Рассветная бухта
— Правда? Не понимаю, чем ему поможет видеокамера. Допустим, мы поставим ее и ничего не увидим. Как отсутствие выдр опровергнет признание Бреннана?
— Если ты веришь Пэту, то почему ты против камер? Всего один кадр с норкой, белкой — даже с крысой, и можешь послать меня подальше. Сейчас ты прямо как Пэт — словно знаешь, что там ничего нет.
— Нет, приятель. Мне все равно, есть там кто-то или нет. Если мы никого не найдем, что это докажет? Может, животное спугнули. Может, его убил хищник, может, оно впало в спячку… Даже если его не существовало, это не доказывает вину Пэта. Звуки могли быть вызваны осадкой стен или проблемами с канализацией. Возможно, он просто навоображал бог знает что, и если так, у него действительно был стресс — но нам уже это известно. Однако это не означает, что он убийца.
Ричи не спорил. Он прислонился к столу и прижал пальцы к вискам.
— Тогда мы хоть что-нибудь выясним. Это все, о чем я прошу, — сказал он наконец.
Я почувствовал жжение в желудке — не знаю, из-за спора ли, усталости или мыслей о Дине — и постарался скрыть гримасу.
— Ладно. Пиши заявку. Мне пора бежать, но я подпишу ее перед уходом — лучше, если она будет от нас обоих. Стриптизерш не заказывай.
— Я делаю все, что в моих силах, — ответил Ричи, и какая-то нота в его голосе заставила меня насторожиться. Это был голос одинокого существа, умоляющего о помощи. — Я пытаюсь сделать так, чтобы все было правильно. Видит Бог, я стараюсь изо всех сил.
Каждый новичок полагает, что от исхода его дела зависит судьба Вселенной. Однако у меня не было времени успокаивать Ричи, особенно сейчас, когда Дина где-то бродит, излучая свет словно дискотечный зеркальный шар и привлекая хищников в радиусе десятка миль.
— Знаю, — ответил я. — У тебя хорошо получается. Как следует проверь правописание — начальник к нему сильно придирается.
— Ага. Ладно.
— А мы тем временем перешлем ссылку как-бишь-его, нашему доктору Айболиту — возможно, он заметит что-нибудь интересное. Я поручу Киерану проверить учетную запись Пэта на форуме — выясним, обменивался ли он с кем-нибудь личными сообщениями. И еще нам нужно найти следующий форум, на который он отправился.
— Следующего может и не быть. Он уже побывал на двух, и ни один из них не помог. Возможно, Пэт сдался.
— Нет, не сдался. — Конусы и параболы элегантно двигались по экрану моего компьютера, заезжали друг на друга, складывались и разворачивались, чтобы снова начать свой медленный танец. — Пэт был в отчаянной ситуации. Это можно понимать как угодно — если хочешь, считай, что у него ехала крыша, однако факт остается фактом: ему нужна была помощь. Он продолжил бы поиски в Интернете, ведь больше ему идти было некуда.
* * *Поручив Ричи написать заявку, я вызвал в памяти список мест, где может быть Дина, составленный по опыту прошлого раза, позапрошлого, позапозапрошлого и так далее: квартиры ее бывших, пабы, в которых ей симпатизировали бармены, дешевые клубы, где за шестьдесят евро можно довольно долго выжигать себе мозг. Я знал, что все это бессмысленно: Дина, вполне возможно, села на автобус до Голуэя, так как увидела про него документальный фильм, или же очаровала какого-нибудь парня и пошла к нему, прельстившись обещанием кое-что показать. Однако выбора у меня не было. В чемоданчике еще оставались кофеиновые таблетки; парочка таблеток, душ, сандвич — и можно отправляться. Холодный голосок в моей голове говорил, что я слишком стар и слишком устал для подобных приключений, однако мне удалось его заглушить.
Вставляя ключ в замочную скважину своей квартиры, я все еще перебирал в голове адреса, планировал кратчайший маршрут и потому не сразу сообразил, что дверь не заперта.
Целую минуту я простоял в коридоре прислушиваясь. Ничего. Затем поставил чемоданчик, расстегнул кобуру и распахнул дверь.
В полутемной гостиной негромко играл «Затонувший собор» Дебюсси; от стенок бокалов отражался свет свечей, заставляя темно-красное вино сиять. На секунду у меня перехватило дыхание, я не мог поверить своим глазам. «Лора», — подумал я. Затем Дина опустила ноги с дивана и потянулась за бокалом.
