Призови меня тихо по имени (СИ)

Но врачи мне пока не требуются, и осторожные мысли о том, что новый мир может быть не столь радужным, как мне того хочется, не смогли испортить мое настроение.
Даже несмотря на обрушившиеся на меня проблемы, я не унывал. Ведь я не погиб под колесами машины, я жив, а значит — все можно исправить. Безденежье — походом за монстрами. Слабость — тренировками и мощными существами, которых можно призывать. Репутацию — обретением силы и демонстрацией того, что бывает с моими недоброжелателями. Опыт говорит, что стоит только начать ловить людей поочередно и бить им морды, как остальные уже подумают, стоит ли лишний раз напоминать мне о моей слабости. Конечно, не лучший способ решить проблему, и часто насилие лишь добавляет новых трудностей, но если не сработают мирные варианты, придется бить морды. Пока не знаю, получится ли исправить репутацию без конфликта — еще не сталкивался с ситуацией, когда практически весь город считал бы меня каким-то прокаженным, отбросом.
Если честно, меня устроит и негатив, если только люди будут прятать его под испуганными улыбками, а не компенсировать свои психологические проблемы за мой счет и обращаться со мной, как с отбросом только потому, что при пробуждении я чего-то там не получил. Конечно, хочется стать своим в доску парнем, хорошим и справедливым, только не уверен, что такое получится в этом городе.
Проснулся, когда только светало. Обезьянка носилась по комнате почти бесшумно, но меня разбудил цокот маленьких когтей о стол, стул и половицы. Сперва не понял, где я, почему над моей кроватью грубый деревянный потолок вместо красивого натяжного, и что это за шум. А потом — понял.
Уловив мое настроение, обезьянка притихла, однако злиться на животное я не стал. Распахнул ставни, и демонический зверек бросился исследовать новую территорию. Что его зашибут, я не беспокоился: питомец получил команду быть осторожнее, да и к маленьким животным тут отношение особое. Каждый знает, что такое «питомец». А так вряд ли в городе много охотников с посттравматическим стрессовым расстройством, которые швыряют нож на любой шорох и даже в туалет ходят с луком и стрелами. Надеюсь, если такие все же есть, они не заглянут на задний двор таверны, пока обезьянка будет делать свои дела. Кстати, нужно будет купить питомцу ярко-красный ошейник, чтобы люди видели, что она — питомец. А потом, когда появятся деньги, приобрету еще и артефакт с защитой от физического урона. К сожалению, иммунитета от урона, как в играх, не будет: накопитель артефакта можно исчерпать несколькими атаками. Однако, всегда лучше иметь защиту, чем не иметь ее.
Наверняка на кухне никто еще не хозяйничает, и позавтракать не получиться. Ну, ладно. Вместо этого, пожалуй, займусь тем, о чем позабыл вчера — разбором сокровищ. Наконец узнаю, что за карты и амулет мне достались.
Я достал из рюкзака наградные сокровища и принялся внимательно их рассматривать. Игровые команды «оценка», «справка» и «покажи статус предмета» не сработали, сколько я ни твердил их или похожие по смыслу фразы, потому пришлось вздохнуть и принять факт, что для просмотра характеристик предмета нужно будет добыть соответствующий навык, или вовсе обойтись без него.
Благо, рассмотреть предметы и догадаться об их предназначении, можно было и без системной справки: по рунам, информацию о которых я получил еще вчера.
Амулет представлял с собой металлический кругляш с мелкими рунами, выгравированными с невероятным мастерством и точностью. Располагающиеся на амулете печати были вполне понятны: они говорили о заточении существа. Вот тут — дублирующие друг друга связывающие печати, которые должны повысить успешность заточения. Почти такие же руны были и на картах, сделанных на материале, больше похожем на стекло. Только карты слегка отличались: внимательно рассмотрев их печати, я понял, что эти мини-артефакты разовые, и предназначены для заточения на время. Их можно разрушить, и тогда демоническое животное вырвется наружу, а вот амулет предназначен для долгого сдерживания. В нем все говорило о надежности: материал, дублирующие друг друга контуры и мастерская гравировка.
 
Пожалуй, пока не буду пользоваться ни картами, ни амулетом. И призывать ни демонов, ни иных существ из-за грани не стану. С учетом вчерашних предостережений от системы, лучше пока отложить эти возможности: не хочу остаться без души из-за того, что ляпну что-то во время разговора с инфернальным существом или нарисую слегка неправильную ритуальную фигуру. Или, допустим, заточение попросту не удастся, и я останусь наедине с разъяренным демоном. Вот жители городка удивятся, когда нечисть прикончит меня и вырвется из комнаты трактира на свободу.
Изучив награды, я потратил около часа, разбираясь в полученных знаниях и прикидывая, когда и как эти знания использовать. Когда с кухни раздался тихий звон посуды, я тихо свистнул, подзывая обезьянку. Серая тень, хватаясь коготками за щели между досками, быстро вскарабкалась на второй этаж и шмыгнула в окно. А потом — прыгнула мне на плечо, устраиваясь там поудобнее. Так мы и пошли вниз, где я попросил сонную повариху подогреть что-нибудь, оставшееся со вчерашнего вечера, а обезьянке — дать кусочек сырого мяса из магического ледника. Сдобрил просьбу медной монетой, чтобы порции нам дали побольше, и сказал, что с хозяином трактира мы договорились о проживании вместе с питанием.
Поев — отправился на рынок, где можно сэкономить и купить товары дешевле, чем в лавках. Да и носы воротить от печально прославленного клиента люди не будут.
Продавцы только начали раскладывать на прилавках товары, потому я стал первым покупателем. С одеждой никаких проблем не возникло — подобрал себе по размеру рубаху, штаны взял чуть длиннее: штанины можно подкатать и затянуть ремнем, благо тот у парня был — остался от сытой жизни с двумя уважаемыми родителями. Правда, весь остальной гардероб сгорел.
Вещи, кстати, оказались немного хуже и грубее, чем те, что сейчас на мне, но идти к портному за хорошей одеждой сейчас не было ни желания, ни средств. Лучше оставлю деньги на артефакты, а хорошую одежду прикуплю, когда будут лишние монеты. Например, после того, как с командой охотников прогуляюсь к двум погибшим монстрам.
Обновку для обезьянки тоже удалось выбрать быстро. Тонкий кожаный ошейник, выкрашенный в ярко-красный цвет, занял свое место на шее животного, которое стоически перенесло это надругательство.
— Где предыдущий ошейник потеряли? — осведомился разговорчивый торговец.
— Не было предыдущего.
— Интересное у вас животное. Обычно, когда на таких маленьких питомцев ошейник надевают, те начинают верещать, скулить, лезут лапами под обновку, едва ли не душат себя. А эта — смирная.
Еще бы ей не быть смирной. Обезьянка, может, и рада была бы избавиться от ошейника, но навык действовал безотказно. Я понимал, что ошейник принесет пользу, потому обезьянка его и приняла.
Ничего, пара дней и привыкнет, перестанет замечать. Лучше уж пусть все издали видят красную полосу на шее и знают, что не животное какое-то опасное прокралось в город, а чей-то питомец.
Правда, даже в этом случае предчувствую проблемы. Обычно люди, которые могут себе позволить питомца, пользуются уважением. Питомец — это статус, это показатель твоего достатка, как в прошлом мире золотые украшения, объемная дорогая татуировка, трехкомнатная квартира в центре столицы или хотя бы дорогой телефон.