Право Вызова. Книга Третья (СИ)

Я начал обзвон с самых козырных мест и попал чуть ли не с первого раза.
— Ммм! — связанный официантик пучил на меня глаза и дрыгался, будто новорождённая гусеничка.
Охрана у ресторана «Яръ» оказалась ни к чёрту. Её, по сути, не было вовсе. Нам с Романовым не составило никакого труда попасть на участок, пробраться к персональской курилке и заманить прыщавого юнца в кусты. В качестве приманки я сотворил иллюзию очень пьяной и очень доступной посетительницы, которая рассталась с парнем, вышла покурить и потерялась.
— Да что со мной не так? Почему мне все изменяют? Неужели я настолько уродлива? — нарывалась на комплимент моя голограмма.
— Нет-нет! — прыщавый тут же навострил писку. — Вы прекрасны!
— Правда?
— Да! Если бы у меня была такая девушка, как вы, то я бы никогда… Слышите? Никогда! А парень ваш… Да он… Да он просто, — прыщавый на всякий случай огляделся. — Просто мудак!
— Ты такой хороший, — иллюзия томно похлопала глазиками. — А проводи меня до выхода, а?
— Выход в другой стороне.
— Я знаю.
— О!
Ох уж эти мужики. Следуют за стрелкой волосатого компаса не разбирая дороги, — подумал человек, который упиздюхал вслед за Брусникой на болото и за эту свою слабость чуть не был сожран Жираньей.
Слово за слово, мы с Романовым скрутили официантика, связали его и утащили за поленницу. Бить не стали, — не за что, — а в качестве морального ущерба даже сунули ему в карман немножечко денюжков. На улице прохладно, но парень вышел покурить в куртке, так что, надеюсь, не простынет.
Ну а дальше всё просто. Я превратился в официанта и пошёл обслуживать мою сестру и зятя.
— Э, пс, Ксюх. Это я. Дело есть.
— Илья⁉
— Да тише ты.
— Илья, что ты тут делаешь?
— Я пришёл просить помощи у Крашевых, — честно признался я. — Артём, ты можешь связаться с отцом прямо сейчас?
— Могу. А что… что случилось-то?
— Выведи его на видеосвязь и поставь на стол. Расскажу сразу всем, чтобы дважды не повторять.
Сказано — сделано. Артём облокотил телефон на солонку с перечницей и набрал князя Крашева. Кирилл Кириллыч вышел на связь из бани. Краснорожий, с берёзовым листом на щеке и в войлочной шапочке.
Но… трезвый.
Тот же номер, что с Троекуровыми, увы, не прокатит.
— Что случилось? — недовольно спросил князь Крашев. — Если ты про авокадо, то я уже всё решил. Нам это в данный момент не интересно.
— Да нет же, Кирилл Кириллович, дело куда серьёзней…
Издалека и очень осторожно, я начал свой рассказ о Романове, воле Богов и злодее Императоре…
* * *
РОМАНОВ
Андрей вылез из кустов и отряхнулся.
Разговор Прямухину предстоял нелёгкий и уж точно небыстрый, так что впереди у Романова был как минимум час свободного времени. А ведь это отличный повод, чтобы спровадить ведьму выгуливать Серкана и впервые за несколько дней провести время наедине с Танечкой.
Да, до постели дело у них пока что не дошло. И да, помыслов о первом разе на заднем сидении ржавеющей развалюхи у Андрея не было, но вот просто потискаться и помиловаться — почему бы нет?
Воодушевлённый такими перспективами, Романов двинулся к дырке в заборе; той самой, через которую они с Ильёй и попали на технический участок, как вдруг:
— Стой! — послышалось позади.
Твою-то мать, — подумал Андрей Павлович и обернулся. Его окликнул коротконогий пузан в белом поварском кителе. Нос крупный, красный и пористый, все руки в ожогах, резиновые тапки угвазданы настолько, что с них можно наварить кастрюлю хорошего крепкого бульон, зато на кителе в области сердца золотыми нитями гордо вышито «Шеф».
— Ты кто? — требовательно спросил пузан.
— Бармен, — недолго думая ответил Романов и, если уж разобраться, ни разу не соврал. — На собеседование приходил. К сожалению, не прошёл. Подскажите, пожалуйста, как отсюда выбраться?
— Погоди-погоди. А чего барменом-то хочешь? Бармен — это, знаешь ли, не профессия. Ну вот сам подумай, до скольки ты будешь свои коктейли мешать? До тридцати? Ну, может, до сорока. А потом что?