— Привет, — сказала она. — Наконец-то, черт возьми.
Мое сердце колотилось где-то в горле.
— Какого хрена?!
— О боже, Майк, расслабься. Что это — пистолет?
Застегнуть кобуру удалось только со второго раза.
— Как ты сюда проникла?
— А ты кто — Рэмбо? Палку не перегибаешь?
— Ох, Дина, я чуть в штаны не наложил.
— Направить пушку на собственную сестру! А я-то думала, ты будешь рад меня видеть.
Гримаса недовольства была притворной, однако блеск в глазах предупреждал, чтобы я вел себя осторожно.
— Я рад. — Наконец мне удалось заговорить нормальным тоном. — Просто не ждал тебя. Как ты вошла?
Дина лукаво усмехнулась и засунула руку в карман кардигана; он весело звякнул.
— У Джери есть ключи от твоей квартиры — а если честно, то и от всего Дублина. Наша маленькая мисс Надежность — ой, прошу прощения, миссис Надежность — именно тот человек, кому стоит оставлять ключи, на тот случай если тебя ограбят, пока ты в отпуске, верно? Если бы ты решил придумать человека, у которого были бы все ключи, он ведь был бы точь-в-точь как Джери, да? Ох, ты бы умер от смеха: все они висят в ряд на крючках в чулане — с аккуратно подписанными ярлычками. При желании я могла бы ограбить полрайона.
— Джери сходит с ума от беспокойства. Да мы оба волновались.
— Ну да, а зачем еще я сюда пришла? Чтобы тебя развеселить. Вчера ты выглядел таким расстроенным; клянусь, будь у меня кредитка, я бы заказала тебе девочку. — Она протянула мне второй бокал. — Держи. Вместо девочки я принесла вот это.
Вино либо куплено на деньги Шейлы, либо украдено: Дина постоянно стремится напоить меня краденым вином, накормить печеньями с гашишем, прокатить на машине очередного бойфренда, за которую не уплачены налоги.
— Так что садись и пей. Я нервничаю, когда ты так нависаешь.
Ноги у меня все еще дрожали после всплеска адреналина, надежды и облегчения. Я взял чемоданчик и закрыл дверь.
— Почему ты не у Джери?
— Потому что у Джери тоска смертная. Сколько я провела там — день? И за это время узнала каждую подробность из жизни Шейлы, Колма и как-там-его. Я смотрю на нее, и мне трубы перевязать хочется. Садись.
Чем быстрее я отправлю ее к Джери, тем больше смогу поспать, но если не поблагодарить ее за этот маленький спектакль, она взорвется и бог знает когда придет в себя. Я упал в кресло; оно заботливо окружило меня, и мне показалось, что больше я уже не встану. Дина оперлась о кофейный столик и протянула мне бокал с вином.
— Держи. Уверена, Джери думает, что мой труп уже лежит в канаве.
— И ее нельзя винить.
— Я бы и не вышла, если бы мне не было так хреново. О Боже, мне так жаль Шейлу, а тебе? Если она идет в гости, то наверняка должна каждые полчаса звонить Джери, иначе та подумает, что дочь продали в рабство.
Дина всегда умела меня рассмешить — даже когда я изо всех сил пытаюсь быть серьезным.
— Значит, все это в мою честь? Один день вместе с Джери, и ты уже оценила меня по достоинству?
Она снова устроилась в уголке дивана и пожала плечами:
— Это в честь того, что мне нравится делать тебе приятное. После того как вы с Лорой расстались, о тебе никто не заботится.
— Дина, у меня все хорошо.
— Каждому нужно, чтобы о нем заботились Скажи, кто в последний раз о тебе заботился?
Я вспомнил, как Ричи протягивает мне стаканчик с кофе, как защищает меня от нападок Куигли.
— Мой напарник.
Дина вскинула брови:
— Серьезно? Я думала, он младенчик, которому еще попку надо подтирать. Наверное, он просто к тебе подлизывался.
— Нет, он хороший, — возразил я и почувствовал, как от этих слов по телу разлилось тепло. Другие стажеры не стали бы спорить со мной из-за камеры; если бы я сказал «нет», разговор был бы закончен. Внезапно тот спор показался мне подарком судьбы, одной из тех перебранок, которые напарники устраивают каждую неделю на протяжении двадцати лет.