Соль под кожей. Том первый (СИ)

— Я надеюсь, что у вас в запасе еще немного приятных слов, потому что я ожидаю их услышать, когда закончим наводить лоск. — Она улыбается, поправляет очки и снова опускает взгляд в свой пухлый рабочий блокнот. — Есть еще пара вопросов — музыканты, бутоньерки… Я учла ваши пожелания и договорилась…
Мы тратим на обсуждение еще около тридцати минут, хотя это больше похоже на монолог, где мне отведена роль вовремя кивающего болванчика. Я и раньше не сомневалась, что что-то может пойти не по плану, но теперь буду абсолютно спокойна.
— Значит, то пятницы. — Люба деловито захлопывает блокнот. — Я займу ровно час вашего времени.
— Вы правда просто волшебница. До пятницы.
Я заезжаю в крафтовую кондитерскую, занимаю столик около доски с кучей стикеров, на которых написаны разные пожелания, обещания и признания. Пока готовят мой любимый киш с форелью и крем-сыром, достаю ноутбук, но еще несколько минут не решаюсь его открыть. Что-то внутри буквально бунтует против продолжения общения с Сергеем. Как будто в животе завелась ледяная змея и жалит каждый раз, когда я протягиваю руку к крышке ноутбука. А ведь когда-то я мечтала о том, чтобы триумфально вернуться в его жизнь, уронить к своим ногам и заставить прочувствовать все то отчаяние и ужас, которые из-за него пережила я. Уронить Сергея на самое дно пропасти и смотреть свысока, наслаждаясь заслуженным триумфом. Но со временем злость перегорела, мысли о мести потускнели, а прошлое стало слишком горьким, чтобы добровольно думать о нем даже с оглядкой на справедливое возмездие.
Но я все-таки беру себя в руки, делаю два глотка крепкого кофе и захожу на сайт.
На этот раз от Сергея всего шесть сообщений, и все кроме последнего — попытка снова и снова оправдать собственную тупую шутку. Последнее, шестое, он прислала сегодня утром — пожелал мне хорошего рабочего дня (вставив что-то о разнице часовых поясов) и добавил, что всегда будет рад пообщаться, и ответит на мои сообщения, если вдруг я передумаю и решу написать.
Еще одна долбаная манипуляция и попытка поиграть в обиженного благородного оленя, но на этот раз он решил зайти с другой стороны. Хорошо, но не ново. Если бы я хотела сказать человеку, что не хочу терять наш контакт и буду рада любой весточке, то нашла бы менее прямолинейный способ.
Немного подумав, как лучше поступить, все-таки перепрыгиваю пару пунктов нашего с Данте плана и присылаю Сергею никнейм в мессенджере, по которому у меня зарегистрирован аккаунт для Рины. Делаю приписку, что сайт у меня все время глючит, и меня достали местные эксгибиционисты, и писать мне лучше туда.
Никаких заискивающих смайликов, никаких намеков на то, что я буду ногти грызть в ожидании его сообщения, и никакой альтернативы в виде номера телефона. Пусть думает что хочет, хотя я и так знаю, что он клюнет. Просто потому, что знаю Сергея и знаю каким напористым он может быть, когда ему действительно что-то нужно. А Рина ему понравилась — я это копчиком чую. И тот факт, что Сергей уже дважды успел попрощаться, «забыв» закрыть за собой дверь — лучшее тому доказательство.
Мой киш приносят через пять минут, и практически одновременно с этим в мессенджере всплывает сообщение от абонента, которого нет в списке контактов: «Привет, это Сергей».
Я спокойно съедаю половину своего заказа, нарочно никуда не торопясь и от скуки пролистывая красивые фото в своих подписках. Отвечаю ему только минут через тридцать, когда официантка приносит еще одну чашку кофе.
Рина: Не думала, что ты ответишь так быстро.
Сергей: Мне удалиться и написать завтра? ))
Рина: Все норм, просто я готовлюсь к съемке и скоро буду не на связи.
Сергей: Ты вообще когда-нибудь отдыхаешь?
