Digging for the Bones (ЛП)

— Я не была под Империусом, когда броситься из окна кажется хорошей идеей, и просто забываешь себя поймать, — она покачала головой и заговорила, словно обращаясь к ребёнку: — Империус нельзя использовать, чтобы заставить кого-то убить себя. Я имею в виду… не с таким явным намерением. — Она по-прежнему не поднимала глаз. — Я просто внезапно поняла, что без меня всем будет лучше. В глубине души я знала, что именно из-за меня жизнь каждого из вас была такой… — она замолчала, всхлипнув, затем, сглотнув, с явным усилием продолжила: — Империус так не работает.
— Обычно да, — согласился Северус. — Но того, кто уже стремится… — он помолчал, обдумывая новую информацию. — Того, кто уже несколько… выбит из колеи… можно принудить к откровенному суициду. — Одна из проблем, связанных с самоубийством Эйлин, заключалась в том, что, судя по её записке, она ясно понимала, что делает. — Такому человеку нужен только правильный толчок и средство…
Несомненно, под Империусом можно заставить кого-то взять опасное зелье с собой домой.
— Мне нужно поговорить с адвокатом, — медленно произнёс Северус. — Возможно, есть записи о твоей встрече с Абраксасом Малфоем?
— Я кое-что отправила в Швейцарию, прежде чем… — Эйлин пожала плечами и слегка улыбнулась. — Ну, до этого… Возможно, ты там найдёшь что-нибудь. Просто несколько заметок, которые мне не хотелось, чтобы прочитал ты или Тоби, — она неловко шевельнулась, — и несколько писем к Абраксасу.
Северус кивнул. Ему нужен был правдоподобный способ привлечь внимание Министерства к этой встрече, не разглашая, что он некромант. Какие бы доказательства он ни привёл, они должны быть просто железными.
— У тебя есть сын, Северус, — неожиданно сказала мать.
— Да, — тяжело ответил он, не уверенный, как она воспримет всё это, но, видимо, ей уже сообщили.
— Прости, я была не самой хорошей матерью для тебя, — тихо извинилась она. — Надеюсь, ты сможешь стать лучшим родителем, чем я.
— Мама, — Северус совершенно не хотел слушать очередное самобичевание, — ты была нормальной матерью.
— Нет, родной, — она подняла руку, внезапно став совсем призрачной. — Теперь между нами нет лжи. Я подвела тебя, — её глаза наполнились слезами. — Ты прав, я не должна вмешиваться в твою жизнь. Я просто хочу, чтобы ты знал, как я сожалею.
На это Северус ничего не смог ответить. Он даже не был уверен, что именно чувствовал, когда Эйлин стояла здесь и извинялась, но что-то в нём изменилось. Он с трудом сглотнул комок в горле, предпочтя промолчать, чем устраивать истерики.
Она понимающе улыбнулась, а затем заговорила более настойчиво:
— Нам нужно было поговорить с тобой до того, как это сделает Дамблдор. Всё изменилось. Вам с ребёнком грозит ужасная опасность. Слуга Тёмного Лорда вернулся к нему… И с его помощью Тёмный Лорд восстанет снова.
— Блэк? — спросил Северус.
— Не Блэк, — нетерпеливо возразила Эйлин. — Блэк не виноват. Он был безрассудным дураком, но, по крайней мере, в этом преступлении он невиновен. Предателем был Питер Петтигрю.
— Лили говорила об этом, — медленно произнёс Северус. — Но что…?
Их прервал стук в дверь.
— Одну минуту, — отозвался Северус.
— Мне лучше уйти, — Эйлин покачала головой, — но послушай меня, Сириус Блэк защищает мальчика с самого начала семестра. Не позволяй вашему старому соперничеству…
— Соперничеству? — возмущённо прошипел Северус. — Он пытался убить меня, когда мне было шестнадцать!
— Я знаю, — Эйлин страдальчески заломила руки. — Я должна была сделать больше, но сейчас он может помочь тебе с Гарри. — Она посмотрела на дверь. — Мне нужно идти.
— Северус, это Минерва, — позвал человек по другую сторону двери.
Эйлин растворилась лёгкой дымкой. Северус резко встряхнул головой, поклявшись продолжить этот разговор позже.
— Минуту, — раздражённо повторил он. Уже не надеясь, что у него будет время принять душ, Северус обошёлся быстрыми очищающими чарами и бросил взгляд в зеркало. Он не был таким взъерошенным, как после целого дня, проведённого в лаборатории, поэтому решил, что выглядит вполне достойно для встречи с директором.
