Digging for the Bones (ЛП)

— Э-э… Они? — озадаченно спросил Рон.
Гермиона привычно закатила глаза.
— Они выбирают волшебника. Даже если бы Снейп велел прогнать собаку, она, скорее всего, нашла бы способ вернуться. Большинство наших домашних животных в своём собственном биологическом виде похожи на нас. Они — своего рода волшебники, — Гермиона нетерпеливо посмотрела на их озадаченные лица. — Или вы думаете, что какая-нибудь старая сова может делать что-то вроде доставки нашей почты?
— Никогда об этом не думал, — пожал плечами Рон.
— В магловском мире существуют всевозможные законы, запрещающие держать экзотических животных, — Гермиона вздохнула. — И вы должны делать кошкам и собакам всевозможные прививки, стерилизовать их и тому подобное. Но волшебные домашние животные похожи на нас и не нуждаются во всём этом.
— Что значит стерилизовать? — Рон уставился на Гермиону.
Гарри и Гермиона переглянулись. Щёки Гермионы стали ярко-розовыми.
— Ты объясни, — попросила она, одновременно и развеселившись, и сконфузившись.
— Потом, — отмахнулся Гарри, он же забыл сказать им самое главное. — После того, как Снейп разрешил мне оставить собаку, он сказал, что я больше не могу бродить по территории в одиночку, потому что кто-то по имени Сириус Блэк преследует меня.
Рон побледнел.
— Да ты что?! — поражённо прошептал он.
— Так ты знаешь, кто он? — бросил Гарри с таким гневом, что Гермиона в ужасе зажала руками рот.
— Он… он был правой рукой Сам-знаешь-кого, — ответил Рон. — Он убил тринадцать маглов сразу после… — Рон нерешительно указал на лоб Гарри. — Папа рассказывал, что он взорвал целую улицу. Говорят, он сумасшедший, просидел в Азкабане двенадцать лет и сбежал этим летом. Это было значительной новостью, пока… — Рон неловко потупился. — До Невилла, — он снова поднял глаза. — Разве ты не помнишь? Дамблдор сказал об этом в первый же день, как мы приехали. Вот почему дементоры здесь. Я думаю, что в «Ежедневном Пророке» уже несколько недель не было ничего, кроме суда над Лонгботтомом, наверное, потому, что никто не видел Блэка, но он всё ещё здесь.
Сопелка заскулил и осторожно потянул Гарри зубами за рукав.
— Ш-ш-ш, Сопелка, — рассеянно сказал Гарри собаке. Он смутно помнил, что Дамблдор что-то говорил, но Гарри в тот день был не в состоянии слушать приветственную речь, а потом Невилл…
Размышления Гарри прервал Оливер, влетевший в проём портрета с клочком пергамента в руке. Он был одет в свою квиддичную форму, как будто только что вернулся с одной из утренних тренировок.
— Гарри! — воскликнул Оливер, размахивая пергаментом. — Что это за чертовщина? Почему ты попал в список освобождённых на следующую неделю?
— Что? — растерянно переспросил Гарри.
— Мадам Помфри только что прислала мне записку с просьбой внести тебя на всю следующую неделю в список травмированных игроков! — Оливер в отчаянии заметался взад-вперёд по гостиной. — Значит, я потеряю целую неделю тренировок с нашим ловцом из-за того, что ты как-то умудрился искалечить руку!
Гарри не ответил. Разговаривать с Оливером в таком настроении было бесполезно.
— Я сказал ей, что вчера ты выглядел нормально, — отвратительно громко шумел Оливер, — а она меня просто с грязью смешала, захотела узнать, было ли это моим «взвешенным медицинским заключением», заявила, что в выходные исправит твою руку, и ты не будешь играть в течение нескольких дней после этого. Неделю, сказала она! Никакого соображения о расписании тренировок! Никакого понимания! — Оливер сделал паузу, чтобы перевести дыхание, но, похоже, не ожидал от Гарри ответа. — Гарри, иди поговори с ней. Скажи ей, что тебе слишком больно, что это неотложная ситуация, и ты, чёрт возьми, отрежешь руку, если она сейчас же ничего не предпримет. А если это не сработает, я найду нож и помогу тебе!
С рычанием Оливер ринулся к спальне мальчиков.
— Что случилось с твоей рукой? — обеспокоенно спросила Гермиона.
