Волчья натура. Зверь в каждом из нас

Это означало: либо Генриху несказанно повезло… либо он провалился. Причем второе вероятнее.
Золотых после доклада дежурного связиста-колли мрачно уселся за откидной столик, извлек из папки фотографию Саймона Варги и долго всматривался в лицо этого в высшей степени неординарного человека.
И вот, похоже, свидетельство того, что генерал все же ошибся в предчувствиях. Генрих таки выполнил задание, а Шериф благополучно миновал линию противостояния.
«А ведь надо бы Палыча позвать… Его агент, не мой», — подумал Золотых и только сейчас осознал и почувствовал насколько вымотали его последние дни, дни осады туркменской столицы.
Коршунович явился мгновенно, едва ему позвонили. А Лутченко и Шабанеева расторопный Степа Чеботарев догадался отправить на «Вепре», чтобы Шерифа встретили хоть сколько-нибудь знакомые лица.
А вскоре около штабного махолета замедлился рыжий «Вепрь» с иссеченной песком роговицей на обшивке: Видимо, немало пришлось побывать этой покорной зверушке под обстрелом.
И он вошел — невысокий ньюфаундленд, в каком-то невообразимом мятом балахоне с цветочком на груди, с больными глазами и печатью усталости на лице.
Не одного генерала Золотых утомили события последнего месяца.
— Здравия желаю, господин генерал… Господин майор…
— Садись.
Шерифу пододвинули раскладной стульчик.
Таким совещаниям должно проходить в тиши начальственных кабинетов, за необъятными столами вековой давности, под портретами и массивной люстрой. Но этому суждено было пройти здесь: в тесном отсеке наспех переоборудованного грузового махолета, когда у складного столика умещаются всего трое, а остальные сидят кто где, даже на соседнем столике и на полу. Связисты на скорую руку соорудили конференц-связь с аналитиками «большой тройки» и прочими специалистами, без которых было не обойтись. Последним, слегка запыхавшись, в отсек протиснулся европеец Шольц — ему тут же уступили место поближе к Золотых и Коршуновичу.
— Запись включена, — сообщили связисты. — Можно начинать.
Золотых ободряюще взглянул на Шерифа: давай, мол, сынок!
Арчи откашлялся, как делают почти все люди перед записью, и ровным бесстрастным голосом начал:
— Агент Шериф, внешняя разведка России. В соответствии с разработанной совместной операцией «Карусель» выполнял миссию наблюдателя в Алзамае, Сибирь, и позднее — в операции по захвату и уничтожению волчьей базы в тайге. В результате взрыва базы и последующего лесного пожара получил сильные ожоги и ряд иных повреждений; в бессознательном состоянии был захвачен в плен волками. Длительное время пребывал в их схроне под Чадобецкой плотиной, где мне оказали полноценную медицинскую помощь. К моменту, когда волки, а также находящиеся в сговоре с ними Саймон Варга и Сулим Ханмуратов, нынешние президент и министр самозваного правительства Туркменистана, собрались покидать схрон, я уже мог считаться практически здоровым. Схрон покидали ночью, в несколько заходов при посредстве летательных аппаратов волков, снабженных системой невидимости. Я ожидал, что у волков где-то в тайге имеется промежуточная база, но все оказалось гораздо неожиданнее и фантастичнее, чем мы могли бы предположить.
Волки эвакуировались на искусственный спутник Земли, который за время отсидки в схроне успели пригнать их коллеги из Космоса. Спутник весьма небольших размеров, поэтому длительное пребывание всей волчьей группы на нем представлялось мне решительно невозможным; и действительно, эвакуировав всех из схрона в Чадобецкой плотине, волки тут же принялись планировать и проводить в жизнь новую высадку, на этот раз — на территорию Туркмении, в окрестностях частной территории «Чирс», принадлежащей вышеупомянутому Саймону Варге. На этой территории долгие годы проводились генетические эксперименты, имеющие целью стабилизировать и внедрить в людской геном так называемый ген волка и тем самым получить солдат, способных без губительных последствий для психики выполнять разнообразные боевые задачи, связанные с физическим уничтожением противника. Самостоятельно выделить этот ген ученым Варги не удалось; и Варга принял решение воспользоваться готовым генетическим материалом наших космических гостей. В обмен на предоставление некоторых материалов и устройств, а также необходимой энергии волкам. Цель волков заключалась в постройке некоей конструкции, способной транспортировать материальные объекты из одной точки пространства в другую; волки называли ее все объясняющим словом «портал».
