Путь первого (СИ)

— Как убьёт? — не унимался я.
— Насмерть, как ещё.
По тону учителя я понял — он сам не знал, как именно Сердце Дивии расправятся с нарушителем. Но дальше расспрашивать не стал. У неведомой силы, которая раздавала дивианцам волшебные грани и следила за их озарениями могло быть множество способов убить любого неугодного.
Так я выяснил, что технические особенности управления Дивией — не табу, но и не обсуждались открыто.
Считалось, что достигший морального права познавал таинство управления Дивией от старших членов Совета Правителей. Тем же, кто никогда не достигнет высокого права, знать и не надо.
✦ ✦ ✦
Киа Дивиата вернулась с продолговатым синим фонарём в руках.
— Все самые древние и самые битые скрижали о Сотворении Дивии хранятся в подвале Дома Опыта, — пояснила она. — Но туда мало кто ходит. Даже я бывала всего раз, когда принимала должность хранительницы зала Скрижалей Знания.
Вместо того, чтобы отвести меня к лестнице вниз, она поманила меня к выходу на балкон:
— Ты же владеешь «Крыльями Ветра»?
— Неужели вы хотите слететь вниз?
— Так будет быстрее, юноша.
Киа Дивиата повернулась ко мне спиной и подняла руки, приглашая подхватить её.
Я неуверенно спросил:
— Вы позволяете прикоснуться к вам?
— Позволяю. Ведь ты… ты не задумал ничего плохого?
Почудилось, что слово «плохого» она произнесла скорее как приглашение, нежели предупреждение.
Я вежливо обнял учительницу сзади и поскорее расправил крылья, чтобы не соприкоснуться с её телом слишком плотно. Но училка словно специально прижалась ко мне и — снова почудилось — слегка выгнулась.
Киа Дивиата была немолодой, но стройной, как многие артистки из сословия Меняющих Смыслы. Подозреваю, что она, как мама Самирана, использовала озарение «Молодой Образ». Но это озарение не сделало её сногсшибательной красоткой. В отличие от мамы Самирана на лице Киа Дивиаты заметны мелкие морщинки, особенно, когда она щурилась, читая скрижали. Вероятно, её «Молодой Образ» был ступенью ниже, чем у мамы Самирана. Плюс в молодости Мадхури Саран была намного красивее Киа Дивиаты, оттого их «Молодые Образы» так отличались. Разница в возрасте тоже уменьшала действие омоложающего озарения — Киа Дивиата намного старше мамы Самирана. Но и пожилой учительницу тоже называть странно: на ощупь она была упругой и гладкой.
Когда я перехватил её поудобнее, чтобы приземлиться на площадь перед Домом Опыта, мои руки плотно ощупали её грудь, не стянутую никакими тканями или лентами. Учительница ничего не сказала, но — снова мне почудилось? — прижалась ко мне спиной ещё сильнее.
— Вот мы и прилетели, — слегка смущённо сказал я.
На лице Киа Дивиаты нет и намёка на то, что она весь короткий полёт прижималась ко мне — всё та же строгая хранительницей зала Скрижалей Знания.
— Теперь мы с вами…
— Обойдём эту часть Дома Опыта и откроем подземный ход. Он ведёт в хранилище старых скрижалей.
Мы зашагали в указанном ею направлении.
— Я всегда уважала «Крылья Ветра», но так и не осмелилась летать, — сказала она. — Теперь уже поздно учиться.
— Это да, это непростое дело, — согласился я.
— К тому же, — продолжила она, — я всю жизнь была певицей в Доме Пения. Там всё иначе, чем у воздушных танцоров. Все стоят на месте и танцуют голосом. Ах, у меня был такой голос! Я так любила петь!
— А сейчас поёте? — спросил я из вежливости.
— Да, но уже не в Доме Пения, а только в небольших собраниях близких людей. Годы мои не те… Я просто выгляжу моложе.
— Очень хорошо выглядите.
Беседуя, мы обошли одну из башен Дома Опыта и очутились где-то на задворках. Здесь не было плит, которыми выложены дороги и площади летающей тверди, и сюда никогда не попадал солнечный свет. Голая и чёрная земля поросла чахлой и бледно-зелёной травой, из которой торчали две ржавые скобы, обмотанные истлевшими тряпками.
