Призови меня тихо по имени (СИ)
Но тихо уйти не получилось. Послышался пробирающий до костей рык, от которого дыбом встали волосы даже на заднице. Между деревьев величаво вышагивал пес размером даже не с теленка, а с откормленного быка. По всему телу зверя росла костяная чешуя, скрежещущая друг о друга при ходьбе. По всей поверхности чешуи видны глубокие рубцы — будто перечень битв и схваток, в которых монстр участвовал. Глаза Костяного пса я разглядеть не мог — глубоко посаженные зенки прятались под костяными надбровными дугами, но голодный взгляд почему-то чувствовал.
Вид чудовища внушал оторопь — если лапа такого попадет даже в медвежий капкан, она и сам капкан сломает, и даже не поцарапается. Да и железный штырь, вбитый в землю, выдернет с легкостью. Горо в этой схватке ничем не поможет — только в качестве закуски пойти, или в горле застрять.
Монстр оскалил длинные клыки и еще раз зарычал. Я, тихо матерясь, попятился от опушки. Что тут лукавить — монстр страшен. Даже в кустах больше никто не копошится — все животные прыснули прочь. Н-да, это еще не ветеран, но монстр уже близок к тому.
Когда чудовище побежало, набирая скорость, я вскинул жезл, стараясь удержать его так, чтобы руки ходуном не ходили. Как только понял, что попаду — дважды нажал на кнопку и послал два молниевых разряда в зверя. Тот попытался отпрыгнуть, но не вышло: первый заряд зацепил лапу, вызвав судорогу, а второй попал в голову. Целил я в туловище, но так даже удачнее вышло.
Монстр упал на траву, мотая мордой. Молния, которая оторвала лапу слабому чудищу, не нанесла никакого урона этому — лишь оглушила. А ветераны гораздо сильнее...
Мысли не помешали мне выпустить еще молнию. А потом — еще одну, потому что предыдущей промазал. Я на пределе сил несся к чудовищу, но на пару секунд замедлиться и прицелиться смог. Жаль, что попал лишь один раз из двух.
Подбежав к монстру вплотную, я выдернул из крепления на поясе жезл с зарядом гнили и отправил в чудовище шелестящее облако. И, на всякий случай, чтобы монстр не успел избежать медленно летящей смерти, добавил еще один разряд молний.
Когда облако достигло монстра и обволокло его бок, чудовище взвыло, задергалось, но ничего сделать уже не смогло: облако разъедало плоть, будто попавший на снеговика кипяток. Секунд двадцать ужасного визга и мучительной агонии, и наконец монстр затих. Я сразу активировал браслет, отправляя растворяемую магией тушку к торговцам, пока облако не испортило всю тушу.
Продано:
Животная органика — 1 серебряный
Ценная чешуя — 2 серебряных
Голова (трофей) — 3 серебряных
Баланс: 23 серебряных
Жаль, что растворяющую плоть магию не оценили в монетах. Это было бы как минимум забавно.
— Ходу, Горо, — глубоко дыша, чтобы успокоить колотящееся сердце, сказал я. — Хватит на сегодня с нас охоты. Собираем капканы и домой.
Вот только Костяной пес был здесь не один.
Горо зарычал. Я быстро обернулся и увидел мчащегося к нам монстра — точно такого же, только размером раза в два меньше. Навести жезл я не успел: врага заслонял Горо, и времени, чтобы сменить позицию, не было.
Обезьян прыгнул вперед, грудью встречая врага. Сцепившись, оба покатились в мою сторону — Горо оказался легче, и не успел набрать скорость. Почти сразу раздался полный боли крик обезьяны — монстр тянулся пастью к горлу питомца и, словно кот, пытался когтями задних лап разодрать живот противника.
Я судорожно рванул с пояса свиток и разорвал, старательно пялясь на чудовище. Монстр сразу обмяк — приберегаемый артефакт с заклинанием паралича сработал! Теперь у меня есть две минуты.
— Не ешь его, — скомандовал я Горо, который в священном боевом безумии слюнявил заросшую густой шерстью шею неведомого монстра.
Горо нужна была помощь: шерсть на животе питомца была обагрена кровью, но я не стал тратить на него время. Вместо этого я шагнул к парализованному монстру, опустил ладонь на его загривок и сосредоточился, направляя энергию по той же схеме, как во время приручения. Этот монстр — меньше предыдущего, значит, это либо самка, либо детеныш. В первом случае шанс, что приручение сработает — довольно мал, да и во втором не слишком велик. Но если навык не сработает, у меня есть жезл с зарядом гнили — если в упор бить, не успеет увернуться и отправится на продажу вслед за мамкой. Или за папкой.
Энергия двигалась беспрепятственно, и минуту спустя я почувствовал, что у меня появился новый питомец. Сработало!
Теперь — подлечить поскуливающего Горо и вперед — собирать капканы.
— Не надо стеречь его, — сказал я обезьяне. — Этот пес теперь в наших рядах. Он теперь добрый, понимаешь?
Я минуты за три разрядил и собрал капканы, но новый питомец к тому времени не очнулся. Понятно — навык перекраивает сознание чудовища, переписывает инстинкты и директивы. Придется ждать, пока придет в себя, потому что уволочь такую тушу я не смогу, и Горо вряд ли поймет, что я от него хочу. Конечно, можно наконец попробовать засунуть демоническое животное в карту, но лучше пройти через ворота с псом, еще раз козырнув своей исключительностью.
Пока ждали, между деревьев вновь замелькали силуэты. Крови сегодня разлилось чересчур много, и запахи манили к нам демонических зверей. Я подстрелил троих монстров и для острастки отправил в сторону леса один заряд гнили — в жезле с молниями осталась едва ли треть заряда последнего накопителя, и это здорово меня напрягало. Приду в город — обязательно куплю себе побольше «батареек», чтобы не остаться без оружия в случае затяжного боя.
— А вот ты пойдешь на приручение, — вполголоса сказал я псу, который наконец заворочался и встал на дрожащие лапы. — Продам тебя на рынке и еще десять-пятнадцать серебряных получу... А теперь идемте отсюда! Надеюсь, нас больше ничего не задержит.
На воротах на меня и двух питомцев круглыми глазами пялился дядька Пит — тихий, как предсмертный хрип, и столь же жизнерадостный. Похоже, бедолага ждет, что я подойду к нему, чтобы отыграться за прошлое.
Может, в самом деле подойду побеседовать, но не для самоутверждения — меня впечатляют мои победы и достижения, а в чем радость победы над человеком, который счастлив лишь в глумлении над другими? А вот ради того, чтобы он завтра новую цель для травли не выбрал, можно и подойти.
Поэтому я направился сразу к толстяку, который побледнел и вцепился в копье, как утопающий в плечи товарища.
— Смотри, какого себе питомца добыл, — кивнул я на Костяного пса. Демоническую тварь нервировали люди: он бешено смотрел по сторонам и злобно рычал, скаля длинные клыки. — И это только начало, дядька. Дойдет дело и до Лесного ужаса, дай мне время. Кстати, чего я хотел сказать... Ты завязывай издеваться над теми, кто слабее, а то можем и поссориться.
Детская с виду угроза сработала. Стражник мелко закивал:
— Обещаю, Кабал. Хирстом Тогом клянусь, не трону никого!
— Ну, вот и отлично. Тогда я пойду.