Безумный Новый год или верни мне молодость, Дед Мороз! (СИ)

— Ох бабы! Как хорошо-то! — рявкнул он, расплываясь от внезапной новости. — А то мы ведь по очереди готовим! Такая маета!
Он указал нам на кучу посуды, сваленной возле печки и на грязные рушники.
— Вот и весь скарб. Вода в бочке.
— А почему вы женщин из деревни не наймете вам готовить? — поинтересовалась Валька, поднимая некогда белоснежный рушник двумя пальцами.
— Так нельзя бабам здесь, — вздохнул мужчина. — Мы хоть и охраняем их от нечисти всякой, да славу дурную все равно имеем. Ведь с колдовством знакомы. Сюда только Ёлка вхожа, Мезени внучка. Но она для Вепра, как сестренка младшая.
— А как же мы? — удивилась Валька. — Если бабам нельзя?
— Вы — дело другое. Вас Вепр из другого мира привёл, — уважительно произнёс воин. — И как там, в мире этом?
— Что за беседы тут? — возле нас появился Вепр и окинул взглядом стол с продуктами.
— Еду готовить будем, — буркнула я. — Не все же мужикам кашей с хлебом давиться.
— Ну, они не только кашей… давятся, — прорычал Вепр. — Ладно, готовьте. Посмотрим, чего накашеварите.
Они ушли, а мы с Валькой принялись рассматривать хозяйство, которое так неожиданно нам досталось. Вся посуда была закопченной, с остатками пригоревшей пищи, стол в крошках и присохшей каше, а земля вокруг усеяна мусором.
— Ничего не поменялось в будущем, — грустно сделала вывод Валька. — Как были засранцами — так и остались.
С этим трудно было не согласиться.
Мы почистили кое-какую посуду песком, подмели, оттерли стол и задумались над продуктами.
— Картошки здесь нет. Даже супчика не сваришь… — пробурчала Валька. — Жидкое нужно обязательно кушать!
— Давай пока из того что есть, а дальше видно будет, — предложила я и подняла за ногу тушку зайца. — Начнём с этого.
Прошло несколько часов и мы, уставшие но довольные, смотрели на свой труд: тушеная зайчатина с луком и морковью, греча с топленым маслом, сваренные вкрутую яйца, салат из капусты, заправленный сметаной. Несколько караваев хлеба я нашла, но он был черствый и скорее всего, придётся печь и его. Но сегодня обойдутся и этим.
— Обед готов! — крикнула Валька и мужчины, переглядываясь, стали приближаться к столу.
Мы положили себе еду в тарелки и пошли в дом, чтобы не смущать их своим видом.
  
Глава 8
 
— Ну что там? — Валька нервно ходила за моей спиной, пока я выглядывала в окно.
— Уплели за милую душу! — довольным голосом ответила я и слезла с лавки. — Еще бы! Вкуснятина-то какая!
— И не говори! — Валька собрала посуду и вздохнула. — Пошли посуду мыть, а то ведь так и будет стоять киснуть.
Мы не успели выйти, как в дом вошел Вепр и сложив на груди руки стал смотреть на нас с веселым прищуром.
— Что? — я уже не знала, чего от него ожидать.
— Похвалить вас пришел, — ответил он улыбаясь. — Ох и вкусным обедом накормили нас. Благодарю.
Мы с Валькой зарделись, зарумянились от удовольствия, осталось только ножкой по полу поводить.
— Да не за что…кушайте на здоровье, — Валька сияла, как начищенный казанок. — К ужину вареников налепим.
— Вареников? — недоуменно повторил Вепр.
— Ну да, с капустой! — кивнула она. — Картошки ведь нет еще… Не завезли.
— Делайте что хотите, — засмеялся он. — Из ваших рук все вкусно будет.
На последних словах он стрельнул на меня своими синими глазами, но я отвернулась, будто и не обо мне вовсе говорил. Я сама не понимала своего поведения, но остановиться не могла, словно меня черти поджучивали.
— Хотелось бы в воде горячей помыться, — буркнула я нахмурив брови. — В озере не намоешься.
— Хорошо, — согласился Вепр. — Сегодня баню истопим.
— А здесь баня есть? — я удивленно посмотрела на него и он ехидно скривился:
— Нет, чумазые мы ходим. Дикий ведь народ. Есть, возле озера стоит, за кустами боярышника.
После этих слов он развернулся и вышел, хлопнув дверью — я явно испортила ему настроение.
— Зачем ты так? — удивилась Валька. — Он же тебе нравится.
— С чего ты взяла? — я нервно передернула плечами. — Если он и красивый мужик, то это не говорит о том, что я без ума от него.
 
