Дети драконов (СИ)

– Почему ты не остановил ее? – со слезами спросила Айна Патрика, ворвавшись в его покои. – Если ты знал, то почему?!
Она все сжимала в одной руке прощальное письмо, а в другой – маленькую деревянную гремушку, которую нашла поверх бумаги в комнате Шуны. Прощальный подарок для нашей дочери...
– Если человеку так больно, что он может только бежать, никто не имеет права останавливать его, – ответил дядя, откладывая в сторону перо. Несмотря на ранее утро он был одет, причесан и вообще выглядел так, словно накануне выпил не больше одного кубка.
– Но ведь она хотела уйти совсем одна! Чудо, что Вереск догнал ее!
– Вовсе нет. Это я сообщил ему. – Невозмутимость этих слов приводила мою жену в бешенство, но дядя действительно был совершенно спокоен. – Я давно понял, что она уйдет. Это был только вопрос времени. Не волнуйся. В фургоне они найдут хороший запас денег, который позволит этим двоим не умереть с голоду. Троим, то есть... У них все будет хорошо, Айна, поверь мне. Я знаю, о чем говорю. Твоя подруга сильней, чем кажется, а Вереск... он повзрослеет очень быстро. Ему уже тринадцать, в степи это возраст, когда мальчик становится мужчиной и имеет право взять себе жену. Если конечно, он способен прокормить себя, ее и ребенка.
– Но Вереск не из степи, – всхлипнула Айна. – И он же... он те такой, как все. Ну какой из него защитник?
Дядя Пат улыбнулся.
– Ну... пока он справляется намного лучше других. Иди ко мне, детка, я обниму тебя, и ты поймешь, что все хорошо. Иди же, не сердись... Она вернется. Обязательно вернется, и ваши дети еще будут играть вместе на ступеньках Крылатого трона.
– Откуда ты знаешь? – Айна утерла глаза и посмотрела на дядю с надеждой.
– Знаю. Я умею задавать вопросы, а Вереск никогда не лжет.
7
– О чем ты говорил с ним? – спросил я, когда мы с дядей Патом остались один на один. – Что еще тебе удалось узнать?
Дядя вздохнул и указал мне на пустое кресло возле очага.
– Я надеялся, мы сначала позавтракаем, – проворчал он, опускаясь в соседнее и протягивая руки к огню. Утро было холодным. – Подумай сам, Фаре, о многом ли можно поговорить с человеком, которому надо быстро догнать кого-то? Особенно, если он медленно ходит... Я не стал задерживать его, всего лишь спросил, вернутся ли они оба когда-нибудь.
Этого было очень мало. Я сердито уставился на потрескивающее полено.
– А Лиан? Ты про него не спросил?
– Нет. Не успел, прости. Полагаю, с этой задачей тебе целиком придется справляться самому.
– Звучит не слишком обнадеживающе.
– Уж как есть, – дядя смотрел на меня без улыбки. Он был серьезен, как никогда. – Я думаю, для начала тебе стоит попробовать еще раз сесть на трон под каменным Древом. Кстати... ты ведь больше не спускался туда?
– Нет, – мне даже вспоминать не хотелось о том, что было пережито в подземелье.
– А зря. Если бы спустился, увидел бы, что Древо оживает. Оно перестает быть каменным.
– Э... – я поднял бровь, глядя на дядю с сомнением. – А тебе не показалось? Может вино было слишком крепким? Как это камень может перестать быть камнем?
– Фарр, не суди о других по себе. Это кривое мерило. Нет, мне не показалось. Сходи и посмотри сам. Пока мы еще не уехали. И, кстати... Почему ты не говорил, что надевал корону? Я узнал об этом совершенно случайно.
– Ива проболталась, – догадался я.
– Можно и так сказать. А почему, собственно, это нужно было скрывать?
Мне не хотелось вдаваться в объяснения. После того дня Ива все еще смотрела на меня так, словно я уже был коронован. И даже почти не дерзила.
– Полагаю, – сказал дядя в ответ на мое молчание, – ты и сам понял, что сделал нечто особенное. Что не проходит бесследно. Кстати, когда-то корон было четыре, но три из них утрачены. Я не смог найти их в Эймурдине. А между тем, это очень значимые предметы Силы. Та, что нам осталась, дает особую связь с этим местом.
– Ты ее тоже примерил что ли? – обрадовался я.
– Нет. Только подержал в руках. Она твоя Фарр. Ты сделал этот выбор. И не пытайся теперь уйти от него.
 