 
— Минерва? — Северус открыл дверь коллеге, и у него перехватило дыхание. Она выглядела почти такой же призрачной, как его мать. Волосы, раньше серебрившиеся отдельными прядями, теперь были совершенно белыми. Она похудела ещё больше и казалась почти прозрачной, но улыбнулась ему так, как никогда раньше, и всё её лицо осветилось.
— Северус! — тепло сказала она, входя в комнату и закрывая за собой дверь. Прежде чем он понял её намерения, она обняла его в знак приветствия.
Он замер, свесив руки по бокам, пока Минерва не отпустила его и, отступив назад, посмотрела ему в лицо. Её глаза потемнели, когда она увидела его замешательство.
— Поппи сказала мне, что вас с Гарри отослали одних, без помощи даже домашнего эльфа. Мне так жаль, дорогой, — она грустно улыбнулась. — Я чувствую себя ужасно из-за того, что мне никто не сказал. Я бы, конечно, настояла, чтобы Альбус кого-нибудь прислал.
Чёрт бы побрал этих женщин.
Северус закрыл глаза, собрав всё свое самообладание. Кричать на Минерву было бесполезно, к тому же он слишком устал, чтобы закатывать истерику. Глубоко вздохнув, он открыл глаза и сказал своим самым ледяным голосом:
— Я не понимаю, какое это имеет отношение к вам, мадам.
Минерва вздрогнула от его тона, затем вздёрнула подбородок. Она была такой же высокой, как и он, и смотрела на него тем грозным взглядом, который всегда заставлял его чувствовать себя пятнадцатилетним подростком. Он подумал, что она собирается сердито возразить, но вместо этого Минерва сказала:
— Я хотела поблагодарить тебя за помощь с мисс Уизли, Северус. — Теперь её голос звучал гораздо более официально, но в нём ещё чувствовалась та смущающая нотка теплоты, которую он никогда раньше не слышал.
— Как вам угодно. — Это было выражение Гарри, но оно сорвалось с губ Северуса прежде, чем он успел подумать.
Минерва вдруг обмякла, как будто на неё резко навалилась усталость.
— Можно мне присесть? — спросила она, пошатнувшись.
Северус поднял палочку и призвал из гостиной два кресла. Минерва рухнула в одно, а он устроился в другом.
Минерва не преминула заметить, что её по-прежнему приглашали в его покоях не дальше прихожей, однако смолчала, и единственным комментарием стал обиженный взгляд.
Северусу пришло в голову несколько отборных эпитетов из лексикона Тоби. Как она смеет так удивляться тому, что он не кинулся сразу же выплясывать перед её лицемерными извинениями?
— Северус, Дамблдор хочет поговорить с тобой, потому что он нашёл Сириуса Блэка, — сообщила она через мгновение. — И при довольно загадочных обстоятельствах. Я хочу пойти с тобой, на случай, если… ну… на всякий случай.
— Если считаешь необходимым… — медленно произнёс он, гадая, в какую игру она играет.
— Это замечательная идея, профессор! — Призрак Поттера вернулся, ухмыляясь, как школьник.
Оказалось, Минерва видела этого человека так же ясно, как и Северус.
— Джеймс, — устало сказала она, — я не думаю, что тебе здесь рады. И учитывая, как много ты должен Северусу, я бы посоветовала тебе изо всех сил постараться не усложнять ему жизнь. — Она пристально посмотрела на молодого человека. — Принимая во внимание рассказы, которые я слышала в последнее время, я также предлагаю тебе некоторое время держаться подальше и от меня. Если ты будешь продолжать в том же духе, клянусь, я назначу тебе давно просроченное наказание, — закончила она в полноценном профессорском тоне.
— Ах да, мэм, — пробормотал Джеймс Поттер. Видимо, он не ожидал такого приветствия от своего бывшего декана. — Но я должен сообщить раньше, чем это сделает старик. Сириус невиновен. Директор оправдал его. Они в кабинете Дамблдора, ждут, чтобы поговорить о Гарри.
— Что?! — Северус вскочил на ноги.
Минерва положила руку ему на плечо.
— Я боялась, что произойдёт что-то вроде этого, учитывая то, что Альбус устраивает эту встречу, — вздохнула она. — Он намекал… что, возможно, Блэк всё же не был в сговоре Сам-знаешь-с-кем.