Время платить по счетам (СИ)

Примечания:
Дать по ушам (уголовный слэнг) — раскороновать вора и изгнать из воровской среды.
Welcome to Hell (англ.) — Добро пожаловать в Ад.
  
Глава 27
 
— Здравствуйте, Михаил Дмитриевич. Разрешите? — из приоткрытой двери кабинета высунулась веснушчатая рожа Семенова. Руководитель проекта «Электронный бухгалтер» выглядел сконфуженным и немного испуганным.
— Здравствуй, Сережа. Конечно, заходи, присоединяйся к героям, — я жестом ладони указал на стоящих перед столом и всем своим видом выражавших сожаление и раскаяние двух прохвостов. — Будем вас вознаграждать по заслугам.
Семенов горестно вздохнул, но спорить не решился. Мышкой тихонько проскользнул в кабинет, и пристроился чуть позади Сани, постаравшись спрятаться за спинами руководителей.
— Вижу уважаемые, вам грустно и скучно на работе? — вкрадчиво поинтересовался я. — Хочется новых развлечений и смешных розыгрышей? Могу организовать.
Лица всех троих погрустнели, предчувствуя моральную порку.
— Давайте сначала уточним. Вам скучно, потому что работы мало, а свободного времени до хрена? А грустно, что ваши таланты клоунов и шутов пропадают зря? Правильно?
Все трое удрученно молчали.
— Понятно, — ухмыльнулся я. — Будем решать проблемы. Для начала с работой. Вилен, дорогой, тебе энергию некуда девать? Могу на полставки определить помощником к Зое Петровне. Будешь на пару с ней полы мыть и пыль тряпочкой смахивать. Заодно и мыслей дурных в твою ученую, но безумную голову будет меньше приходить. Сереже тоже рублей двадцать к зарплате прибавим. Пусть подавальщиком тряпок и мойщиком унитазов недельку постажируется.
Директор «НКТ сервис» сокрушенно вздохнул, виновато опустил голову. Семенов на мгновение скривился, представив грядущие карьерные перспективы, вспомнил, где находится и сделал виноватое лицо.
— Может вас в цирк отдать? Это явно ваше призвание. Возьмете себе псевдонимы. Троица Трус, Балбес и Бывалый у Гайдая на весь Союз прославились. Можем и вам подходящие придумать. Красные накладные носы, желтые парики и широкие штаны с заплатами найдем. Сейчас Анне команду дам, она быстро всё организует. Для начала тут попрактикуетесь. Походите дня два в образе клоунов по офису, повеселите персонал. Сотрудников попросим детишек привезти, устроим им представление, раз у вас много свободного времени и мало работы.
— Михаил Дмитриевич, может не надо? — робко осведомился Вилен. Взгляд директора «НКТ-Сервиса» был заискивающим и виноватым, как у нашкодившего щенка.
— Надо, Федя, надо, — твердо заявил я. — Не только вы одни веселиться желаете. Мы с Анной и Ирочкой тоже хотим. Вы теперь девушкам и уборщице должны.
— А давайте мы им деньгами компенсируем? — оживился Саня. — Я Петровне сотню подкину, она довольна будет. Девчонкам конфет или пряников куплю в качестве извинений.
— Да, — подхватил сразу воспрянувший духом Вилен. — Я тоже сотню добавлю. И шоколадку девушкам принесу.
— И я, — расстроено буркнул пересиливший свою жадность Семенов. Зарплата у него была не такая высокая как у директоров. Впрочем, сотню он мог легко потратить. Семисот рублей оклада и полторы тысячи — процентов с продаж и премиальных от «Электронного бухгалтера» он ежемесячно получал.
— С каждого по сотне — Петровне как компенсация морального ущерба, по двести — Ирочке за обморок и испорченные нервы, и по триста — Анне, она всё-таки секретарь генерального директора, а вынуждена была не заниматься своими прямыми обязанностями, а тратить время на ваше воспитание. Итого шестьсот с каждого.
Саня улыбнулся.
— Легко.
Вилен с облегчением быстро-быстро закивал головой как китайский болванчик.
Лицо Семенова страдальчески искривилось.
— Не волнуйся, Сережа, — успокоил я. — Я предупрежу Тамару Аркадьевну, она тебе эти деньги выделит из фондов фирмы — в долг. Каждый месяц будем высчитывать с твоей получки сто пятьдесят рубликов. Как раз за четыре месяца закроешь.
— Спасибо большое, Михаил Дмитриевич, — с чувством поблагодарил Семенов с таким кислым выражением, будто хотел сказать «Будь ты проклят!»
 