 
Будучи на спутнике, глава волчьей группы по имени Расмус сделал попытку завербовать меня в качестве консультанта по земным вопросам и мне пришлось дать согласие. В дальнейшем я действительно консультировал волков и, увы, Саймона Варгу относительно их действий в условиях блокады, но я заявляю, что не передавал им никаких сведений, способных серьезно повлиять на результат или повредить силам альянса.
Положение консультанта давало мне некоторую свободу. Волки считали меня просто сибирским пограничником; за кого меня принимали Варга и Ханмуратов — я до конца так и не установил, но есть подозрения, что они знали, кто я на самом деле. Ситуация сложилась таким образом, что Расмус распространил на меня некоторую защиту, в результате Варга не мог особенно распоряжаться моими действиями, а позднее Варге стало просто не до того.
В качестве консультанта и вооруженного исполнителя мне пришлось принять участие в ашгабатском перевороте, а именно в захвате здания правительства и в операции по захвату разведывательной резидентуры в Ашгабате. Не знаю — чьей, возможно, что и российской. Так сложилось, что вторая часть прошла для меня вхолостую: та квартира, на которую послали группу, куда я входил, оказалась пустой, а резидентуру взяли другие группы.
Спустя несколько дней после переворота между Варгой и волками произошла какая-то размолвка; подробности и предмет размолвки мне неизвестны. Нынешней ночью волки покинули площадку с порталом и палаточный городок, на «Чирс» несколько дней подряд также наблюдалась повышенная активность, которую можно квалифицировать как подготовку к эвакуации. Куда переместились волки, мне также неизвестно, неизвестен и способ, каким они это сделали, есть только косвенные данные, полученные от одного из волков, а точнее — от одной, от волчицы, которая не сумела уйти вместе со своей группой. По ее словам, в аппаратуре портала не хватает нескольких важных блоков, без которых покинутая конструкция работать не в состоянии. Ночью в районе портала и «Чирс» мною и волчицей были замечены два летательных аппарата значительных размеров, которые моя спутница назвала дисколетами. Помимо названия, по словам спутницы, я установил также, что эти летательные аппараты не входили в снаряжение объявившейся на Земле волчьей группы.
По реакции волчицы я могу с большой долей вероятности предположить, что уход волчьей группы не был запланирован заранее и был спонтанной реакцией на некие новости. Волчицу и меня попросту «потеряли», поскольку в ту ночь мы находились… ну, сформулируем так: в самовольной отлучке.
После осмотра покинутой площадки портала мы направились в поселок Багир, откуда я пытался связаться с Россией по резервным телефонам, но связь с внешним миром не действовала. Далее мы направились в Ашгабат, где я рассчитывал изыскать иные варианты связи, но тут на меня вышел агент альянса, псевдоним Немец, который снабдил меня необходимой аппаратурой и познакомил со стратегией перехода через линию противостояния. Я воспользовался его инструкциями… Вот, собственно, и все.
Шериф выдохнул и скользнул взглядом по лицам слушателей. Ему немедленно подали стакан минералки, который Шериф тут же жадно заглотал.
— Степа! — скомандовал Золотых, и Чеботарев, не дожидаясь повторного приглашения, принялся задавать вопросы, изредка заглядывая в пометки, которые он делал по ходу первичного отчета Шерифа.
Шерифа мучили около трех часов. Для начала.
Из «Шехрезады» Генрих вышел в отличном настроении. Еще бы: давненько ему не случалось так быстро выполнить весьма расплывчатое задание. Пойди туда, не знаю куда, и отыщи там Шерифа. Вынь, можно сказать, да положь. И вынул, и положил. Конечно, немалую роль во всей этой короткой детективной истории сыграл слепой случай. Мобильник этот дурацкий, да и сама информация о нем. Невероятно удачно получилось.