельного удара… И заорал от резкой боли – Суви изо всех сил толкнула котелок с ухой, горячая гуща хлынула Марасу на ноги. Власко вскинул сулицу.
 
– Я здесь! – пронзительно закричала Суви.
Марас, покачнувшись, ринулся на противника. Но чары уже разрушились; Власко увидел его, поляну, спящих изорян, девушку у костра… И нанес мгновенный удар. Марас захрипел, оседая на землю. Сулица пронзила ему горло. Власко выдернул копье и перевел дух. Суви бросилась к нему, но он ее оттолкнул.
– Где остальные?
– Вон они – спят! – выкрикнула она. – И будут спать долго – я опоила их сонным зельем!
Кивнув, Власко подошел к спящим и одного за другим заколол их.
Суви молча таращила глаза.
– Во имя Твое, Матерь Медейна, – мрачно сказал Власко. – Прими эту кровь, Зимняя Госпожа!
Завершив дело, он воткнул в землю сулицу и сел у огня на то место, где прежде сидел Марас. Суви хотела кинуться ему в объятия, но не смела.
«Я свободна! – подумала она. – Наконец-то мы с Власко вместе! Теперь все будет хорошо…»
Но почему-то она не чувствовала радости – скорее страх. Возможно, потому, что Власко сам не радовался. Он смотрел на нее почти так же холодно и отстраненно, как и на убитых им изорян.
– Надо решить, что делать дальше, – сказал он, помолчав. – Куда идти.
– Конечно домой, в столицу!
– Это твой дом, – напомнил Власко. – А я лютвяг, у нас с арьями война.
Суви смешалась. Вспомнила царевну Аюну, оставшуюся у Станимира, и устыдилась, поняв, что все эти дни думала только о себе и возлюбленном. Конечно, князь царевну не обижает, но почетный плен все равно остается пленом, а долг служанки – быть с госпожой до конца… Выходит, надо вернуться? Но Власко сразу убьют…
Девушка молчала, не зная, что сказать. Молчал и Власко. Мир, прежде казавшийся ему беспредельно огромным, оказался не так уж и велик для предателя. В родных землях он приговорен, и к дривам ему нельзя, а путь в земли изорян он только что закрыл себе сам. В самом деле уйти в Аратту? На службу к Кирану? Власко горько усмехнулся…
– Надо найти молодого государя Аюра! – выпалила вдруг Суви, чьи мысли блуждали сходными путями. – Найти истинного государя и попросить его взять нас под свою руку. Мы расскажем ему о сестре-царевне, мы много знаем о Станимире…
– Если жив твой молодой государь, – буркнул толмач. – Никто даже не знает, где он.
– Господь Исварха направит нас!
Суви ласково положила руку на плечо любимому, но он раздраженно скинул ее ладонь:
– Исварха? Исварха здесь не властен! Там, – Власко указал на высокое черное небо в ледяных гвоздях звезд, – Морана ткет ледяной саван, чтобы накрыть весь мир до солнцеворота. Когтистый Старец удалился под землю, в царство мертвых – да, он охотно нас примет! А здесь, в лесах, пришло волчье время…
«Время Медейны», – мысленно закончил он. Но вслух имя богини произнести не осмелился.
«Теперь тут правит она… И остался еще один выход…»
Власко поднял взгляд на Суви и смотрел до того долго, что ее начала бить дрожь.
– Милый, что ты так смотришь на меня?
– Ничего, – ответил он.
Суви стало так страшно, как не было даже рядом с Марасом. Она чувствовала: происходит нечто скверное, но не могла понять что.
– Надо поторопиться, – сказал наконец Власко, переведя взгляд на чуть светлеющее на востоке небо. – Пора перебираться через реку. Пошли искать перевоз.
– Сейчас? Еще так темно…
– Прямо сейчас. Может, успеем. Там владения чужих богов, туда не достигает власть…
Зрачки Суви вдруг расширились. Она смотрела за спину Власко, не в силах даже крикнуть от ужаса.
Толмач резко повернулся и прямо перед собой увидел огромного седого волка.
Зверь стоял в десятке шагов, пристально глядя на Власко. В ярко-желтых глазах не было ни гнева, ни нетерпения. Он уже нашел того, кого искал.
Суви думала, что Власко схватит сулицу и метнет ее в хищника. Но толмач лишь встал и оскалился по-звериному. Из его рта вырвалось рычание…