Сиреневая госпожа поместья Лундун. Том 2 (СИ)

– Сиреневая госпожа, – Мэйбидос встретил меня в холле гостевого домика всё с той же неизменной металлической маской на лице и в полном доспехе. – Вы желали говорить со мной?
– Да, бэкхран, – я сложила руки под грудью и слегка склонилась, выражая почтение. – Приношу свои извинения за поздний визит.
– Нет нужды, – тёмные глаза бэкхрана, лишённые какого-либо выражения, напоминали бездонные туннели. – Пойдёмте.
Следом за Мэйбидосом мы с Вастом поднялись на второй этаж и вошли в просторную гостиную, неожиданно оформленную в светлых тонах, с лёгкими бледно-зелёными шторами на окне и четырьмя диванами насыщенного коричневого цвета, стоявшими вокруг круглого стола.
Мэйбидос уселся спиной к окну. Я заняла место напротив него. Чатьен Васт же с индифферентным выражением лица встал за моей спиной.
– Итак, я вас слушаю, – холодно проговорил бэкхран, вперив в меня равнодушный взгляд.
– Сегодня во время пира я имела неосторожность услышать ваш разговор с бэкхраном Фэрдэйсом и моим отцом, – я протянула руку к Васту, и он отдал мне книгу, которую я, открыв на нужной странице, аккуратно положила на стол перед Мэйбидосом. – Не знаю, известно ли вам, бэкхран, но уже некоторое время я являюсь ученицей чатьена Васта. Так получилось, что растение, упомянутое вами в разговоре, мне известно. И оно растёт не только на территории поместья Лундун.
Мэйбидос придвинул книгу к себе и окинул беглым взглядом страницу, на которой был изображён брестфель, а также подробно описаны его свойства и места произрастания.
– Допустим, – Мэйбидос не стал утруждать себя чтением и практически сразу перевёл взгляд на меня. – Сиреневая госпожа считает это весомым доказательством непричастности поместья Лундун к нападению на меня и моих людей?
– Я не смею иметь каких-либо суждений по данному вопросу, – дипломатично ответила я, впрочем, уверенно выдержав тяжёлый взгляд мужчины. – Я пришла к бэкхрану со смиренной просьбой.
– Какой же?
– Я прошу вас быть объективным и не позволять застарелым обидам влиять на ваше мнение.
Мэйбидос презрительно фыркнул и взглянул на Васта.
– Вы тоже, многоуважаемый чатьен, считаете меня предвзятым?
– Нет, – спокойно ответил Васт. – Я здесь лишь в качестве сопровождения Сиреневой госпожи. Её обеспокоила ваша ссора с бэкхраном Эльзиром, и она посчитала необходимым вмешаться.
Я подавила возмущение, вспыхнувшее внутри после этих слов. Я-то полагала, что Васт собирается мне помогать, а он, оказывается, просто пошёл на поводу у истеричной «принцессы».
Мэйбидос закрыл книгу и пододвинул её обратно ко мне.
– Сиреневой госпоже стоит больше уделять внимание учёбе и не лезть во взрослые дела, – пренебрежительно сказал он. – Мы с бэкхраном Эльзиром сами как-нибудь разберёмся с нашими проблемами.
Что ж, в общем-то, это был вполне ожидаемый итог. В конце концов, я всего лишь шестилетний ребёнок. Было глупо надеяться, что мои слова окажут на бэкхрана хоть какое-то воздействие.
– Приношу свои извинения, что отняла ваше время, – я поднялась с дивана и отвесила Мэйбидосу положенный поклон, после чего забрала книгу и прижала её к груди, как бы отгораживаясь ей от бэкхрана, буквально излучавшего презрение и насмешку.
– Нет нужды, – последовал традиционный ответ. – Доброй ночи, Сиреневая госпожа.
– Доброй ночи, бэкхран.
Сначала думай, потом действуй 
– Я предупреждал, что это бессмысленная затея, – заметил Васт, стоило только нам отойти на некоторое расстояние от гостевого домика долины Цэгнус.
Я наградила мужчину недовольным взглядом.
– Возможно, если бы вы, многоуважаемый чатьен, были на моей стороне, а не выставляли меня глупым, истеричным ребёнком, у нас что-нибудь и получилось.
– Нет, не получилось бы, – Васт был категоричен.
Я тяжело вздохнула: неприятно было это признавать, но, скорее всего, он прав. Мэйбидос выглядел как человек, привыкший идти до конца в собственных заблуждениях, лелея давние обиды.
