Легенды Гарсариона: Искра (СИ)

Все, что им встречалось по пути, это поля зелёной травы и холмы. Редко можно было встретить лесочки, ещё реже — деревни, дым от которых растворялся где-то вдалеке.
Уже к закату они добрались до деревни, которая, судя по вывеске при въезде, называлась Живица. Это была небольшая деревня, которая располагалась близ тракта, вокруг неё рос небольшой лес. Дома здесь были, в основном, срубами, некоторые — глиняными. Обычное крестьянское селение, но необычайность ему придавало могучее дерево, которое росло прямо в центре. Жители сложили вокруг него камни, опоясав его.
Путников встретил местный мужчина, крепкий и бородатый.
— Вечер добрый, путники, — поздоровался он. — Что привело вас?
— И вам доброго вечера, — сказал Вэлиан, слезая с коня. — Мы едем в Раймен, не будет ли здесь у вас места, остановится на ночь?
Мужчина задумался.
— Трактиров и гостиниц у нас нет, не часто тут кто-то останавливается. Была как-то харчевня для путников, загнулась со временем… о чем я? Ага, могу отвести к элукару, спросите его. Он мужик здравый, гостей не гонит, если вы без злой мысли. Найдём вам крышу и накормим.
— Благословят вас боги, — улыбнулся Вэлиан.
— Идём.
Он отвёл гостей к дому, который выделялся среди других. Этот был больше, в два этажа, рядом была пристройка, где фыркали лошади, лужайка перед домом была ухожена, там росли цветы.
Элукаром оказался старик, с лысой головой покрытой пятнами, и седой редкой бородой. Его поддерживал более молодой мужчина, бывший, видимо, его сыном.
— Доброго вечера, господин, — Вэлиан поклонился, ткнул Саннэфею, что бы та тоже это сделала. Обычно кланялись ей. — Мы едем в Раймен, у нас с собой ни гроша. Не сочтите за грубость, если мы попросим вас дать нам кров и еду.
Старик смотрел на гвардейца пустыми глазами. Его сын спохватился, сказал ему то же самое, только громко и на ухо.
— А-а-а, — протянул элукар, он тоже говорил громко. — Гости, понятно. Заходите.
После этих слов старик развернулся и пошёл обратно в свой дом. Его сын остался снаружи.
— Мой отец — элукар Сеймор Лэнгур, — сказал мужчина. Ему было на вид около сорока, кудрявые каштановые волосы тронуты сединой, лицо немного обвисло и покрылось морщинами. — Я его сын Йохар. В данной ситуации, думаю, я могу принять решение за него.
Вэлиан только поклонился.
— Вы не похожи на тех, кто хотел бы нас ограбить, — продолжал Йохар, — так что я окажу вам помощь. Пустых домов у нас нет, но есть сарай, где мы запасаем солому для лошадей и скота. Можете переночевать там. Я распоряжусь, чтобы вам принесли еды. Арвис, — он обратился к мужчине, который привёл гостей к элукару. — Покажи им сарай.
— Большое спасибо, господин. — Вэлиан вновь поклонился. — Не знаю, как вас отблагодарить.
— Пусть боги решат это, — Йохар улыбнулся. — А вам доброй ночи.
— Доброй ночи, — одновременно ответили Вэлиан и Саннэфея.
Арвис повёл их к месту, которое указал сын элукара.
— Вы не подумайте, — сказал он, — элукар Сеймор хороший человек, просто стар уже, ему с каждым днём все хуже…
— Я уверен, что он достойнейший человек, — заявил Вэлиан.
Сарай был забит сеном, пахло здесь соответсвенно. Саннэфея думала, что хуже уже быть не может, когда ночевала в той вонючей комнате в таверне, но жизнь не перестаёт ее удивлять. Теперь она будет ночевать как самая настоящая дочь свинопаса или коневода. Но теперь она не хотела ничего говорить Вэлиану. Девушка пришла к выводу, что все же лучше спать в сарае, чем быть мёртвой.
Вэлиан свалился на сено и лежал не шевелясь. Саннэфея легла рядом с ним. Было неприятно, тело кололо, ей все время казалось, что по ней кто-то ползёт.
Еду принесла служанка элукара, довольно быстро. И Саннэфея наконец нормально поела, она была жутко голодна. О ее спутнике можно было сказать то же самое.
