Сказ про волчьи пары. Счастье со второй попытки (СИ)
Врач что-то спросил, а я аж на стуле подпрыгнула. Вот насколько в себя и свои думы погрузилась.
— Что, простите? Задумалась.
— Паулина, я спрашивал про отца Евгения. Расскажите мне, что с ним случилось? Почему он отсутствовал во время вашей беременности?
-…. Были причины.
— Паулина, не подумайте, что я из праздного любопытства это спрашиваю. Мне как врачу важно все знать. Обещаю, эта информация не уйдет дальше моего кабинета. Но если было насилие, мне придется обратиться в правоохранительные органы.
— Что? Не было никакого насилия. Просто… Он не знал про мою беременность. И не мог находиться рядом.
— Ладно. Я вижу, что вам неприятна эта тема. Не буду больше настаивать. Справимся своими силами, без информации о состоянии здоровья генетического отца.
Я с шумом выдохнула. Мне действительно было не комфортно все это обсуждать. Если Егор спросил разок и больше не наседал, то этот врач оказался настойчивее. Неприятно. И даже немного раздражающе.
Из кабинета я выходила в прескверном настроении. Вот шла сына проведать, а в итоге снова погрузилась в самоедство и самокопание. Все думала, а могла ли я всего этого избежать⁈ Позаботиться о здоровье сына еще во время беременности? Если бы знала как все сложится, и имела возможность вернуться назад во времени, то ни минуты б не думала. Кинулась в ногах у родителей Тимофея валяться и просить о возможности быть рядом со своим истинным. Меня они невзлюбили, но может к внуку бы отнеслись лучше. Все таки тоже волки и должны понимать насколько важно сохранение обретенной связи.
Я снова влетела кому-то в грудь. Вот никогда такой рассеянной не была. А тут второй раз за такой короткий промежуток времени.
Вдохнула и только открыла рот, чтобы прощения попросить, как услышала легкий смех.
— Знаете, я почти готов поверить, что вам просто нравится находиться в моих объятиях. Никак иначе не могу объяснить то, что вы снова на меня налетели.
Поднимаю голову и удивленно смотрю на Тимофея. Почему он в больнице? Зачем пришел? Видимо, произношу это вслух, потому что он незамедлительно ответил. Ну не мысли же мои прочитал, в самом то деле.
— Я все думал над вашими словами и решил сходить на консультацию. Хоть прикинуть какие есть шансы на восстановление всех моих воспоминаний. И Если есть возможность, ускорить этот процесс.
Вот оно что. Неужели так сильно захотел меня и момент нашего знакомства вспомнить? Мило. И приятно, что уж тут душой кривить. Мы так и продолжаем стоять в коридоре больницы в полу объятиях, когда меня окликают. Лечащий врач подходит к нам и как-то нервно улыбается, словно ему не нравится картина, которая предстала перед глазами. Я его прекрасно понимаю. Все же, лечебное учреждение не место для проявления нежных чувств. А тут я чуть ли не повисла на альфе. И он вполне себе по собственнически обнимает меня за талию. Прям нежно влюбленные, которые не обращают ни на кого внимания и смущают этим всех прохожих.
Я неловко отодвигаюсь и сосредотачиваю внимание на враче.
— Что-то забыли, Артур Михайлович?
— Не совсем. Почему вы не сказали, что у Жени есть аллергия на лекарства?
— Что?
— Мы начали вводить лекарство и у него случился приступ. Мы быстро его купировали, сейчас мальчику ничего не угрожает. Но вы должны были предупредить нас о возможной реакции. Этот вопрос не просто так вписан в анкету при поступлении.
— У Жени не было аллергии. Мы практически всю его жизнь провели в больницах. Никогда ничего подобного не случалось.
— Значит мы нашли препарат, на который аллергия есть. Теперь будем знать. Паулина, прошу прощения за свой тон. Это было недопустимо с моей стороны. Я пожалуй вернусь к пациентам.
— Постойте, Артур Михайлович. С Женей теперь точно все будет в порядке?
— Конечно, Паулина. Он же находится в больнице. Здесь повсюду врачи и медицинские сотрудники, обученные справляться с критическими ситуациями. Еще раз прошу прощения, что напугал. Не буду вас задерживать. До завтра.
