Сиреневая госпожа поместья Лундун. Том 2 (СИ)

– Прекрати, – прервал его Бэрт страшным, безжизненным голосом. – Своей истерикой ты только госпожу расстраиваешь, но никак не помогаешь Улату.
Дэджун сдавленно застонал, закрыл лицо руками и… зарыдал. Громко так, надрывно. И я против воли испуганно отшатнулась от него. Прежде мне никогда не приходилось видеть плачущих мужчин. Нет, я знаю, что мужчины – живые люди, и тоже имеют право выражать свои эмоции, в том числе и через слёзы. Но одно дело знать об этом, и совсем другое – увидеть собственными глазами. Мои хрупкие нервы были не в состоянии выдержать подобное зрелище, и я стремительно спустилась с крыльца и направилась в сторону мэна.
Я не знала, виновен Улат в преступлении или нет. Однако видя всю глубину горя его друга, я была готова попытаться доказать его невиновность. Хотя бы для того, чтобы моя собственная совесть была чиста.
Пути решения 
Эльзир уже привычно встретил меня в своей личной гостиной на втором этаже мэна. Правда вместо парадного одеяния на нём был надет простой домашний схинь изумрудного цвета со светлой отделкой по подолу и отворотам рукавов, а прямые чёрные волосы, несобранные в причёску, блестящим водопадом спадали на спину и плечи.
– Доброе утро, бэкхран, – я выполнила жест-приветствие и склонила голову перед Эльзиром.
– Доброе утро, – мужчина ответил мне мягкой улыбкой. – Как твоё самочувствие?
– Лучше, – дипломатично ответила я. – Могу я немного злоупотребить вашим временем?
– Разумеется, – Эльзир жестом предложил мне устроиться на одном из диванов, сам же отослал служанку за оджу и фруктами. – У тебя что-то случилось?
– И да, и нет, – уклончиво ответила я, а затем, смущённо улыбнувшись, сказала: – У меня есть хорошая новость, а также просьба к вам, и я не уверена, с чего стоит начать.
– Хороших новостей в последнее время очень не хватает, – с лёгкими нотками грусти заметил Эльзир. – Так что можешь внести приятное разнообразие в мои мрачные будни.
– Мне удалось выполнить ваше пожелание и сблизиться с наследниками долины Цэгнус. Более того, вчера Вэлсторн предложил мне разделить мобас с ним и Эраном. Так что теперь они мне вроде как названые братья.
Вопреки моим ожиданиям Эльзир не выглядел обрадованным, напротив, в его глазах на мгновение промелькнула обречённость.
– Эльтайн знает об этом?
Я растеряно моргнула. Как наследник горы Абора связан с моими взаимоотношениями с сыновьями Мэйбидоса?
– Да, – честно ответила я. – И он, и Тай присутствовали вчера во время церемонии.
Эльзир обречённо вздохнул.
– Воистину, у Судьбы злое чувство юмора, – заметил он с горечью.
– Почему? – настороженно уточнила я.
– Неважно, – отмахнулся Эльзир и вернул своему лицу безмятежное выражение. – Будем надеяться, в этот раз история пойдёт по другому пути. – Бэкхран послал мне ободряющую улыбку. – В любом случае, я рад, что тебе удалось подружиться с Вэлсторном и Эраном. Подобный союз весьма выгоден нашему клану.
«Что-то вы не выглядите сильно обрадованным», – подумала я, вслух же сказала: – Рада, что смогла угодить, бэкхран.
В комнату вернулась служанка с подносом в руках. Поставив на стол стеклянный графин с бледно-жёлтой жидкостью и вазу с фруктами, она низко поклонилась сначала Эльзиру, затем мне, после чего вышла за дверь, чтобы явиться по первому зову бэкхрана.
– Итак, новостью ты поделилась, – Эльзир аккуратно разлил оджу по пиалам и одну из них пододвинул ко мне. – Какова же будет просьба?
– Попросите бэкхрана Мэйбидоса доверить поместью Лундун расследование нападения на Эрана. Точнее, не самого нападения, а роли в нём Улата.
– Мэйбидос не согласится, – категорично заявил Эльзир. – Кроме того, для чего тебе вообще нужно это расследование? Юноша признал свою вину, причём до того, как хотя бы у кого-то появились подозрения на его счёт.
