Девочка из прошлого (СИ)
Мысли плавно перетекают к неожиданному звонку в день открытия. От шока не сразу осознал все сказанное. Главное уловил, а сейчас вся ночь впереди обдумать этот странный диалог.
— Лихацкий? Давид?
— Слушаю.
Каким — то звериным чутьем на секунду раньше, чем звонивший представился, уже знал, кто это.
— Харрасов.
— Чем обязан?
— Обязан… — В трубке слышится хриплый смешок. — Вокруг да около ходить смысла нет. Надо встретиться. А сейчас внимательно послушай.
Закипаю. Сжимаю кулаки. Ненавижу такой тон и дать собой командовать… Слышу чирканье зажигалки. Сам бы не прочь прикурить.
— Просто послушай. Мне этот разговор… — Долгий выдох. — Бывшая твоя приходила, просила достать препарат один… хм… понимаешь, о чем речь?
— Да.
Отвечаю односложно, потому что в мыслях сейчас творится Армагеддон.
— Препарат я достал и ей передал. Во флаконе вода. Подлить она собирается девчонке твоей, сука.
Пропускаю эмоции мимо ушей, чувствуя, как одолевает неконтролируемая ярость. Это страшное состояние, в котором я вообще не вижу берегов.
— Дальше.
— Следи, чтобы к ней не приближалась. Нет гарантии, что Стефановская не заметила подмену. Вредить девочке не в моих интересах. Мои ребята присмотрят издалека, в дело полезут только в самом крайнем случае.
— Понял.
— Главное, не допусти, чтобы она подходила к девчонке. Наберу, когда смогу встретиться. Придется нам обоим идти на компромисс, слышишь, Лихацкий?
— Да. Спасибо…
— Засунь свои «спасибо», — собеседник откашливается. — Девчонку береги. Я за этим звонил.
Пялюсь в потемневший экран еще несколько мгновений и спускаюсь к подъехавшей машине.
Вспоминаю свое напряжение и опасения, но за весь вечер Наташка даже попытки приблизиться не сделала. Вроде. Ну по крайней мере все то время, пока наблюдал за ней. Готовит очередную подляну или успокоилась? Как она могла казаться мне адекватной? Или просто не было повода обратить на нее внимание? Нет, избалованность, вспыльчивость и высокомерие я отметил сразу, но учитывая наши взаимоотношения… оно мне было не надо. Хватало тех точек соприкосновения, которые случались. Как говорил Егор, удобно. Был уверен, что и ей со мной обоюдно.
Под тихое сопение мысли текут дальше. В приоткрытое окно слышу звук шагов и тявканье щенка. Интересно, кого поднял неугомонный товарищ? Аккуратно встаю, чтобы не потревожить спящую принцессу и спускаюсь вниз. В принципе, как я думал. Старшему брату не спится.
— О чем думаешь?
Влад вздрагивает, не слыша моих шагов. Стоит, уставившись в одну точку.
— А, это ты. Будешь? — Протягивает открытую пачку. Саше не нравится запах табака, но сейчас она спит, а для успокоения нервов требуется пара затяжек.
— Спасибо. — Подкуриваю, наполняя дымом легкие. — Чего бродишь в темноте?
— Не спится. Как — то в последнее время все…
Я понимаю, о чем он говорит. Про это не знает никто. Официальная версия для всех друзей — прижали конкуренты.
— Пришли результаты?
— М? Да, пришли. Все хорошо, да. Фаза ремиссии.
— И? — Поворачиваюсь лицом к другу. Под глазами круги, не спит, видимо, не первую ночь. Еще и курит. Киваю на сигарету, зажатую в пальцах.
— Это… — Усмехается. — Это так, очень редко. Дава, друг… больше чем друг ты мне. Ты это, Сашку мою береги. Ближе нее нет у меня никого.
Кладу руку на плечо Северу. Я знаю. Он чувствует молчаливую поддержку.
— Я люблю ее. Ты знаешь.
— Знаю. — Глаза в глаза. При свете луны то еще испытание пытаться разглядеть хоть что — то.
Влад снова вздыхает, будто собираясь с силами.
— Тут вот еще что… и что с этим делать… В общем, ты должен знать. И..
— Ну?! Не тяни! С Сашей что — то?!
Внутри завязывается узел от ощущения, что прозвучавшие слова разделят жизнь на «до» и «после».
— Кроме того, что ты и сам знаешь… тут другое.
Друг пристально смотрит, пытаясь что — то прочесть в моем взгляде. Я искренен, он это знает. За его сестренку жизнь отдам и не задумаюсь.