Проклятье!
– Мне хватит той короны, что достанется от отца.
– И все же. Где бы ты ни был, отныне Эймурдин – часть тебя. И ты за него в ответе.
– О боги...
– Не переживай так сильно. Из тебя выйдет хороший король магов. Ты уже готов нести такую ответственность. К тому же... думаю однажды, все четыре трона снова будут заняты теми, кто их достоин. Так что ты не останешься в одиночестве на этом пути.
– Теперь маги начнут плодиться, как садовые улитки? – невесело усмехнулся я.
– Нет, не начнут. Это изменится постепенно, год за годом. Но в целом, конечно, мир уже не будет прежним. Врата открыты, больше ничто не сдерживает Силу по ту сторону Запределья.
– Открыты... – я вздохнул, вспоминая, как это было. – А пророчество все-таки было не слишком-то верным. Я так и не стал Ключом. Это сделал Лиан.
– Ну, – дядя наконец улыбнулся, – а с чего ты взял, что тебе надо было становиться Ключом? В пророчестве говорилось о том, что твои деяния откроют дверь, а не ты сам. Врата ждали Лиана, но без тебя ничего бы и не вышло. Подумай об этом.
– Тогда почему о нем не было ни слова в этих записях?
– Откуда нам знать, было или нет? Пророчества часто сохраняются в сильно измененном виде. Возможно, и тут получилось так.
– Значит, Мирте ничего бы не добилась, усади она меня на трон вместо Лиана? Если бы я оказался там один?
– Даже не представляю, дружище, – дядя пожал плечами. – Наверное. А может, тогда тебе пришлось бы взять на себя его ношу и отдать жизнь или Силу за возможность открыть Врата. Теперь мы этого уже не узнаем. – Дядя откинулся на спинку кресла. – Но у тебя есть возможность узнать, можно ли вернуть магу его дар, утраченный в такой ситуации.
– Это ужасно... То, что с ним случилось. Я не представляю, как можно жить без Силы внутри.
– Можно, мальчик мой... Можно. Я жил так много лет. И ничего, не помер. Кстати, мне очень нравится идея Лиана вернуться в Красную Башню. Это правильно. Это... это его Путь. Настоящий, тот, которым он всегда хотел идти. Даже если Сила не вернется к нему или вернется не сразу, он будет счастлив на этом пути. Раз уж с семейной жизнью у него не сложилось, сейчас самое время довершить начатое и закрыть старую брешь.
Наверное, дядя был прав, но от этих слов мне стало ужасно грустно.
– Это означает, что мы потеряем его по меньшей мере на пару лет. Там ведь у них все строго...
– Зато он обретет себя. Твоему побратиму нужна передышка. Нужно время, чтобы понять, кто он, куда идет и что для него самое главное.
– Это было и так понятно, пока он владел Силой!
– Ну... не скажи. Магия – это не твой выбор, не то, что делает тебя тобой. Вернее, не только она имеет значение. Посмотри на себя. Ты в первую очередь наследник, покровитель, защитник. Я – тот, кто помогает правителю, его скрытая опора и его тайная сила. Вереск – человек, который делает мир честней и лучше. У каждого свой путь, мальчик мой. Лиан – в первую очередь целитель. Ему пора вернуться к этому. Возможно, тогда и Сила вернется к нему однажды сама. Возможно, он будет одним из тех четверых, кто займет троны Эймурдина. Признаться, я так и думал... Но у жизни вечно свои планы, которые не больно-то совпадают с нашими. Вот и Вереск ушел, а ведь я так на него рассчитывал...
– Вереск? Гм! Ну только не говори, что там должна быть и его сестра.
– Почему нет? Она изменилась. Я более, чем уверен, что эта девочка вырастет сильным и хорошим человеком. Разве ты сам не чувствуешь?
 
– Ну... может быть, – честно говоря, я с трудом мог представить себе Иву на одном из тронов. Но... у жизни и правда на все свои планы, с этим не поспоришь. Разве мог я, например, подумать, что эта девчонка станет настолько важной для Лиана? Нет, конечно. Об этом и сказал: – Неужели мой брат и правда выберет ее в свои спутницы жизни?