Я резко остановилась.
«С чего я вообще решила, что Мэйбидос лелеет какие-то обиды? – возник в голове резонный вопрос. – Да, Васт рассказал весьма трагичную историю взаимоотношений Мэйбидоса с Эльзиром. Но кто сказал, что она правдива от первого и до последнего слова? Васт сам говорил, что не знал тогда бэкхранов лично и не был свидетелем тех событий».
 
– Мне нужно увидеть отца, – заявила я, резко меняя направление движения.
– Вам не кажется, госпожа, что на сегодня поздних визитов уже достаточно? – флегматично уточнил чатьен, впрочем, не пытаясь мне помешать.
– Не кажется, – заверила я его. – В любом случае, мы должны рассказать Эльзиру о моей беседе с Мэйбидосом.
– Здравая мысль, – признал чатьен. – А ещё разумнее было бы сначала посоветоваться с бэкхраном Эльзиром, и уже потом идти на разговор к Мэйбидосу.
Подобное решение почему-то не пришло мне в голову. Остановившись посреди тропинки, ведущей к мэну, я с возмущением взглянула на своего наставника.
– А раньше ты это сказать не мог? – не скрывая обвинительных ноток в голосе, спросила я, непроизвольно переходя на «ты», хотя за пределами лина и кэа мы с Вастом подобных вольностей себе не позволяли и всегда придерживались официального стиля общения.
– Сиреневая госпожа не просила моего совета, – кончики губ Васта дрогнули в намёке на улыбку. – Речь шла лишь о сопровождении.
«Засранец», – подумала я.
– Хорошо, – я сделала глубокий вдох и придала лицу смиренное выражение. – Сейчас я прошу вашего совета, чатьен Васт. Как мне лучше поступить в сложившейся ситуации?
– Для начала, вам стоит отправиться в кэа и лечь спать. Нет никакой необходимости тревожить бэкхрана посреди ночи – разговор подождёт до утра.
– После завтрака начнётся заседание Большого Совета, и у нас не будет возможности поговорить, – возразила я.
– Придите до завтрака, – тоном, словно это было очевиднейшей вещью, ответил Васт. – Бэкхран, как и вы сами, встаёт на рассвете.
Я была незнакома с режимом дня Эльзира, но причин не верить Васту у меня не было.
– Ладно, – на этот раз я решила уступить. В конце концов, он прав: несколько часов погоды не сделают. Вряд ли Мэйбидос посреди ночи помчится к Эльзиру жаловаться на недостойное поведение Наследницы поместья Лундун. – На этот раз поступим по-твоему.
В поисках справедливости 
Рано утром, едва только рассвело, я, чтобы не выбиваться из графика, отправилась на тренировочную площадку на традиционную пробежку, в то время как Чала направилась в мэн, чтобы получить разрешение Эльзира на мой неурочный визит.
К моему неудовольствию, несмотря на ранний час, тренировочная площадка не была пуста: здесь уже присутствовали представители горы Абора и долины Цэгнус, разделившие поле на две половины, заняв каждый свою.
– Похоже, госпожа, на ближайшие две недели вам придётся сменить место для тренировок, – заметил Улат, сопровождавший меня сегодня вместе с Бэртом и Мартнейтом.
Я тяжело вздохнула. Мне было некомфортно заниматься спортом в присутствии посторонних людей (Ришан, Шэд и Хэджу не в счёт, они уже практически «свои»): постоянно возникало чувство, будто они смотрят и насмехаются над моей слабостью и неуклюжестью. Умом я понимала, что это не так, и окружающим, в общем-то, по большей части глубоко безразличны мои потуги хоть мало-мальски развить своё тело в физическом плане. Но тараканам в голове было сложно это объяснить.
– Не обязательно, – после короткой паузы, представлявшей собой монументальную борьбу с собственными комплексами, тихо проговорила я. – Тренировочная площадка достаточно большая, чтобы мы все могли заниматься, ничем не мешая друг другу.
Стараясь особо не смотреть по сторонам, я начала неспешную пробежку по кругу. Охрана, вопреки сложившейся традиции, последовала за мной, отставая буквально на пару шагов. Мне было их откровенно жаль: в броне и с мечами наперевес бегать было наверняка крайне неудобно и утомительно. И ладно Улат, ему всего семнадцать, и он полон сил и здоровья, да и тридцатилетний Бэрт находился в прекрасной физической форме. А вот Мартнейту, которому уже перевалило за пятьдесят, было явно тяжело.