— Ну да, ну да… — язвительно протянула Валька и шмыгнула в дверь, чтоб не слышать того, что я собиралась ей сказать.
Мы вернулись к навесу, где еще сидело несколько воинов и снова нарвались на похвалу, что конечно не могло не нравится. Собрав посуду мы вымыли ее, аккуратно расставили на полках и взялись за рушники.
— Порошка и мыла здесь точно нет, — сделала вывод Валька. — И чем это отстирать?
— Ты же сотрудник музея славянской культуры! — съехидничала я. — Не помнишь, чем они тут стирали?
— Раз ты такая умная, то скажи! — она швырнула рушники на стол. — Ну давай, я жду.
— Золу из печи выгребали и настаивали, — с превосходством ответила я, но тут же приуныла. — Только я не представляю, как это все делается.
— Смотри! — Валька толкнула меня в плечо. — Кто это?
— Где?
Я развернулась и увидела молодую девушку, которая вошла в ворота и огляделась. Она была очень красивой, и очень молодой, с хорошей фигурой и длинными ногами. Завидев нас она направилась в нашу сторону и приветливо сказала:
— День добрый, бабоньки.
— И тебе не хворать, — настороженно ответила я.
Если бабам сюда нельзя, то вывод напрашивался сам собой — это Елка, о которой говорил воин.
— Ой, да вы тут чистоту навели! — воскликнула она, вертя головой. — Совсем другое дело! Меня Елкой кличут.
— Марина, — я разглядывала ее и что-то в моей душе переворачивалось от непонятного чувства. Вроде и девка нормальная…
— Валентина, — подала голос Валька.
— Имена какие-то чудные… Иноземные что-ли? — она вопросительно вздернула тонкие брови.
— Да, заехали вот, в гости, — сказала я. — А ты кто?
— Я…да сколько себя помню, тут нахожусь. С Вепром близки мы очень. А живу на пасеке, с дедушкой, — мне показалось, что на словах "близки очень", она даже вздохнула отрывисто. Ой не сестринские чувства она к нему испытывает! Совсем не сестринские!
Тем временем она посмотрела на кучу рушников и засмеялась:
— Стирку собрали? Тяжело это выстирать!
— Да и нечем, — хмыкнула Валька. — Пока это золу с печи натрусишь, пока настоишь ее…
— А вы не мучайтесь! — весело сказала она. — У меня мыльного корня полно, приходите я вам дам. Пасека в другую сторону от озера. Найдете?
— Найдем! — засияла Валька. — Когда можно прийти?
— А я сама за тобой зайду, — она заметила Вепра, идущего к нам и в глазах ее взметнулось пламя.
— Ну здравствуй Елка, — Вепр подошел к нашей компании и я чуть не зарычала от злости, когда девушка бросилась к нему на шею:
— Я соскучилась!
— Ну будет тебе. Будет, — он погладил ее по голове. — Пойдем-ка, поговорим.
Он увел ее, а Валька кашлянула раз, другой привлекая мое внимание:
— Эй, ты что застыла?
— Неровно она к нему дышит. Видно за километр!
— Ты ревнуешь что ли? — Валька заглянула мне в лицо.
— Да нужен он мне! — я пожала плечами. — Пусть что хочет, то и делает.
— Я схожу сегодня с ней за мыльным корнем и расспрошу аккуратно, что да как.
— Расспроси, — я бросила рушники и пошла к дому. Настроение было паршивым.
* * *
— Я пришла…прощения просить… — прошептала Елка, не поднимая головы. — Простишь ли ты меня?
— Уже простил, — Вепр поднял ее подбородок двумя пальцами. — Ты поняла какую ошибку совершила? Нельзя с Темными связываться — они обманут, а потом убьют. А я не хочу тебя потерять.
Глаза Елки загорелись надеждой, но Вепр мягко покачал головой:
— Ты — сестрица мне. Запомни это.
 
Елка отвела взгляд, в котором заплескалась обида и боль.
— А кто эти женщины? Откуда они?
— Они мои гостьи. Издалека прибыли, — Вепр не собирался раскрываться перед ней и девушка это остро чувствовала.
— Нельзя же баб здесь держать. Это обитель Перуна! — не сдержалась она и резко замолчала, пряча слезы.