Остров Древних (СИ)
— Нагхи — с-с-самые с-с-сильные воины, — прошипел он, смерив меня холодным взглядом.
— И, надеюсь, сообразительные. Вы знаете, как управлять Вратами? И знаете, где они находятся?
— Да, — уверенно выдохнул нагх. И «эмпатия» подловила его на враньё. Вот ведь жук…
— А люди-то все живы?
— Мы убили только одного из тех-х-х, кто был в храме. С-с-самца без переднего зуба, — сказал правду ящер.
Я пожевал губы и не стал всё-таки спрашивать, кто «дал» ему знание языка, хотя очень хотелось. Вместо этого я снова начал утрясать с нагхом всякие мелочи, касающиеся нападения на маяк. А потом взял с него клятву, что он не причинит людям никакого вреда, а наоборот будет защищать их и кормить.
Вождь не очень охотно, но поклялся предками, что сделает это. А буквально через минуту после его клятвы вернулся ящер, отправленный за ядом. Он передал вождю мягкий листочек, обёрнутый вокруг чего-то круглого. Вождь развернул листок, продемонстрировав мне чёрный плод, похожий на сливу.
— Его с-с-сока хватит, чтобы отравить три дес-с-сятка крепких с-с-самцов, — сказал нагх, снова завернул плод в листочек и передал его мне. — Будь с-с-с ним ос-с-сторожен.
— Главное, не перепутать его с чайным пакетиком, — нервно сострил я и сунул опасный плод в карман. — Ну, стало быть, пришло время прощаться. Людей не обижайте. А уж за меня не переживайте. Я всё сделаю в лучшем виде. А остальное будет зависеть только от вас.
— Мы не подведём, — гордо заявил вождь, в душе которого бродил целый коктейль чувств. И если бы я не повысил его доверие ко мне, то всё могло бы сложиться совсем по-другому. Всё-таки я большой молодец, что сумел так вывернуть ситуацию.
Семён тоже оценил мою работу. Он повысил харизму на одну единицу и выдал сообщение:
Поздравляю! Вы получили достижение «Хитрец». Откройте ещё семь достижений и получите бонус.
Глава 23
Я пошёл по чавкающей грязи, ощущая спиной сверлящий взор вождя, совсем не уверенного в том, что он поступил правильно. Однако делать уже было нечего. Каждый шаг отдалял меня от него и приближал к Петровичу.
Надеюсь, с разнорабочим ничего не случилось за время моего отсутствия. В этом лесу вроде бы довольно безопасно. Тут никто не живёт. Правда, с восходом солнца над землёй стал стелиться зеленоватый туман, прикасающийся влажными щупальцами к чёрным деревьям. Но туман, кажется, был вполне обычным: не магическим и не ядовитым. Однако дышать в нём оказалось тяжело, да и звуки он существенно приглушал.
— Петрович, — позвал я, рыща взором по сторонам. — Петрович. Ау.
Внезапно слева от меня послышались шаги, а затем в тумане появилась высокая фигура. И я уже хотел обрадованно улыбнуться, но буквально через миг понял, что «эмпатия» не чувствует эмоций фигуры.
— Ш-ш-ш! — прошипел вынырнувший из тумана ящер с затянутыми белёсыми бельмами глазами и вырванным из мускулистой шеи куском плоти.
Его рана уже покрылась запёкшейся кровью. А на вываленном в грязи теле тут и там росли чёрные стебельки какого-то неизвестного растения. Его корни пригрелись под вздувшейся кожей зомби, а один стебель выглядывал даже из уха.
Увидев живого мертвеца, я поспешно отпрыгнул в сторону, поскользнулся на грязи и грохнулся на спину. Зомби тотчас навалился на меня, разинул безгубый рот и окатил тошнотворным запахом дохлятины. Его змеиный язык коснулся моей щеки, а грязные зубы устремились к судорожно дёрнувшемуся кадыку.
Ужас электрошоком пронзил меня с ног до головы, а время будто бы замедлило свой неумолимый бег. И словно в замедленной съёмке моя рука воткнула нож в висок зомби. Клинок с хрустом проник в лысую голову мертвеца. Он тотчас обмяк, придавив меня к земле и наградив несколькими каплями густой крови из раны. Темные брызги попали прямо на моё лицо, заставив меня буквально выскочить из-под трупа.
