Кукловод. Повелитель сердец. Сирота (СИ)

И вот все утихло, тюремщики перестали уводить заключенных куда-то и начали осматривать те немногочисленные камеры, где были приговорены к смерти.
Всего там было три заключенных, так как последняя казнь была всего два дня назад. Куда уводили заключенных, никто не знал, возвращались они, ничего не помня, и вот сразу троих осужденных повели куда-то. Вся тюрьма затихла, охрана боялась переговариваться между собой, даже они не знали, куда водят заключенных. Всем руководил заместитель начальника тюрьмы, пустой Тен Сай.
В допросную ввели азиата, все его тело, кроме лица и кистей, было в татуировках. Военный положил его дело мне на металлический стол, а с осужденного на смерть сняли наручники и кляп. Я с усталым вздохом открыл дело, вновь посмотрев на смертника. Сорокалетний преступник, Ли Кван Юй. Охрана вышла из допросной и смертник словно ожил, будто теперь он тут хозяин положения.
— Это что, мне подарок перед смертью? — рассмеялся преступник и понесся на меня, но тут же впечатался в невидимую стену. Линия, начерченная мною на полу, была непроходима для пустых, и мне не надо было даже ее активировать или говорить о ней.
— Что за магия?
— Не важно, Ли Кван Юй, — заговорил я. — Вы когда-нибудь торговали детьми?
— Это уже не важно, завтра я умру, — ответил мне бандит. — Но я никогда не торговал детьми.
— В вашем деле написано, что ваша казнь переносилась семь раз.
— Меня пытали голодом, разными пытками, такими как ты, манипуляторами, — сплюнул на пол Ли. — Хотели вызнать мою банду, но я честный контрабандист.
— Занятно, присядьте на стул, пока я читаю ваше дело, — проговорил я, вчитываясь в дело.Бандит пошел к стулу, сел, но тут же вскочил на ноги.
— Ты управляешь мной! Да лучше смер…
— Ли, я сказал вам молчать, — бандит заткнулся, а я спокойно продолжил. — Тебе нравятся кошки? Впрочем, не важно. В твоем животе есть кот, и если ты будешь мне мешать он вылезет. Теперь можешь говорить.
— Не надо.
— Помни о том, что у котов есть когти, и их может быть несколько, — тихо проговорил я. — Сейчас у тебя нет в животе кота. Не расстраивай меня, Ли. И не отвлекай меня, иначе кот вновь появится в твоем животе.
— Я тебя знаю, — тихо проговорил Ли. — Я ел в той забегаловке, там была самая вкусная курочка в моей жизни.
— Твоя жизнь еще не окончена, — хмыкнул я. — Кто знает, может, еще попробуешь, а теперь замолчи, иначе будешь страдать.
Я открыл дело. Ли, как он назвал себя, прожил в городе около года, контрабандист, что неудивительно. За торговлей детьми не замечен, образован. А вот за что именно его посадили и приговорили к смерти? О как, Агат был прав, тут интереснейшие смертники… Ах ты старый лис! Торговля книгами, запрещенными знаниями, рынок довольно сложный. А этот явно что-то увидел, хоть его память и подтерли, Рина сказала, что я смогу заглянуть в его память либо выйти через него на черный рынок. Да и как материал для моих опытов он не плохой, взлом разума и программирование на нем можно отрабатывать.
— Ты подходишь мне, Ли, — тихо проговорил я. — Ты можешь согласиться быть моей марионеткой либо умереть.
— Ты будешь пытать меня котами?
— Нет, мне нужно учиться и мне нужны слуги. Ты подходишь, но, если не хочешь, на рассвете ты умрешь.
— Я согласен.
— Хорошо, но помни, не вздумай мне мешать.
— Помню-помню, кот внутри меня это еще цветочки, я это понял, — развел руками зататуированный контрабандист, его социальные навыки мне понравились.
— Да, — улыбнулся я, представляя как дико ему общаться с одиннадцатилетним ребенком. — Господин майор, заводите следующего.
Высокий, мускулистый лысый азиат, в кандалах и с гирей в руках, в оранжевой форме стоял посередине большой камеры. Его лицо было сокрыто огромной металлической маской из прутьев.
— Снимите, — приказал я солдатам.
— Господин, как вас там! — заголосил Ли Кван Юй.− Не надо ничего снимать, этого я знаю! Он опасен, очень опасен, он вырезал целую банду голыми руками.