— Пожалуйста, — ухмыльнулся я. — Любой каприз за ваши деньги.
Помолчал две секунды и добавил:
— Но ребятки так дешево вы не отделаетесь. С Александром его наказание я обсужу отдельно. А вам парни, надо повысить нагрузку, раз свободного времени на придумывание всякой херни так много. Кстати, Вилен, куда маску дел?
— В приемной у Анны оставил, — промямлил директор «НКТ-сервис».
Я щелкнул кнопкой устройства громкой связи.
— Слушаю вас, Михаил Дмитриевич, — после длинного гудка раздался в переговорном устройстве голос Анны.
— Маску принеси сюда, пожалуйста.
— Хорошо, Михаил Дмитриевич, сейчас принесу.
Дверь бесшумно открылась. В кабинет проскользнула Анна. Молча положила маску на стол передо мной и так же быстро удалилась, не забыв аккуратно прикрыть за собой дверь.
Я глянул на Вилена.
— Надевай.
— Зачем? — пробормотал глава «НКТ».
— Так нужно, — лаконично объяснил я. — Сегодня до конца рабочего дня будешь ходить в ней. А чтобы люди не пугались, наденешь бейджик на отворот пиджака, который ты на всех конференциях носишь: «Вилен Альфредович Извольский, кандидат технических наук, директор ООО 'НКТ-Сервис». Исключительно для того, чтобы сразу было видно, не какой-то душевнобольной или дебил одноклеточный по офису разгуливает, а молодой ученый, директор крупного предприятия. У тебя скоро совещание? Вот и будешь его в этой маске проводить, раз такой весельчак. Я сейчас в службу охраны позвоню, у них видеокамера и фотоаппарат заряженный свежей пленкой лежит возле проходной, на всякий случай, для фиксации провокаций. Пусть выделят пару сотрудников, чтобы сняли этот волнующий момент для истории. Всем желающим официально разрешаю сфотографироваться с Виленом Альфредовичем. Такие уникальные кадры упускать нельзя. Сейчас Анне дам команду, она людей проинформирует. Потом эти снимки в буклет с новогодними поздравлениями клиентов вставим и на все научные конференции с участием нашего замечательного директора отправим. Пусть завидуют.
Саня, не удержавшись, прыснул, представив себе Вилена проводящего совещание в маске зомби. Даже Семенов улыбнулся. Только Альфредовичу было не смешно, а очень грустно.
— Не нужно, Михаил Дмитриевич, — голос Вилена дрогнул. Послать меня и написать заявление об уходе он не решился. Понимал: сам напросился. Привык хорошо жить и много зарабатывать. Осознавал: таких условий и возможностей не получит нигде.
— Нужно, Вилен Альфредович, — в тон ему ответил я. — Не одному же тебе шутить и веселиться. Я тоже хочу.
— А ты чего разулыбался? — я резко повернулся, сразу сделавшему серьезное лицо, Семенову. — Забыл, что тебе предстоит? Тебя тоже запечатлеем для истории, как туалеты моешь и метлой машешь. И на доске почета в холле повесим фотографию «Лучший уборщик месяца». А чтобы тебе не так скучно было, будешь со своим любимым магнитофоном «Весна» сортиры драить. У ребят кассеты ТДК есть, девяностоминутные. Я попрошу, они тебе на всё время, песню «Арлекино» запишут. Представь, ты в грязном халате усердно скоблишь тряпкой очко, в правой кабинке кто-то тужится, в муках избавляясь от накопленных за день каловых масс, а в левой, наоборот, с вздохами облегчения поливает унитаз фонтанчиком мочи. Ароматы, конечно, не шанель номер пять, но тоже очень сочные. С нотками аммиака, свежего навоза и немного тухлой туалетной водички. Лепота. Ещё фоном вдохновляющая музыка звучит, как живое напоминание о вашем веселом розыгрыше.
Я на секунду замер, вскинул руки и, дирижируя, пропел с выражением:
— Ах, Арлекино, Арлекино!
Нужно быть смешным для всех
Арлекино, Арлекино
Есть одна награда — смех!'
Сделал паузу, давая всем присутствующим оценить замысел в полной мере. Саня откровенно ржал, даже Вилен бледно усмехнулся, только Семенову уже было не смешно.