Ты меня бесишь (СИ)
Под ногами закопошился йорк, и я подхватила его на руки, подняв к самому лицу.
— Макар, а ты знаешь, что тебя сегодня чуть не кастрировали? — посетовала я, и улыбнулась, поняв насколько это неоднозначно звучит.
Мой пёс смешно прищурил один глаз, словно до конца не веря в нависшую над ним угрозу.
— Но я тебя в обиду просто так не дам, слышишь? — усталый вздох. — Ты только себя прилично веди, пожалуйста, и мы тогда со всем разберёмся.
Макар завертелся в моих руках, просясь на волю, я отпустила его на пол, и йорк тут же рванул куда-то по своим собачьим делам, явно не оценив мои упаднические настроения.
* * *К пункту назначения я ехала на такси, невесело разглядывая огни вечернего города. С Евичем мы так и не пришли к единому мнению. Воспользовавшись появлением Карины, он быстренько улизнул из кабинета и не появлялся перед моими глазами до самого окончания рабочего дня. Поэтому добирался каждый своим путём. Был ещё, конечно, вариант, где он всё-таки решит пойти на поводу у своей обиды и проигнорирует завьяловский банкет, но в это верилось мало.
Водитель помог выйти мне из машины, и я, оправив подол платья, с непроницаемым видом отправилась на собственную казнь. По крайней мере, по ощущениям оно было именно так.
На входе мне пожелали хорошего вечера и уточнили, как скоро прибудет мой гость. Бросив изучающий взгляд в список, я убедилась, что Юля сработала со свойственной ей настойчивостью, и в списках уже значилось «Евич Макар Максимович». Ну да, кто бы сомневался.
Я припозднилась. Обычно ненавидела опаздывать, а тут было всё равно. Бродила среди людей, кивая знакомым, стараясь особо ни с кем не разговаривать. Нужно было найти шефа и показаться ему на глаза. Ещё не мешало бы засвидетельствовать своё почтение хозяину вечера, но от одной только мысли об этом в желудке всё стягивалось в тугой узел.
Владимир Владимирович на пару с супругой нашёлся возле фуршетных столов, основная программа ещё не началась, поэтому народ пока активно налегал на предложенные закуски.
— Добрый вечер, — тихим голосом поприветствовала я их. Даже не знаю, откуда во мне взялась эта оторопь, которую я испытывала перед начальником в последнюю пару недель. По сути дела, я являлась одним из его заместителей, но в последнее время в фирме происходило что-то такое, о чём мне говорили лишь намёками, не допуская к самой сути дела. А это не просто ставило меня в тупик, но порядком напрягало. Впрочем, я никогда не чувствовала себя в своей тарелки среди руководящего персонала. И дело было не в том, что я их боялась. На самом деле я выросла в среде достаточно властных людей, и на тех же светских раутах чувствовала себя вполне как рыба в воде. Но вот дальше… Дальше во мне откуда-то появлялся комплекс самозванца.
Вбитая в голову родителями установка: «Ты должна быть лучше всех» всё ещё не давала расслабиться, заставляя временами сомневаться в своих достижениях, оглядываться назад и выяснять, а достаточно ли высоко я поднялась.
И пусть я жила отдельно от родителей уже не один год, дурацкие тревоги всё ещё вольготно разгуливали в моей голове.
— Здравствуйте, Софья, — в ответ кивнул мне шеф, а его жена нацепила на лицо натянутую улыбку, в которую никто не поверил. Все прекрасно знали, что она не могла терпеть женщин в близости менее трёх метров от её драгоценного супруга. Всегда было интересно, как она на работу-то каждое утро отпускает с таким настроем.
Мы ещё перекинулись парой дежурных фраз по поводу вечера, упорно делая вид, что собрались здесь просто так, для того, чтобы хорошо провести время, а не потому что господин Завьялов захотел потешить своё самолюбие одним скромным кроликом.
Шефа отвлекли какие-то знакомые, и я под шумок, пробормотав что-то нечленораздельное себе под нос, скрылась с глаз его вечно всем недовольной жены.
Через пять минут поймала себя на мысли, что старательно кручу головой по сторонам в поисках… кого-то. Здравый смысл утверждал, что это способ скрыться от Эдика, а вот совесть шептала, что от самой себя не уйти. Где же ты, Макар? Ты же обещал.