Гарри неловко заёрзал. По-видимому, именно так Снейп решил объяснить запрет на квиддич, но это поставило Гарри в затруднительное положение, вынуждая кое-что рассказать. Наверное, это лучше, чем говорить, что он использовал запрещённые заклинания на первых курсах, но всё же. Ему не хотелось рассказывать Рону и Гермионе, что его наказали за пропущенный ужин. Рон будет рвать и метать, крича о несправедливости, но Гермиона вполне может встать на сторону Снейпа. Гарри не нужна была ни та, ни другая реакция, когда он сам не был уверен, что чувствует по этому поводу.
 
— О, ничего страшного, я просто упал, ты же знаешь…
Гермиона посмотрела на него неожиданно свирепо.
— Нет, ты не падал! — резко сказала она.
Рон наклонился вперёд, внезапно сбросив сонливость и обретя настороженный вид.
— Что-то случилось прошлой ночью? Это Снейп? — Рон огляделся вокруг и понизил голос: — Он обидел тебя?
Гарри почувствовал, как у него запылали щёки.
— Нет… нет, ничего подобного. Просто… — Гарри вдруг понял, что выбрал неправильное объяснение. Ему хотелось скорее залезть под ковёр, чем говорить об этом, он знал, что друзья быстрее взрослых (за исключением Снейпа, пожалуй) раскусят его привычную ложь.
Он глубоко вздохнул, решив выдать немного правды из того, о чём Снейп и Помфри уже знали.
— На этот раз, — сказал Гарри, сжимая и разжимая кисть, которая, казалось, становилась негнущейся, едва он думал об этом, — мой кузен и его друг поймали меня и сломали мне руку.
Гарри сомневался, что когда-нибудь забудет тот звук, с каким дверь грохнула его по руке. Тошнотворный хруст, сопровождаемый такой острой болью, что она казалась ненастоящей. На этот раз Дадли и Пирс зашли дальше, чем собирались. Тётя Петуния вечером даже дала Гарри таблетку парацетамола и пакет со льдом, когда стало ясно, что боль и опухоль в руке никак не проходят.
— Мадам Помфри говорит, что рана зажила неправильно, что у меня воспаление в суставах.
— Твой кузен сломал тебе руку? — ахнула Гермиона.
— Вот ублюдок! — рявкнул Рон.
— Ничего особенного, — пожал плечами Гарри. — Дадли почти никогда не мог поймать меня, это было только один раз. Не думаю, что он ожидал, что так получится, понимаете? Во всяком случае, это было давно. И мадам Помфри всё исправит, так что не волнуйтесь, — твёрдо сказал Гарри, не глядя на своих друзей, но зная, что они обмениваются встревоженно-растерянными взглядами. — Послушайте, я проголодался, дайте мне переодеться, и пойдём завтракать пораньше, хорошо?
Он надеялся, что Снейп будет там и убедится, что Гарри не пропустил ещё одну трапезу.
Сопелка с довольным видом остался сидеть рядом с Гермионой, а Гарри и Рон пошли наверх переодеться к завтраку. Когда они спустились в Большой зал, огромная собака пробежала через холл и выскочила во двор.
Разговор за столом был несколько натянутым. Гермиона, казалось, хотела что-то сказать, но прикусила язык.
— Мистер Поттер, — глубокий голос Снейпа, раздавшийся прямо за спиной, едва не заставил Гарри опрокинуть чашку с чаем себе на колени.
— Да? — спросил он, резко оборачиваясь.
— Полагаю, — Снейп приподнял одну бровь, — мистер Вуд сообщил вам, что вы были включены в список освобождённых?
Гарри кивнул.
Снейп, поджав губы и сузив глаза, сунул руку в один из карманов своей мантии, вытащив тонкий предмет, протянул его Гарри, и тот, поколебавшись, взял. Гарри потребовалась секунда, чтобы понять, что это было. Магловская ручка, странная, трёхгранная, толще и мягче, чем обычная, и словно зачарованная: вместо обыкновенного шарикового стержня у неё был наконечник, похожий на перо.
— Сэр? — растерянно спросил Гарри. — Что это?
— Я уверен, что другие ваши преподаватели оценят ваш разборчивый почерк так же, как и я. Попробуйте использовать это, а не перо, пока мадам Помфри не вылечит вашу руку, — насмешливо сказал Снейп. — Полагаю, мы не увидим повторения вчерашней выходки?
— Нет, сэр, — хмуро ответил Гарри.
— Хорошо, — Снейп развернулся, взметнув полами мантии, и пошёл прочь.