Сука, сука, сука! Я начал лихорадочно стирать рукавом рубахи заражённую кровь, запятнавшую мою кожу. Попала ли она в рот? А хрен её знает! В любом случае плеваться я начал как самый породистый верблюд, совсем не заботясь о безопасности! Наверное, мои плевки было слышно за километр отсюда. Однако мной владел слишком большой ужас, чтобы думать о чём-то, кроме возможного превращения в живого мертвеца. В жилах будто поселился лютый мороз, грудь часто-часто вздымалась, а распахнутые от страха глаза смотрели на зомби-ящера.
Не удивительно, что я подпрыгнул чуть ли не до красноватых небес, когда услышал позади себя знакомый прокуренный бас:
— Костёр, ты чего? Тебя укусил зомби?
— Ты чего так подкрадываешься⁈ — выпалил я, пытаясь взять себя в руки. — Нет, не укусил.
— А чего ты тогда весь такой на панике? — подозрительно сощурил глаза мужик и предусмотрительно сделал шаг назад, словно боялся, что я вот прямо сейчас вцеплюсь зубами в его небритую физиономию.
— Думал, что кровь его мог проглотить. Но вроде бы обошлось, — взволнованно проговорил я, пару раз глубоко вздохнул и добавил: — Фух, надо бы успокоиться, но пока что-то не получается. Мертвец ведь чуть не выгрыз мой кадык. А у тебя какие новости? Есть что-то интересное?
— Ну-у, — почесал затылок разнорабочий. — Я видел корень, похожий на молоток.
— Да, у тебя-то жизнь любопытнее, — иронично сказал я и криво усмехнулся.
Мужик ответил мне доброй улыбкой и следом жадно спросил:
— А чего там с ящерами? Договорился?
— По пути расскажу, — выдохнул я, зло пнул ногой труп зомби и почавкал почвой в сторону дороги, спускающейся с плато.
— А куда мы идём-то? — спросил разнорабочий, протянув мне чудо-сумку.
— В Цитадель к эльфам. Но не расспрашивай меня зачем мы туда идём. Сначала послушай о том, как прошли мои переговоры с ящерами.
Петрович вытаращил глаза, услышав об остроухих, но смолчал. И так же молчал выслушал мой рассказ. Однако после финальной точки он проворчал, косо глядя на меня:
— Ты действительно хочешь уйти в мир ящеров?
— Нет конечно. У меня есть гениальный план. Но тебе о нем знать нельзя. А то вдруг тебя поймают и под пытками выведают его? — проговорил я, попутно споласкивая лицо водой, излеченной из чудо-сумки
— Да, ты прав, — согласился мужик, искренне доверяя мне. — Меньше знаешь, меньше разболтаешь.
— Вот-вот, — поддакнул я, напяливая кожаные доспехи.
Петрович посмотрел на мою броню и мрачно проронил:
— Жалко, конечно, что кое-какие наши вещи теперь у ящеров. Их никак нельзя было забрать?
— Никак. Я и так с ними еле договорился.
— А я бы точно не смог с ними договориться. Рожи бы их серые сразу бить начал. Они же наших убили, — сжал кулаки мужик, полыхнув гневом. — И девчонок они наших в плену держат. Мужики-то ладно. Вытерпят. Чай не сахарные. А вот девчонки…
— А это даже хорошо, что люди у них в плену. Больше живых останется. Вождь ящеров поклялся предками, что с нашими всё будет нормально. Их и накормят, и защитят, а это важнее, чем мелкие неудобства.
— Слушай! А ведь точно! — ахнул Петрович, продемонстрировав жёлтые зубы. — Люди целее будут в плену у ящеров. Но… — тут он нахмурился и сгорбил плечи, словно под невидимым грузом, — но если у тебя ничего не получится… они погибнут. Я ведь в одну харю точно не смогу открыть Врата, да ещё привести к ним людей. У меня мозги не такие хитрые, как у тебя. Я не привык юлить, врать и недоговаривать, хотя и старше тебя. А ты вон какой пронырливый в свои-то юные годы.
— Как это не привык юлить и врать? Ты же лет двадцать уже женат, — усмехнулся я и на всякий случай вытащил из чудо-сумки арбалет.
Окутанный туманом Чёрный лес уже сменился обычными джунглями, и вокруг начала появляться живность, проснувшаяся с восходом солнца. Воздух снова задрожал от птичьих трелей, шелеста насекомых и обезьяньих визгов.
— Пятнадцать, — поправил он меня и горько вздохнул. — Но всё-таки не привык. Можа, потому и не сумел построить настоящую семью.
— Не переживай. Всё ещё впереди, — обнадёжил я мужика.