Как выстрел, в ночной темноте звучат слова:
— Наташка беременна.
Глава 74
Руки дрожат, а горло сдавил спазм. Вот она, граница миров. Нет, мотаю головой, нет.
— Этого не может быть. — Прикрываю глаза. — Подожди. А с чего ты взял, что беременность относится ко мне?
Да, это первая здравая мысль. Накрыло-то от страха, что Саша узнает и… Черт, черт, черт.
— Срок, Давид.
— Не понял. Вообще сейчас ничего не понял. А ты-то откуда?
— Артур человечка одного пробить просил, ну и пока искал данные. Ты же знаешь.
Друг затягивается второй. Чертов гений.
— Влад. Это не может быть мой. Да нет. Нет.
Я помню момент, когда умерла ба. Ноги подкосились, я упал на пол и кричал, выл, выплескивая свою боль. Сейчас во мне проснулся тот мальчик, который физически ощущал, что значит безысходность.
— Дай телефон.
Протягиваю руку. Влад молча вкладывает аппарат. Не спрашивает.
«Тест на отцовство во время беременности» забиваю в поисковую строку. Никогда не сталкивался с подобным вопросом. Открываю одну за другой ссылки. Да, с двенадцатой недели можно провести исследование.
— Какой у нее срок?
— Семь-восемь.
Лихорадочно считаю. Получается, примерно когда Саша появилась в моем доме. И Стефановская молчала? Не похоже на нее.
— С двенадцатой можно тест провести.
— Читал?
— Читал. Сам бы сделал, да ты для этого нужен. Бля, как все…
Друг лупит кулаком ствол дерева.
— Будешь Сашке говорить?
— Нет. Сейчас однозначно нет. Сначала дождусь срока, сдадим анализ.
— Если твой?
— Без вариантов. Ребёнка признаю, Влад. Совместная опека, что там еще бывает? Помощь. Но будущее только с твоей сестрой.
— Уверен, что она поймет? Да и Наташка… С ней непросто будет договориться.
Тру лицо руками. Вот тебе и отпуск только для двоих.
— Дейв, — Влад отправляет окурок в траву щелчком, — думай до утра. Если есть сомнения на счет Сашки, озвучь. Я пойму. Готовый ребенок против девчонки, которая не сможет родить тебе. Такой себе выбор. Но главное, потом не пожалеть.
Друг подзывает Чака и поднимается по ступеням.
— Выбирай, Давид.
Щелкает дверь, оставляя один на один с мыслями. Что тут выбирать? С моей стороны всё очевидно: есть любимая девочка, будущая жена. Моя принцесса.
Фантомный пока еще ребенок. Я даже не знаю, чей он. То, что мы с Натали были вместе, не означает клятв верности. Я был не без греха, она не отставала. Знал бы, узлом бы все завязал.
Если всё — таки мой!? Что делать?! Смогу любить? Не знаю. Если бы ребенок был от Саши, ни капли сомнений не испытывал бы. Одно целое со мной. А там… чтобы полюбить ребенка важно любить женщину, носящую его? Как, бл*дь, должно быть-то?!
Сползаю вниз, прижимаясь к стволу спиной. Хочу тихих семейных вечеров. Хочу засыпать, прижимаясь к своей девочке. Радоваться ее улыбке. Что будет, если окажется положительным? Как сказать про это Саше?
Ни на один вопрос нет ответа. Впереди маячит бездна. Отчаяние.
— Давид? Родной, что с тобой? Почему, почему ты здесь?
Реальность обрушивается вместе с испуганным голосом принцессы. Надо несколько секунд, чтобы понять, где я. Тело ломит. Неужели так и вырубился на траве? Похоже, так и есть.
— Прости, малышка, все хорошо. Чак ночью попросился выйти. Ждал и не заметил, как уснул.
Дебильная отмазка, но лучшего сейчас от меня не дождаться.
— Может, слопал вчера что-то со стола. — Саша задумчиво хмурит бровки. — Пойдем скорее домой. Одежда влажная от росы, замёрз. Вон зубы стучат.
Меня трясет. Только совсем не от холода. А от того, что маячит впереди. Пустота. Всё, что я понял за ночь — девочка не простит и не примет. Промелькнула шальная мысль забрать ее и увезти в другой город. Да только все равно ведь узнает рано или поздно.
— Сестреныш, ты чего так рано?
От крыльца шагает Влад. Саша обнимает меня за талию и заглядывает в глаза. Улыбается так открыто. А мне завыть хочется сейчас.