— Поднимите створку, юноша, — сказала Киа Дивиата и отодвинула крышку фонаря, освещая задворки голубым светом.
Я дёрнул скобу — за створкой открылся тёмный квадратный коридор, уходивший вниз. Я вошёл первым, покатый каменный пол был скользким, пришлось держаться за стенку, чтобы не упасть.
 
— Подайте руку, — потребовала Киа Дивиата.
Я протянул руку и мы пошли вниз, иногда скользя по покрытому пылью и мелкими камешками склону. В стену были вделаны светильники, Киа Дивиата пробовала включить их, но из нескольких десятков загорелось только три.
Я недоумевал, почему мы идём в подвал через какой-то заброшенный лаз, когда в него вела широкая и светлая лестница внутри самого Дома Опыта?
Не от того ли, что Киа Дивиата не желала, чтобы нас увидели посторонние?
✦ ✦ ✦
Метров через тридцать пологий спуск завершился очередными двустворчатыми воротами, на этот раз не деревянными, а из каменных скрижалей, на поверхности которых застыли иероглифы
ДОМ
ОПЫТА
Киа Дивиата прошла вперёд и вывела под этими иероглифами серию иероглифов поменьше. Каменные створки гулко скрипнули и слегка разошлись.
— Теперь используй свою силу, юноша, — сказала Киа Дивиата.
Я раздвинул тугие каменные скрижали и прошёл в подвал.
Синий фонарь Киа Дивиаты выхватил из темноты штабеля растрескавшихся скрижалей, сложенных друг на друга, словно забытый строителями гипсокартон. Некоторые скрижали стояли на отдельных постаментах, совсем как в залах Дома Опыта. Некоторые подвешены к потолку на цепях.
Киа Дивиата прошла вдоль стены и зажгла несколько тусклых светильников.
Подвал оказался огромным, скрижали занимали небольшую часть его пространства.
Кроме скрижалей, навалены изломанные скамейки и лектусы, которые использовались в некоторых учебных залах. Можно только догадываться, что с ними сделали учителя, чтобы привести в такое состояние. Разнесли в ярости из-за тупости учеников? Демонстрировали боевые озарения? Или же это просто неудачные поделки молодых ремесленников?
Отдельно громоздились обломки золотых шаров, когда-то украшавших учебные залы. Всё золото с них соскребли, остались только металлические основы, вокруг которых валялись ржавые трёхметровые треугольники, символизировавшие когда-то лучи Солнца.
Разбитые каменные статуи славных учителей свалены отдельно, даже огорожены заборчиком, словно экспонаты на выставке. Особенно в глаза бросалась огромная лысая голова учителя, разбитая посередине: верхняя часть до середины носа лежала справа, а продолжение и подбородок слева, словно детали какой-то титанической головоломки.
Возле горы затхлых разноцветных тряпок я разглядел мёртвого слугу — из рукава торчала высохшая костлявая рука. Всё остальное тщательно замотано, будто раб переживал, что после смерти его лицо откроется и это оскорбит хозяев.
Ничего странного в этом трупе не было. Киа Дивиата упомянула, что в подвал редко заглядывали. А слугу тут забыли много лет назад, когда таскали сюда всякие обломки. Хозяева переживали о его потере не больше, чем о потерянной тарелке.
Обойдя все стены и запалив светильники, Киа Дивиата вернулась ко мне. Поставила между нами фонарь.
Я показал на сложенные штабелем каменные плиты:
— Это и есть старые скрижали?
На строгом лице Киа Дивиаты появилось что-то вроде удивления или возмущения.
— Хватит притворяться, юноша, — заявила вдруг она. — Я знаю, что ты ищешь.
— Я и не скрывал. Меня интересуют старинные скри…
— Твоё притворство меня не обманет. Я знаю, что ты ищешь на самом деле.
Мне стало немного не по себе. Вспомнил первый день на Дивии, когда я вышел из ванной комнаты и на меня напала мама Самирана с кинжалом. Я даже присмотрелся к рукам хранительницы, но её пальцы скрыты под широкими рукавами халата.
Впрочем, я не боялся. Если училка совершит дурость и нападёт — уложу её труп рядом со слугой.
— Тебе лучше самому признаться, — повторила Киа Дивиата замогильным голосом.