Потом была торжественная часть. Завьялов появился у микрофона, как всегда идеальный. Он рассказывал о каком-то своём новом проекте, а я скользила глазами по его безукоризненной причёске, лицу с тонкими чертами, слабо-скрываемым чувством личностного превосходства и надменным взглядом, который блуждал по залу. И как мне показалось в поисках меня. Паранойя. Кто я такая, мы давно расстались. Но мне стало не по себе.
Меня вдруг затошнило и я поспешила спрятаться за огромный куст, стоящий где-то около входа. Судорожно сжимала ножку бокала с шампанским и боролась с участившимся дыханием. Соня, это смешно. Просто смешно. Ты взрослая женщина, а ведёшь себя хуже подростка. Хотя где-то внутри я, наверное, и была им. Таким вот переросшим ребёнком, умеющим только прятаться от своего прошлого. Меня накрыло пониманием того, что именно в своё время заставило меня разорвать эти отношения. Эдик и мои родители существовали в единой системе координат, из которой я так стремилась вырваться.
Эдик повествовал о планах его холдинга на будущее, люди с восторгом взирали на него, а я поняла, что не могу здесь больше находиться ни минуты. Выскочила в коридор. Уборные. Кран с водой.
Первым, что я сделала — это вытащила шпильки из волос, которые каскадом упали мне на плечи. Потом стёрла все румяна с лица. Стало проще. Я была всё такой же бледной и измотанной, но зато была собой. И можно было не притворяться. Ведь если забивать на чужое мнение, то забивать на него полностью? А ещё я всё-таки позволила себе признаться в том, что ужасно расстроена отсутствием Макара, оказывается ждала. Но и с этим на самом деле можно было справиться.
После этого всего стало легче, и я вернулась в зал. Завьялов закончил свою речь и вёл с кем-то разговоры у сцены, а я, наплевав на всё, направилась к фуршетному столу, прикидывая в уме, что же хочу съесть. Пришло нелепое желание попробовать всё, и я схватилась за первую же тарталетку, подумав, что Юля была бы сейчас счастлива. Но спокойно дожевать её мне была не судьба, потому что…
— Ммммм, какие люди, — ехидно потянул Эдик за моей спиной. Я, конечно, замерла, но тут же напомнила себе о том, что вообще-то мне плевать. И дёрнув плечом, повернулась к своему несостоявшемуся жениху.
— Привет, — вполне дружелюбно поздоровалась, даже улыбнуться сумела. Правда, стояла между столом и Завьяловым, что порождало во мне ощущение запертости, и я поспешила отойти в сторону, оставив так и недоеденную тарталетку одиноко лежать на своей тарелке. Некультурно, конечно. Но будем считать, что мне простительно, раз спокойно поесть мне не дал сам «хозяин».
— Ты от меня бегаешь? — уточнил Эдик, следуя за мной.
— Нет, просто ищу более комфортное место.
— Место для чего?
— Видимо, для поговорить? — пожала плечами, разворачиваясь к нему, и увела нас в сторону от основной массы людей.
— Ты хочешь поговорить? — интонационно выделив всё, что только можно, ухмыльнулся он.
— Я? Нет. Но ты, видимо, да.
Скривился.
— Я уже не могу подойти поздороваться со своей бывшей невестой?
Первым порывом было начать оправдываться. Но тут я решила, а какого собственно чёрта?!
— Эдик, пожалуйста! Давай, только без всего этого цирка. Мы оба знаем, зачем ты настоял на моём присутствии здесь.
— А что есть варианты? — он наигранно приподнял бровь, пройдясь по мне каким-то по-особому колючим взглядом.
Внутри меня всё съёжилось, но внешнее спокойствие сохранить удалось.
— Я понимаю, — достаточно аккуратно начала я. — Что мой отказ стать твоей женой, задел тебя. Но…
— Что?! — засмеялся он, перебив меня. — Задел? Нет уж, Сонечка, не льсти себе. Ты здесь только потому, что ты работаешь на фирму, которая работает на меня. А значит? И ты, по сути, работаешь на меня. Следовательно. Ты будешь делать всё, что я захочу. Я хочу, чтобы ты была здесь. Чтобы помнила своё место. Чтобы знала, кто тут гл…