Вместо ответа я скидываю ему фото своей руки с коктейлем в кокосовом орехе, и добавляю приписку: «Найди занятие по душе и ты всегда будешь кайфовать от работы».
Рина: А чем ты занимаешься?
Даже интересно, что он ответит, потому что вряд ли отважится сказать правду.
 
За шесть лет Сергей довольно основательно продвинулся по карьерной лестнице — от начальника незначительно отдела — до главы комитета по вопросам благоустройства. И всем этим он, конечно, обязан отцу своей жены — Борису Новаку, политику с солидным послужным списком, депутату одного из созывов. Ну и еще одной «маленькой подставе», которая стоила жизни моим родителям, а лично мне изувечила жизнь и душу.
Сергей: Я кручусь — тут, там, всего понемногу.
Мысленно закатываю глаза — он так предсказуем, что за секунду до того, как присылает сообщение, я прокручиваю примерно то же самое в собственной голове.
Рина: Только не говори, что ты криптовалютный миллионер.
Сергей: )))))))))))
Рина: Ты ведь прикалываешься?
Сергей: Да, просто смешно с твоей реакции)) К криптовалюте отношения не имею, хотя немного биткоинов на разные потребности кое-где лежит.
Рина: Покупаешь эскортниц чтобы жена не спалила?
Я нарочно вбрасываю этот вопрос, хотя в нем нет ничего странного. Давно известный факт, что женатые мужики составляют добрую треть всех посетителей сайтов знакомств. В наше время пластиковых паспортов проверить семейный статус невозможно, если только не иметь связей в органах государственной регистрации. Догадаться, что мужик уже в чужом стойле, можно только по косвенным признакам. Но и этого часто недостаточно, а эти моральные уроды нарочно закручивают стремительные романы, чтобы быстро подсадить на себя женщины, получить желаемое, а потом, если его план будет раскрыт — свалить в закат в поисках новой «жертвы». Мы с Сергеем не обсуждали статусы друг друга, типа, по-умолчанию считается, что не свободный человек не будет намеренно искать новые знакомства с противоположным полом. Так что в моем вопросе нет ничего странного — я могу показывать, что мне все равно на его семейный статус, могу намекать, что хочу получить доказательства его свободы, а могу просто прикалываться. Важно другое — как отреагирует сам Сергей. И если я его хоть немножко знаю (а я знаю его гораздо-гораздо лучше!) — он никогда не даст прямой ответ. Эта хитрая скотина всегда оставляет лазейку для побега, чтобы в случае чего матерится и орать: «Я тебе не врал, я никогда не говорил, что не женат!»
Сергей: Никогда в жизни не покупал эскортниц и проституток.
Ну вот — что и требовалось доказать. Никакого прямого ответа. Любая женщина с головой на плечах, получив такое, тут же удалила бы переписку, заблокировала контакт и мысленно поблагодарила Вселенную, что не дала вляпаться в говно. Любую другую женщину насторожил бы этот ответ, но у «Рины» нет цели строить с этим мудаком какие-либо отношения в долгосрочной перспективе, так что я прикидываюсь чайником и позволяю нассать себе в глаза.
Рина: Да ладно, разве в мире еще остались такие мужчины?
Сергей: Ну да.
Сергей: Но признаюсь, что пару раз мял сиськи стриптизершам.
Его любимая история про то, как на заре своей блестящей карьеры его «старшие» (считай, более солидные) товарищи повели его в стриптиз-бар и там подарили целый приват с танцовщицей. Наратов даже мне это рассказывал, господи. С блеском в глазах сообщил, что у той девахи были лучшие сиськи, какие ему вообще встречались, как бы подчеркивая свой богатый опыт в этом деле.
Какой дурой я была, что видела в этом признаки «настоящего мужчины», а не банальное хвастовство тем, о чем нормальные мужчины никогда не распространяются. Тоже мне, великое достижение — развести на секс энное количество женщин с дырой в башке вместо мозга.
Жаль, что среди них оказалось и мое имя, хотя я и не поддалась его чарам сразу, и стойко держала оборону девственности целых четыре месяца.
Рина: И как ощущения от сисек стриптизерши?
Сергей: Ну, пока что это были самые лучшие из тех, что приходилось помять.