— По правде говоря, так далеко я ещё не загадывал.
 
— А надо бы загадывать, молодой человек, — пузан шмыгнул носом. — Работа поваром — это другое дело. Это настоящее призвание, понимаешь? Достойное, солидное, благородное. Ты даже не представляешь, какие перспективы могут открыться на кухне перед молодым пареньком вроде тебя…
Какой же ты пиздабол, — подумал Андрей. Не первый год в ресторанке, он тесно общался со многими поварами и знал все их перспективы наперечёт. Нищета, долги, кредиты, микрокредиты для закрытия кредитов, алкоголизм, хроническая усталость, женитьба по залёту на официантке, развод, алименты, болезни двигательно-опорного аппарата, грыжи, мужской варикоз, приобретённая аллергия на почти что все виды продуктов, ещё раз алкоголизм, рефлексия, одиночество, обида на весь мир, а иногда и суицид.
Все повара, которых когда-либо знал Андрей мечтали вырваться из своей профессии. Хоть куда, лишь бы подальше от кухни. К сожалению, получалось не у всех.
— Боюсь, что не справлюсь, — улыбнулся Романов. — Для этого ведь образование нужно.
— Да какое образование⁉ Брось! С таким наставником, как я, никакого образования не нужно. Я тебя всему обучу, — уверил пузан. — Ну как? Готов попробоваться прямо сейчас?
Да ему просто рук на кухне не хватает, — понял Андрей. — Вот он и тащит людей на галеры буквально с улицы.
— Нет, спасибо. Правда, я очень благодарен за предложение, но…
— А я тогда охрану позову. Скажу, что ты вор.
Ах ты говна какая.
— Лучше просто дайте мне уйти.
— Да ла-а-а-адно тебе, — улыбнулся пузан. — Просто попробуешь. Не понравится, значит добьёшь смену до конца и пойдёшь по своим делам. У меня коренщик заболел, а ребята зашиваются. Очень выручишь.
Ну что ж, — подумал Романов. — Я предупредил…
* * *
ПРЯМУХИН
— Значит, вот оно как? — Кирилл Кириллыч смахнул со щеки берёзовый листочек.
— Да. Всё что я рассказал чистая правда. В качестве доказательств у меня с собой есть дневники последнего Императора Романова, его правнук и голова опричника. Ну а ещё дочь узурпатора, у которой открылись глаза на злодеяния собственного отца. Думаю, этого вполне достаточно, чтобы поверить в серьёзность моих намерений.
— Хм-м-м…
— В детали плана я вас уже посвятил. Как видите, всё продумано вплоть до мелочей.
— Хм-м-м…
— Троекуровы, Черкасские и Мясницкие уже согласились нас поддержать, — не стал уточнять какие именно Черкасские и какие именно Мясницкие, ну да ладно. — Плюс мои собственные войска.
— Хм-м-м…
— Кирилл Кириллович, подумайте. С вами или без вас, но именно сейчас творится история и напишут её победители. Мир навсегда изменится буквально через несколько дней и вам не удастся отсидеться в стороне, — напирал я. — Мы без вас справимся, а вот вы без нас… Скажем так: когда всё закончится, Андрей Павлович Романов подведёт итоги и сделает определённые выводы. Так что помимо прочего, я прошу вас сделать правильный выбор ради благополучия собственной сестры.
— Хм-м-м…
— У вас всё хорошо? — к столику подошла менеджер ресторана; молодая, попастая и в брючках, что эту самую попастость очень выгодно подчёркивали. — Какие-то проблемы?
— Нет-нет, — улыбнулась Ксюша. — Всё хорошо.
— Тимофей помог вам определиться с выбором?
Тимофей, значит. Отлично. За курткой я не смог разглядеть бейдж прыщавого и до сих пор у меня на нём было написано непонятное «Официантий». Разузнав имя, я быстренько исправил свой косяк.
— Прошу прощения, он у нас новенький и может путаться. Так что если хотите, я могу сама…
— Нет, спасибо! — перебила манагера Ксюха. — Тимоша молодец. Оставьте нас, пожалуйста, мы как раз перешли к выбору горячего.
— Как скажете, — девушка подозрительно зыркнула на меня и ушла.
— Так, — сказал из телефона Кирилл Кириллович. — Значит, насчёт авокадо всё неправда? То, что они импотенцию вызывают и сыпь по всему телу?