Путь первого (СИ)

— Зачем тебе эти… изваяния? Неужели ты один из тех, кто любит трогать мужские…
— Нет! Нет! — яростно закричал я. — Это не моё. Это вообще принадлежит господину Пахау.
— Ой! — ещё сильнее сконфузилась Лоуа. — А ему зачем? Такой почтенный старец…
— Это всё сложно!
— Очень. Я, пожалуй, пойду.
Быстрее обычного Лоуа поковыляла из комнаты, на ходу надевая маску, скрывая лицо, красное от стыда за меня.
Я сел на сундук и… расхохотался. Потом крикнул ей вслед:
— Мы только что испортили один очень хороший пророческий сон!
✦ ✦ ✦
Я просидел в комнате минут пять, пытаясь унять смех.
Камни пола задрожали под моими ногами. Я в удивлении отскочил: неужели — землетрясение? То есть — твердетрясение? 
Когда каменный пол вспучился горкой, я всё понял.
Сложив руки на груди, ждал, когда из растянутого, словно резинового пола вылупилась голова Аканы Ситт. Затем показались покрытые пылью плечи, за ними — руки. Акана напоминала зомби, застрявшего в могиле.
— Теперь я знаю, что под землёй ты тоже можешь ходить.
Размахивая руками и выплёвывая пыль, Акана хрипло проревела:
— Помоги!
Я протянул руки и помог ей выбраться из покачивающегося, как желе, пятна в полу. Выбравшись на поверхность, Акана некоторое время сидела, кашляя и отхаркиваясь.
Снова сложив руки на груди, я сказал:
— Знаешь, а в моём доме есть обычный вход.
— Я не хочу… чтобы меня увидели у тебя.
— Тебе настолько стыдно находиться в моём бедном жилище, что готова ползти сюда под землёй, как червяк?
— Ты смеёшься, но сейчас тебе будет не до смеха.
— Если ты снова признаешься, что обманывала мой Взор и Голос, но я всё забыл, как тогда, под лестницей во дворце Ач-Чи, то предупреждаю: я не забыл о своём обещании убить за такие шутки.
Акана перестал харкаться.
— Слушай меня, — резко сказала она. — Если хочешь спасти свою мать, то спеши в её дом.
— От чего спасти?
— От смерти.
— А что с ней?
— Сегодня, прямо сейчас, наёмники готовятся атаковать дома всех старших рода Саран, Мадхури в том числе.
— Зачем? Кто их нанял?
— Те-Танга возобновили родовую войну. Сегодня же её и завершат, уничтожив дворец рода Саран и дома всех старших.
Красные от пыли глаза Аканы слезились, по ним не угадать — врёт она или нет?
— А откуда ты узнала о нападении?
— Тебе важно?
— Вдруг ты снова обманываешь мой Взор и Голос.
— Раскрыв тебе чужую тайну, я рискую своим положением в роде Ситт.
— Это не ответ на мой вопрос. Откуда ты знаешь о замыслах Те-Танга?
— Самиран, я отпрыск рода разведчиков. Мы умеем ходить сквозь стены и землю. Мы умеем обманывать Взор так, что нас не видят, даже когда смотрят на нас в упор. Мы знаем много чужих тайн.
— Вы молодцы. Но это всё ещё не ответ на мой вопрос. Откуда ты узнала о нападении?
— Поступай как знаешь. Но я не вру. Сегодня тот день, когда род Саран рассеется и умрёт на Всеобщем Пути. Спаси хотя бы свою мать.
— А меня наёмники убить не хотят?
— Ты не старший. Кроме того, ты челядинец Патунга.
— Не челядинец, а первый в отряде!
— В любом случае тебя не тронут. Но если атакуешь одного наёмника, то станешь для них законной жертвой. Будь готов к битве.
Акана вернулась на то место в полу, из которого недавно выползла. Камни под её ногами снова задрожали, девушка по колено провалилась в пол, как в болото, и продолжила погружаться, закрыв слезящиеся глаза.
На прощание сказала:
— Никому не рассказывай, что я тебя предупредила.
Тут я заметил, что сегодня она выглядела не как обычно. Чего-то не хватало.
Она уже провалилась в пол по самую шею, когда я спросил:
— Эй, а где твоё украшение под губой?
Акана на секунду открыла глаза:
— Спеши. И будь осторожен — за твоим домом следят.
После этого её голова резко ушла под землю. На полу даже образовалось что-то вроде воронки из размягчённого камня. Я не удержался и потрогал: на вид камень как тесто, на ощупь — твёрдый.
