Волчья натура. Зверь в каждом из нас

— Здорово, босс, — тихо сказал Шаман и закашлялся.
Расмус молча обнял его — действительного рядового базовой имперской пехотной бригады, героя финальной стычки за седьмую инхайскую базу. Одного из немногих, кого волки потеряли под Алзамаем, а теперь вновь обрели.
И не было ничего странного в том, что командующий имперской пехотной бригадой обнимается с рядовым. Там, под светом чужих звезд, они познали простую истину: нет ничего ценнее жизни соратника. Если ты готов, рискуя собственной жизнью, выручить любого, кто сражается рядом, то в трудную минуту выручат и тебя. Ничего не спрашивая и ничего не объясняя. И тем горше было Расмусу сознавать, что нынешние земляне, казалось бы, вообще не приемлющие убийств и насилия, на деле оказались готовыми посылать на смерть несмышленых и неопытных детей своих. Посылать в самое пекло, в схватки с волками. И класть детей своих в этих схватках пачками.
— Как ты? — спросил Расмус.
— Плохо, — сознался Шаман. — Но теперь все будет в порядке, — и он через силу улыбнулся.
— Веном! — позвал помощника Расмус. — Сведи-ка его в медпункт. А то знаем мы, какие из местных доктора…
Шамана увели.
— Я надеюсь, вы довольны? — спросил Ханмуратов.
— А где Варга? — вопросом на вопрос ответил Расмус. — Он приехал?
— Нет, он остался в Ашгабате. Мы только что разменяли всех арестованных агентов на вашего Шамана — так ведь его зовут, кажется?
— Спасибо, — сухо поблагодарил Расмус. — Передайте Варге, что любой из волков благодарен за этот поистине гуманный поступок.
— Обязательно передам, — заверил Сулим. — В свою очередь Варга просил поинтересоваться: как продвигается ваше строительство?
— Продвигается, — уклонился от ответа Расмус. — А что, сроки жмут?
— Очень жмут, — невесело сообщил Сулим. Десантная операция сил альянса едва не началась нынешней же ночью. Обмен только сдвинул сроки… Нам надо согласовать действия на случай, если альянс все-таки вторгнется в пределы Туркменистана.
— Вам не удержать таких протяженных границ, — сказал Расмус. — Это я вам как кадровый военный говорю… Как бывший военный.
— Мы это прекрасно сознаем. Основные силы пограничной охраны и гвардии оттянуты в окрестности Ашгабата. Собственно, наша задача — удержать пятачок в несколько сот квадратных километров. Ашгабат, «Чирс»… и предполагаемый рукав отступления. На это у нас хватит сил. На границах же оставлены только ложные цели да маневренные группы для создания иллюзии присутствия крупных вооруженных формирований.
«Ага, — подумал Расмус. — Сами доперли. Ну что же, дураками людей Варги не назовешь. Негодяями — легко, но не дураками».
— Это умное решение, — сказал он Ханмуратову. — И мне представляется — единственно выигрышное в сложившейся ситуации. Если правильно занять оборону, нужное время можно выиграть. Правда, альянс способен применить средства глобального поражения… Располагает альянс подобными средствами?
— К сожалению, — вздохнул Сулим, — располагает.
— Так я и думал, — проворчал Расмус. — Убивать мы не можем, но готовы. Старая, как мир, история. Впрочем, ладно. Когда у господина Варги будет время заехать и обсудить предполагаемую эвакуацию?
— В любое удобное для вас время.
— Тогда, — предложил Расмус, — в ближайший полдень.
— Договорились, — выдохнул Сулим.
Расмус, более ничего не произнеся, развернулся и ушел к капониру-посту.
За центральным пультом колдовал Лоренцо.
— Ну что? — В голосе Расмуса прорезались нотки нетерпения.
— Ползет помалу. Ретрейны частые, правда.
— Мощность мала, — скрежетнул зубами Расмус. — С такой техникой, как у местных…
— Для такой техники трансфер просто на диво, — вздохнул Лоренцо. — Впрочем, еще, думаю, часа два. Девяносто восемь процентов массы уже передано.
— Успеем, — выдохнул Расмус. — Успеем, точно. Пожалуй, можно начинать эвакуацию. Сначала пехоту и инженеров. Демонтировать ничего не будем, только матрицы снимем. Пусть люди Варги поломают головы. Сколько там придется челночить? Раз десять, не меньше?
— Босс, — сказал Лоренцо не то виновато, не то, наоборот, гордо, — я втащил в пределы управляющей зоны два дисколета. Можно будет убраться одной сменой, без челночных рейсов на грузовиках.
 
Расмус опешил.
— Дисколеты? Откуда они, черт возьми, у нас?
Лоренцо вздохнул:
— Ребята попросили. Ну я и приплюсовал парочку к золотому списку. Вышло всего плюс полтора процента по массе, а объем нас вообще мало волновал… Как, говорят, там на Земле без настоящих машин? Не на зверушках же местных летать…
— Дисколеты инхайские?
— Ага.
Расмус глубоко вдохнул. Потом выдохнул.
— Обормоты. Раздолбай. Скоты. Спасибо вам, уродам непослушным!
И он изо всех сил врезал Лоренцо по плечу.
— А ведь я приносил торжественную клятву инхайскому стратегу, что в призовом фонде нашей команды нет устройств высокого технологического класса! Дьявол, Лоренцо, если бы наш ангар проверили, то что?
— Думаю, было бы плохо, — осторожно предположил Лоренцо. — Но ведь не проверили же?
— Осядем, — хмуро пообещал Расмус, — я тебе все ребра переломаю.
— Йеп, босс! — весело согласился Лоренцо и козырнул.
— Где дисколеты?
— Я их ближе к ущелью навел, там и стоят. Темно — кто увидит?
— Грузить всех свободных! Все незадействованное имущество и технику! Оставить только портальную вахту и часовых по периметру. Мы уйдем на грузовике, думаю, все влезем. На «Чирс» много наших?
— Человек сорок, — сообщил Веном. — Все свободные.
— Отозвать!
— А не всполошатся? — с сомнением спросил Веном. — Если все сразу?
— Да пусть. — Расмус махнул рукой. — Варги нет, выводы делать некому.
— Йеп!
— Только, — предупредил Расмус, — никакой связи эфиром. Вестового зашли.
— Понял, босс, — кивнул Веном, и Расмус в очередной раз с грустью отметил, что Земля распустила вчерашних вояк неимоверно быстро. Даже в нынешних, все же не совсем мирных условиях.
Стройплощадка и палаточный городок на Хендываре зашевелились. В относительной тишине и без особой суеты волки собирались.
— Босс, — осторожно спросил Лоренцо, — а что с Варгой и его людьми? Что они хотели эвакуировать? Оборудование?
— Не только, — ответил Расмус, отвлекаясь от посторонних мыслей. — Они хотели еще и эвакуироваться сами.
— Сами? — удивился Лоренцо. — Но портал не…
— А откуда им это знать? — перебил Расмус. — И главное, зачем?
— Так они не знают?
— Нет. И не узнают. Я очень не люблю, Лоренцо, когда меня, вежливо улыбаясь, используют. Как презерватив. Вот пусть Варга и попробует сдержать всю остальную Землю. Но без моей помощи.
Лоренцо с сомнением покачал головой:
— А ведь будет драка… Та еще. Варга очень на нас рассчитывал.
— Знаешь, — с горечью в голосе произнес Расмус, — да, конечно, будет драка. Но я не хочу больше в это встревать. Они называют нас волками, Лоренцо. Может быть, может быть. Мы умеем убивать. Если надо. Но мы убиваем врагов. А они — самих себя. Они не волки, Лоренцо, конечно же, нет. Псы. Бешеные псы, не более. Так пусть же грызут друг другу глотки, если это они называют «борьбой с волчьим геном». Я не генетик, Лоренцо. Но мне кажется, что волчий ген мало удалить из ДНК. Сначала его нужно вытравить из песьих душ. А вот этого на Земле как раз и не произошло. И еще мне кажется, что пока Земля не содрогнется от пролитой крови, никто и ничем не сможет ей помочь. Ни мы, ни они сами. Такие дела, Лоренцо. Как там, кстати, трансфер?
— Девяносто восемь и три.
— Хорошо. Должны успеть.
Через четверть часа подтянулись волки с базы «Чирс». Индикатор трансфера вплотную подошел к отметке «девяносто восемь с половиной». Командиры подразделений один за другим докладывали Расмусу о готовности к эвакуации.
Потом пришел спецназовец Кэп.
— Босс, — сообщил он. — Нет Ядвиги. И этого вашего… консультанта. Последний раз Ядвигу видели здесь, на Хендываре, днем. На территорию базы они не возвращались.