Взял меня за локоть, ненадолго сжал и ушел. Я прям остолбенела. Сначала обвинил в намеренном умолчании об аллергических реакциях. А потом что? Стал заигрывать? Не просто ж так он ко мне прикоснулся. Что-то хотел этим показать. Показать свою заинтересованность? Глупости какие. С чего бы молодому, привлекательному врачу обращать внимание на меня. У него столько пациенток на любой вкус. Выбирай, если сильно хочется. Зачем ему я, да еще и с больным ребенком в придачу?
Пока в моей голове сменялись один вопрос за другим, Тимофей так и застыл истуканом. Тоже находился под впечатлением от поведения врача, похоже.
— У тебя тут кто-то лежит на лечении?
— Да. Сын.
— Вот как. Сын, значит. И муж, наверное, имеется?
— Нет. Мужа нет.
— Почему?
— Тимофей, что за вопросы? Почему я должна оправдываться в том, что не смогла построить отношения с другим волком?..
Я слишком поздно прикусила язык. Уж очень меня разозлил этот безразличный тон и отстраненное выражение лица. Как будто ему стало противно рядом со мной находиться. То, что он не помнил нашего совместного прошлого, не дает ему права презирать меня за то, что я растила ребенка одна все это время.
Мы стояли и буравили друг друга глазами. Хотелось отвернуться и расплакаться от такого отношения. Вот они — последствия разорванной связи. Ни один волк не стал бы так разговаривать с волчицей, в которой чувствует свою пару. Тимофей же, очевидно, ничего подобного ко мне больше не испытывает.
Я не выдержала. Развернулась и пошла на выход. Хватит с меня хамства альф для одного дня. И врач отличился. И Тимофей непонятно себя ведет. А ведь буквально пару часов назад был такой обходительный и увлеченный. Вот что с мужчинами делает известие, что у дамы, которая приглянулась, имеется ребенок. Бегут все дальше чем видят. И не важно, что ребенок на самом деле твой оказался. Пока свободна и одинока — интересна и можно приударить. Если есть обязательства, то все, не нужна такая. Ужасный день. Поскорее бы он закончился уже.
Глава 34
Глава 34
Тимофей
Я проклинал себя. Какой же я был дурак. И эгоист к тому же. Обрадовался, встретив очаровательную волчицу и растворился в своих эмоциях, совершенно не подумав, что ей самой был не нужен. Конечно, у Паулины мог быть ребенок. Даже несколько. И муж в придачу. Возраст то подходящий. А я уж размечтался. Хвост распушил и готов быть стелиться под ногами. Каков дурак!
Разочарование бахнуло в больнице, куда я полетел на консультацию. Меня так встряхнула эта встреча, что я захотел еще раз обследоваться и по возможности исправить то состояние, в котором пребывал уже много лет подряд. Настроил себе в голове планов, а они все рухнули как карточный домик.
Сначала мне просто не понравился взгляд, который бросил этот докторишка на Паулину. И тон его не понравился. Если бы он встретился мне пару веков назад, я бы со спокойной совестью уже вгрызался бы ему в шею. Но мы жили в цивилизованном обществе и такое поведение не поощрялось. Не просто не поощрялось, но и каралось по всей строгости закона. Так что волчью сущность пришлось усмирить. Да и выяснились более интересные детали про Паулину. Наличие ребенка меня не оттолкнуло. Да и будь у нее другой альфа, я бы так просто не отступил, а поборолся бы за внимание. Но охладило мой пыл другое. Раз ребенок был в больнице, значит имел какие-то проблемы со здоровьем.
Больной ребенок, и взрослый волчара, тоже не совсем здоровый… Разве нужно вот такое двойное счастье да на плечи одной волчицы⁈ Вряд ли. Только эти мысли проскочили в голове, как все эмоции враз выветрило.
Я что-то говорил, а в голове билась только одна мысль: «Отпусти. Не привязывай к себе волчицу, у которой и без тебя забот полно». Я и отпустил. Нагрубил, похоже. Не намеренно. Просто слова вырвались помимо моего желания. Оскорбительные слова для любой представительницы прекрасного пола. Паулина замерла испуганным кроликом. Я видел, что она еле сдерживает рыдания. Развернулась и быстро пошла на выход. Я подорвался и рванул следом. Хотел исправить все. На колени упасть. Прощения попросить. Но не смог подобрать слов. Просто дернул волчицу и закрыл в своих объятиях.