Исход неясен (Гарри Поттер – Женская Версия) (СИ)

— Значит, вы действительно живы! — Антон фон Шух оказался небольшим, круглым и начисто лысым человечком, с лицом доброго сказочника и взглядом убийцы. И неспроста. Судя по тому, где в Цюрихе располагалась его контора и сколько в ней работало сотрудников, это было крайне доходное предприятие. Если же учесть, что речь идет не о ювелирах или часовых дел мастерах, а о частном поверенном, адвокатом фон Шух был более, чем успешным.
— Как видите, — улыбнулась Анна. — А что были сомнения?
— Вы исчезли пять лет назад, и с тех пор о вас не было никаких вестей… Ваша родня со стороны матери и представители младшей ветви Энгельёэн…
«Вот еще нашлись Энгельёэны!» — возмутилась Анна, но вслух сказала нечто иное:
— Они отдельная ветвь, — сочла необходимым уточнить Анна. — И к Энгельёэнам не имеют никакого отношения.
— И тем не менее, — осторожно возразил ей мэтр фон Шух, — с точки зрения, как минимум, магловских законов, у них были бы кое-какие шансы. Не сразу, но лет через десять, когда они добились бы судебного решения о признании вас умершей…
— Уточните, пожалуйста, значение термина «магловский»? — осторожно попросила насторожившаяся Анна.
— Не волнуйтесь, — улыбнулся мужчина, — статут Секретности не нарушен. Я, видите ли, сквиб, и работаю по обе стороны Завесы. Часто это просто необходимо.
— Многие ведут бизнес с маглами? — заинтересовалась Анна.
— В этом вопросе все непросто, — объяснил адвокат. — Во-первых, есть волшебники, живущие среди маглов на постоянной основе. Некоторые из них весьма успешны по эту сторону Завесы. Но им иногда нужна помощь в проведении некоторых юридических процедур в мире волшебников.
Об этой стороне жизни Анна как-то не задумывалась, но должна была признать, что в словах фон Шуха есть определенная логика.
— А с противоположной стороны действуют маглорожденные и полукровки? — спросила она.
— Разумеется, — кивнул мужчина. — Но бизнесы в мире маглов ведут и чистокровные. Например, Лорд Малфой в Британии и Лорд Малфуа, его дальний родственник, во Франции.
— Забавно!
— И не говорите!
— И все-таки, — решила Анна вернуться к интересующей ее теме, — с чего взялись разговоры о моей смерти?
— Разговоры, — грустно улыбнулся адвокат. — Если бы только разговоры.
— Вот, почитайте, — протянул он ей ксерокопию книжной страницы, — специально для вас подготовил.
«Бой в Годриковой впадине вечером 31 октября 1981 не зря называют Хэлоуинской резней, — Прочла Анна. — Министерство и общественность с легкой руки профессора Альбуса Дамблдора концентрируют все свое внимание на Мальчике-Который-Выжил и, разумеется, на Том-Кого-Нельзя-Называть, поскольку Темный Лорд был развоплощен именно в эту ночь. Однако, историки давно указывают на целый ряд противоречий, имеющих место в этом нарративе. По свидетельству немногих жителей Годриковой впадины, решившихся наблюдать, пусть даже издали, за развернувшейся схваткой, бой длился около двадцати или даже тридцати минут. Так что ни о каком внезапном нападении не может быть и речи, хотя следователи ДМП, наверняка, под давлением министра магии отказываются рассматривать эти свидетельства, считая их «субъективными» и «ложными». Тем не менее, профессор Помпилион Мур, проанализировавший все эти свидетельства (время, цвета заклятий и некоторые другие факторы), пришел к выводу, что бой длился не менее четверти часа и не более тридцати пяти минут. В нем, по мнению ученого, сошлись довольно значительные силы: от десяти до двадцати человек с каждой стороны, и обе стороны понесли чудовищные потери. Из списков живых одномоментно исчезли такие известные пожиратели смерти, как Нейтан Эспиналл и Питер Пимблетт, и такие герои сопротивления, как Анна Энгельёэн и Денни Годбир. В Аврорате на это возражают, что кроме останков самого Темного Лорда и мертвого тела Джеймса Поттера, на месте преступления не было найдено ни одного другого тела. Таким критикам неплохо бы вспомнить, что на тот момент и пожиратели смерти, и бойцы сопротивления из небезызвестного ордена Феникса усилиями министерства находились вне закона. И обычная практика обеих сторон заключалась в том, чтобы не оставлять на поле боя своих раненых и убитых…»
 
Удивительно, но это было первое упоминание ее имени в связи с Хэллоуином 1981 года, которое она нашла. Здесь ее называли бойцом сопротивления и связывали ее предполагаемую гибель с боем у дома семьи Поттеров или даже в самом этом доме. Получается, она была членом ордена Феникса? Или просто захотела помочь… Кому? Судя по возрасту, она училась в Хогвартсе в одно время с Лили, Джеймсом и Сириусом. Может быть, не на Гриффиндоре, и, возможно, на год старше или младше, но они наверняка были знакомы. Иначе зачем бы ей вмешиваться в их дела? Но, если так, то из прочитанного следует, что погиб один лишь Джеймс. А что же Лили и Сириус? Что стало с ними?