– Вот именно, – я поднялась с дивана и принялась ходить взад-вперёд по комнате, чтобы хоть как-то унять бурлящие внутри эмоции. – С чего бы ему это делать? Преступница ещё ничего никому не рассказала. Так почему же Улат поспешил с признанием? – Я остановилась перед Эльзиром и пристально посмотрела ему в глаза. – Вы не думаете, что таким образом он может пытаться кого-то защитить? И если это так, то, казнив Улата, мы позволим настоящему виновнику ускользнуть от правосудия.
 
Эльзир несколько секунд буравил меня пристальным взглядом, а затем прямо спросил:
– Почему тебя так волнует судьба этого юноши?
Я вздохнула и, наплевав на все правила приличий, предписывающие даже с родственниками соблюдать определённую дистанцию, опустилась на диван практически вплотную к бэкхрану.
– Ко мне пришёл его друг, Дэджун, и буквально на коленях умолял помочь, – я не видела причин скрывать свои истинные мотивы. – Я прекрасно понимаю, что он может ошибаться, и Улат действительно мог привести ту женщину в Крац. Но я бы хотела получить неопровержимые доказательства этого. Тогда и Дэджун успокоится, и моя собственная совесть будет чиста.
– Не стоит идти на поводу у эмоций, – заметил Эльзир нравоучительно, а затем мягко улыбнулся и ободряюще сжал моё плечо: – Хотя я прекрасно тебя понимаю. Улат – твой личный страж, и раз уж ты умудрилась перезнакомиться и подружиться со всеми слугами зейхана, не удивительно, что и к нему ты испытываешь тёплые чувства. Однако прежде чем лезть в это дело, подумай вот о чём: как это всё будет выглядеть со стороны?
Я растеряно посмотрела на Эльзира, не понимая, что он имеет в виду. Видимо, выражение моего лица было достаточно красноречиво, потому что бэкхран пояснил:
– Если я от своего лица обращусь к Мэйбидосу с просьбой о передаче расследования поместью Лундун, остальные решат, что мы пытаемся что-то скрыть. Это только обострит конфликт с долиной Цэгнус и сведёт к нулю все твои усилия по налаживанию дружеских отношений. Так что, если ты хочешь, чтобы расследование было проведено, придётся говорить от своего имени. А это в свою очередь вызовет определённые подозрения уже в отношении тебя самой. И если другие бэкхраны, возможно, спишут твоё поведение на детскую наивность и привязанность к Улату, то наши вихо, уже не раз выслушавшие подозрения Нанзу о твоей подмене, могут прийти к невыгодным для нас выводам.
С такой позиции я на эту проблему ещё не смотрела. И была в целом согласна с Эльзиром: его вмешательство лишь усугубит ситуацию, а моё вполне может выйти мне боком.
– А если Дэджун обратится с просьбой к бэкхранам во время заседания Большого Совета? – мне совершенно не хотелось рисковать собственной головой, но и оставить всё, как есть, я тоже не могла.
– Мне жаль тебя огорчать, но Дэджун – всего лишь обычный солдат, пусть и входящий в число твоей личной стражи. Его слово для бэкхранов – лишь пустой звук.
– Разве в долине Цэгнус не пестуют уважение ко всем, независимо от происхождения? – удивилась я. – Да и на горе Абора, если верить книгам, людей на сорта тоже не делят. Следовательно, как минимум два бэкхрана, включая того, к кому просьба будет адресована, должны её поддержать.
– Долина Цэгнус – клан воинов, – напомнил Эльзир. – Да, они не делят людей по происхождению, а вот по воинскому званию и силе – очень даже. Дэджун – вчерашний мальчишка, у него нет ни того, ни другого, следовательно, в глазах Мэйбидоса он не заслуживает права слова. Что же касается горы Абора, – Эльзир грустно улыбнулся. – Ангэтар наверняка воздержится от принятия чьей-либо стороны. Сколько его знаю, он всегда придерживался принципа невмешательства в проблемы и конфликты остальных кланов, предпочитая роль стороннего наблюдателя.
– А Фэрдэйс и Альсаф?
– Мне бы не хотелось ставить Альсафа перед выбором между интересами долины Цэгнус и дружескими отношениями со мной, – твёрдо заявил Эльзир. – Предсказать позицию Фэрдэйса в данном вопросе я и вовсе не рискну: он всегда действует из каких-то своих соображений, которые мне зачастую не вполне ясны.
Судя по всему, положение было патовым.