— Отец говорил, что нужно радоваться мелочам, — сказал после еды Вэлиан. — Знаешь, вот такой еде после пары голодных дней, чистой одежде, хорошей бани…
Саннэфея наконец почувствовала себя хорошо, после такого тяжелого голодного дня. Она жутко устала, а ноги ей натерло седло. Но теперь она могла отдохнуть и поела, и это было необычно приятно, даже не смотря на все условия, к которым она, как ей казалось, никогда не привыкнет.
 
— Как ты попал в гвардию? — вдруг спросила Саннэфея.
— Я всегда хотел, — не замедлил ответить Вэлиан, он приподнялся и повернулся к девушке. — С самого детства, когда увидел гвардейцев короля, я сказал себе, что хочу стать таким. Это была моя мечта. Возможности у меня были, ведь я сын элукара, правда только четвёртый, так что наследовать мне не светило, да и сам я этого не хотел.
Сначала я был оруженосцем у одного из рыцарей эрла провинции Артмонд, ведь я оттуда. Отец отдал меня в десять лет, после того, как я надоел ему с каждодневными просьбами, — Вэлиан улыбнулся, вспоминая. — Я прослужил оруженосцем до шестнадцати, а потом мы отправились в Алсогон, на войну.
— Ты был на войне? — удивилась Саннэфея.
— Не совсем, — Вэлиан засмущался. — Войной это не назвать, нет, скорее так, прогулка. Я сражался только один раз, при зачистке одной из деревень от алсогонских солдат. Мы их быстро перебили. Да и в целом, сломили мы Алсогон очень быстро. Тогда меня и посвятили в рыцари. После Алсогона я вернулся уже в титуле рыцаря, и тут же подал прошение эрлу о вступлении в его гвардию. Меня взяли и я прослужил там следующие восемь лет. Когда началась компания в Нордриме, эрл отправился туда, но меня не взял. Он знал, чего я хотел, о чем мечтал, и отправил меня в столицу, для обучения. Его я прошёл, а потом и испытание, которое проводил сэр Йеннер. Да, сэр Йеннер, — Вэлиан грустно усмехнулся, опустил взгляд. — Он был хорошим человеком.
Саннэфеи будто снова положили камень на сердце. Она любила этого старого солдата, он был к ней добр, относился, будто к родной дочери.
— Ну, что было дальше, ты знаешь. — Вэлиан поднял голову.
— Всю свою жизнь ты мечтал попасть в гвардию, а тут такое, — улыбнулась Саннэфея.
— Да… но, честно, я думаю, что все это не просто так. Если бы я не попал в гвардию, то, возможно, ты бы погибла. Воля богов, не иначе. Значит я был рождён и жил, чтобы спасти тебя.
Саннэфея улыбнулась.
— Похоже на то.
— У тебя очень красивая улыбка, — выпалил Вэалин, а потом смущенно отвёл взгляд. — Да уж, меня точно вздёрнут, когда узнают, как я общаюсь с принцессой.
— Ну хватит тебе, — хихикнула Саннэфея.
Повисло молчание. Принцесса все хотела задать вопрос, который ее давно интересовал, но не решалась.
— Разве ты не женат? — спросила она. Хотела сделать это так, как бы между прочим, но вышло неубедительно.
— Никогда не был. Я все думал о своей мечте.
— Девушки, наверно, вокруг тебя толпами ходили. — Саннэфея опустила глаза, делая вид, что рассматривает пальцы.
— Не то, чтобы толпами, но намекали часто. Но… не довелось.
— И ты даже ни разу… — девушка аккуратно бросила на гвардейца взгляд, но потом быстро опустила глаза. — Не поверю.
— Придётся, — усмехнулся Вэлиан. — Я не мог. Просто… я не любил по настоящему. А я думаю, что для того, чтобы этим заниматься, нужна любовь. Иначе чем мы отличаемся от животных? А если бы родился ребёнок? Он родился бы пустым, нежеланным, без любви. Я не хотел этого.
— Это… — вкрадчиво сказала Саннэфея. Она все ещё не смотрела на своего спутника, но чувствовала его взгляд. — Это очень интересно.
Сейчас, в глубине души, она была даже рада, что все так случилось. Что она здесь и может с ним говорить. Что он может быть рядом.
Вдруг она почувствовала, как он взял ее за руку.
— Принцесса, я клянусь вам, что доставлю вас к вашей родне в Раймен. Целой и невредимой. Даже если мне нужно будет умереть. Я сделаю для этого все.
Она улыбнулась, внутри все затрепетало, настолько это было для неё необычно, что все тело обмякло.
— Я бы не хотела твоей смерти, — сказал она. — Очень не хотела бы.