— Как видите, — сказала она вслух, возвращая прочитанный лист на стол адвоката, — слухи о моей смерти оказались несколько преувеличены.
— Я тоже читал Марка Твена, но вопрос не в этом, а в том, что вы, судя по всему, о бое этом ничего не помните, а о том, что происходило в мире волшебников в течении следующих пяти лет, не знаете.
— Это так, — кивнула Анна. — Глупо бы было оспаривать очевидное, но я надеюсь на вашу деликатность.
— О, разумеется! — сразу же всполошился мэтр фон Шух. — О разглашении столь деликатной информации не может быть и речи! К тому же вы моя клиентка по определению, поскольку таково содержание договора, подписанного мной с вашим отцом. Вы можете быть абсолютно спокойны, Миледи, с моей стороны утечек не будет, но в этой связи я бы хотел дать вам несколько рекомендаций общего порядка. Как ваш адвокат и как добрый приятель вашего покойного батюшки.
— Слушаю вас внимательно.
— Тогда, самое очевидное. Если вы, миледи, не собираетесь закрыться в замке и вести уединенную жизнь, то скрыть потерю памяти вы не сможете. В самой потере памяти нет ничего ужасного или компрометирующего. Допустим, вы были тяжело ранены, и друзья вашего отца вывезли вас для лечения куда-нибудь на Восток. В Китай, в Корею или, быть может, в Южную Америку. Во всех этих местах есть целители, про которых ходит множество слухов, но вот достоверных сведений о них ни у кого нет. Вы не обязаны и не можете называть имена и точные географические ориентиры. Просто констатация факта: вы были тяжело ранены и долго лечились заграницей.
— Звучит логично, — согласилась Анна. — Что дальше?
А она чувствовала, не все так просто с ее «потерей памяти».
— Наверное, невежливо говорить такое женщине, — продолжил между тем мэтр фон Шух, — тем более, такой молодой и красивой женщине, как вы, миледи. Однако шрам на вашем лице указывает на то, что к вам было применено темномагическое проклятие большой силы, иначе бы шрам с вашего прекрасного лица давно бы исчез. Не знаю, что произошло с вами на самом деле, и, если честно, не хочу знать. Меньше знаешь, как говорится, крепче спишь. Однако вы легко можете сослаться на это проклятие, как на источник ваших затруднений с памятью.
— Но? — решила Анна ускорить процесс.
— Но ваши враги могут использовать факт вашей частичной амнезии, чтобы поставить под сомнение вашу вменяемость и, соответственно, дееспособность.
— Это было бы крайне неприятно, — согласилась Анна с адвокатом. — Что же делать?
— Пройти освидетельствование по собственной инициативе.
— Что это мне даст?
— Справку о вашей нормальности.
— Поможете? — вопрос напрашивался, и даже ответ на него был заранее известен, но она должна была спросить.
— Естественно, — кивнул адвокат. — Как долго вы предполагаете пробыть в Цюрихе?
— Я планировала не больше недели, — пожала Анна плечами, — но, если потребуется, я могу задержаться.
— В этом нет необходимости, — отмахнулся мэтр фон Шух. — Через два дня устроим консилиум магловских врачей, а через пять — вас осмотрят целители из Базеля. И будут у вас две справки на все случаи жизни.