— Снимите кандалы и маску, быстро, — повысил я голос.
 
Лысый азиат смотрел на меня спокойно, опытный убийца. Ли дрожал, а я читал дело.
— Ты будешь говорить? — спросил я.
Азиат ответил мне жестами.
— Он поклялся не говорить до смерти, — ответил за него Ли. — У него обет такой.
— Понял, умри и восстань, — устало проговорил я и лысый упал за мертво, а я уткнулся папку с делом на него.
В деле безмолвного было больше информации чем на Ли, тоже интересный экземпляр, наемник, прибывший на остров совершить ряд убийств и грабежей. И блестяще выполнив свою работу, он просто сел за стол в доме своей жертвы и пил дорогое саке. Он одноразовый наемник, его цель выполнить задание, невыполнимое до конца. Но если наемник все же его выполнит, у него пропадает цель.
— Ну? — проговорил я, строго глядя, на встающего с пола мускулистого мужчину.
— Какова работа? — хрипло, с трудом ответил азиат.
— Охрана, — настороженно проговорил я. — Кто ты?
— Солдат Зет два-три-ноль, — практически металлическим голосом проговорил лысый.
— Ты выращен? Как попал сюда?
— Выращен, с детства отнят у родителей, прошел подготовку для штурма. Попал в плен после атаки на клан Наидзуко, убив оставшуюся в живых группу, — хрипло проговорил два три ноль.− Убил связного как последнее звено, он знал заказчика штурма.
— Твоя цель?
— Убить Такеши, ребенка, который сидит передо мной, — холодно ответил Безмолвный, а у меня волосы на голове встали дыбом. — И уничтожить Йоко из клана Наидзуко.
— Охренеть, — выдохнул Ли.
— Не мешай! Про кошек забыл?
— Молчу-молчу.
— Кто заказчик⁈
— Не могу знать, партия выращенных Зет, как я, никогда не знает заказчика, — хрипло ответил два-три-ноль. — Мы знаем лишь цель, через связного.
— Зет, слушай мою команду, — усилил я свой голос как можно сильнее. — Ты теперь подчиняешься только мне, ты не можешь навредить ни мне, ни кому бы то еще ни было кто связан со мной. Сядь около Ли.
— Я могу его убить? — посмотрел два-три-ноль на контрабандиста. — То, что он не труп, злит меня.
— Нет, он нужен мне живым.
— А можно мне обратно в камеру? — заголосил Ли.
— Нет. Господин майор, заводите последнего заключенного, — устало проговорил я.
Мне на стол упало новое дело.
Шпион, приговор — смерть, всего лишь пара строчек и никаких указаний на то, что именно совершил этот преступник. Этот заключенный уже интересовал Агата, он сказал мне, что это наемник высочайшего класса и такого не купить. Потому и посоветовал мне его забрать, пока совет разрешает мне набирать марионеток среди заключенных. О чем на утро совет, конечно же, пожалеет, но уже не сможет ничего повернуть назад.
Дверь скрипнула и в камеру завели человека, на голове которого был мешок. Заключенного вели сразу четверо военных, две винтовки с штыками упирались в спину лезвиями, а два автомата были наготове, чтобы расстрелять заключённого в случае попытки побега.
— Оставьте нас.
— Не рекомендую, господин кукловод, — ответил мне майор.
— Я еще не кукловод, я только учусь, — проговорил я смотря на мешок, оранжевую одежду и кандалы, которые были более массивными чем у безмолвного.
— Что скажете? — взглянул я на две свои новых марионетки.
— А что тут скажешь? Я не знаю кто это, — повел плечами Ли. — За борт, на корм акулам.
— Да-а-а, кошатник, а ты осторожен, — ухмыльнулся я.
— Хм, — провел по горлу безмолвный, все же он не был многословным.
— Снимите кандалы и оставьте нас, — тихо проговорил я.
— Господин Такеши! — возмутился майор.
— Вы не понимаете кто я, но вот приказ. Сегодня я имею право забрать трех узников, а вы! — слегка повысил я голос. — Должны мне подчиниться!
Нас было четверо, я, начинающий кукловод, контрабандист Ли, безмолвный универсальный пустой солдат, и…
— Здрасьте, — улыбнулась мне женщина, лет тридцати. Красивая, яркая, фигуристая.