✦ ✦ ✦
Не верить Акане нет оснований. А то, что она избрала такой трудоёмкий способ встретиться со мной, доказывало, что она не врала.
 
Правда, девушка не знала, что мне плевать и на Мадхури Саран, и на Похара Те-Танга, и на их родовую вражду. Но я всё же из рода Саран. Если Те-Танга начали родовую войну, то она задевала меня.
Я сбегал в комнату с бассейном и вылил себе на голову ведро холодной воды.
Оружие в доме мало, только кинжалы и простая железная мочи-ка, которую я когда-то принёс из казармы, да забыл отнести обратно. Доспехов тоже не было, но была моя чёрная короткая туника, купленная на рынке для высокоморальных. Браслеты Духа на мне. Так привык к ним, что не снимал ни во время купания, ни во время сна.
Я переоделся в тунику и проверил шкатулки на поясе — пустые. Все кристаллы я недавно переместил в шкатулки на доспехах. Впредь буду знать, что дома нужно держать отдельный арсенал.
Так, так. Что дальше?
Надо лететь в казарму и вооружиться!
Выбежал во двор и обнаружил, что Ио и Эхна, потеряв всякий стыд, целовались и обнимались, спрятавшись за углом домика Слуги. У их сплетённых ног валялся пустой винный кувшинчик. 
Танэ Пахау всё так же спал в кустах ман-ги. Рядом, свернувшись калачиком, дремала Лоуа. Маска свалилась, открыв её драгоценное лицо всем опасностям мира.
— Тревога! — взревел я. — Отряд!
Эхна меня не слышала, а Ио никак не отреагировал. Я подскочил к Лоуа потряс её за плечо:
— Подъём, просыпайся!
Едва разлепив глаза, Лоуа надела маску. Пошатываясь и скрипя протезом, поднялась.
Сколько я ни тряс Танэ Пахау — старик только отмахивался, причмокивал и бормотал: «Во имя Луны, оставь меня в покое, отрок».
Эхна и Ио подошли ко мне. Их лица красны от вина и поцелуев. Молодые люди покачивались, как молодые побеги кустов ман-ги на ледяном ветру Дивии.
Я кратко рассказал, что случилось и почему мне надо в казармы. С ужасом заметил, что перескакивал с пятого на десятое. Потом зачем-то стал выдумывать историю, откуда я узнал о войне, ведь нельзя было выдавать Акану Ситт. Но с каждым словом запутывался в своей выдумке и пьянел ещё сильнее.
Видать, у вкусного вина было опьянение замедленного действия: со временем оно не выветривалось, а усиливалось.
К счастью, остальные были пьянее меня, поэтому совершенно не интересовались моим оправданием.
— Короче, надо спешить на помощь!
Ио нахмурился:
— Это твоя родовая война. Нам-то что?
Но Эхна и Лоуа согласились лететь со мной.
Кстати, Эхна была вооружена. Она пришла на шашлыки в красивом золотистом хитоне и ослепительно красной накидке, под которой прятался чехол с мочи-кой, а на поясе висел кинжал.
— Расправляйте ваши крылья, небесные воины! — пафосно сказал я. — Мы летим в казармы!
Эхна ткнула мне в лицо скрижальку, в которой справедливо заметила, что лететь надо не в казарму, а на место для приземления акрабов. Ведь если предстоит бой, то глупо тратить Линии на полёт. Даже во хмелю Эхна не утратила воинской рассудительности.
— Верно, — согласился я. — Летим не в казармы, а к акрабам.
Я попросил Ио дождаться, когда Танэ Пахау очнётся, и рассказать ему, куда я улетел.
Расправил крылья и хотел взлететь, как прорезался Внутренний Голос:
«Напоминаю, Акана Ситт сказала, что за твоим домом следят. Помни об этом».
Кажется, это впервые, когда Голос напомнил о конкретной угрозе? Раньше он так не делал.
«Напоминаю, что рост Морального Права увеличивает остроту Внутреннего Взора и громкость Голоса».
— Ясненько.
Чтобы выявить слежку, я решил лететь один, а Лоуа и Эхна вылетят позже меня.
— Если увидите, что за мной следует наёмник — не нападайте на него.
— Почему? — спросила Лоуа.
— Ио прав, это не ваша битва. Если вы атакуете наёмника, то ввяжетесь в битву с остальными.
Довольная, что ей не надо драться, Лоуа быстро согласилась: