Digging for the Bones (ЛП)

Заклинание было создано как исцеляющее, но, несомненно, существовала веская причина для столь сильного ограничения его применения. Обычно Tribuo обучали только после того, как целители давали Непреложные обеты о неразглашении и ненанесении вреда. Только боги знали, как Тёмный Лорд заполучил заклинание от целителя.
Северус пошутил насчёт помолвки, но Молли ухватилась за его слова и придумала решение, которое, как она надеялась, успокоит заклинание и даст Гарри ещё один уровень защиты как от Дамблдора, так и от Министерства.
Странно, что Молли оказалась такой коварной — она отлично справилась бы, распределившись на Слизерин. Возможно, именно отсюда у близнецов появилась склонность к каверзам. Безусловно, Артур всегда казался слишком прямолинейным, чтобы быть отцом пары таких смутьянов.
Голоса в голове теперь вели себя необычайно тихо. Накануне Лили пыталась заговорить с ним, но Северус закрыл свой разум, как обычно делал в случае ментальной атаки. Ему никогда не приходило в голову, что её голос и сны, которые он видел, были чем-то иным, нежели плодом его собственного воспалённого воображения.
Шум, издаваемый мальчишками Уизли, внезапно оборвался. Похоже, Билл наложил на дверь спальни заглушающее заклинание.
Хотя Северус оценил эту идею, он всё же предпочитал слышать, что происходит за дверью, и быстрым взмахом палочки отменил заклинание.
К гомону присоединился женский голос, не принадлежавший ни Джинни, ни Молли. Похоже, это была Грейнджер — Молли, должно быть, пригласила её в гости. Вероятно, именно шумные приветствия побудили Билла наложить заклятие на дверь.
Через некоторое время детский гам стал тише — судя по звуку, они переместились в другую половину дома.
Наконец решив, что прятаться здесь больше нет смысла, Северус оделся и заковылял на кухню.
Билл был там — мыл посуду аккуратными взмахами палочки. Он явно привык сам о себе заботиться.
Почему-то это заставило Северуса подумать о Тоби. Старый пьяница едва мог найти холодильник, когда Эйлин не было рядом.
Внезапно он почувствовал головокружение, зрение слегка помутилось. Северус понял, что не знает, что бы он сделал, если бы отец заговорил с ним мысленно или во сне. Оставалось надеяться, что некромант мог говорить только с умершим волшебником.
«О, Мерлин, Моргана и Цирцея, — подумал Северус немного истерично, — я некромант».
Некромантия, как и заклинания рабской зависимости, была одним из самых тёмных искусств. Возникали споры о том, были ли эти заклинания вообще реальными — Северус никогда по-настоящему в это не верил.
Он знал, что ему повезло — целители Святого Мунго решили, что заклинателем была Поппи, и она не стала разуверять их. Это означало, что Северус избежит наказания за незаконное использование заклинания.
Он слегка вздрогнул. Некромантия. Само это слово вгоняло в дрожь здравомыслящих волшебников.
Вот почему Тёмный Лорд так заинтересовался проклятым заклинанием, но безумный ублюдок опустил эту незначительную информацию, когда обучал своих самых доверенных слуг.
Северус, как и остальные, полагал, что это был ещё один план Тёмного Лорда, чтобы сохранить себе жизнь любой ценой.
Тёмный Лорд также говорил о захвате одних из своих особенно раздражающих противников и испытании техники на них. Конечно, он связал бы себя со стариной Грозным Глазом, Краучем, Минервой или, не дай бог, с самим Дамблдором.
Его одежда стала влажной от холодного пота.
— Профессор? — Билл шагнул к Северусу, словно боялся, что тот сейчас упадёт. — С вами всё в порядке?
Северус почувствовал, что его пошатывает, и опустил глаза: рука, не опиравшаяся на трость, сжимала палочку так, что побелели костяшки пальцев, а он даже не помнил, как вытащил палочку. Пальцы дрожали.
— Отлично, — буркнул он, пытаясь взять себя в руки, и, пряча палочку подальше, сел за стол. — Надеюсь, сегодня утром не было никаких неприятных происшествий?
— Нет, всё в порядке, — Билл поставил чашку чая перед благодарно кивнувшим Северусом. — В кои-то веки утро прошло без неприятностей.
 
— Гарри что-нибудь ел? — спросил Северус, пытаясь отвлечься прозаическими мыслями.
— Да, — кивнул Билл, и на его губах заиграла лёгкая улыбка. — Съел всё, что я положил ему. И зелья принял, которые мадам Помфри назначила. Э-э… — Его лицо посерьезнело. — Он сказал, что, по словам мадам Помфри, ему нужно набрать вес, но для чего второе зелье? Это… э-э… похоже, это то самое, которое давали Джинни после… — Билл помолчал, явно смутившись. — Ну, вы понимаете?
Северус пристально посмотрел на молодого волшебника. В чистокровных семьях о таких вещах открыто не говорили, но он решил, что может позволить себе немного откровенности с Биллом, учитывая, что парень был удивительно зрел и довольно ясно представлял себе ситуацию своей сестры.
— Боюсь, что Гарри тоже несколько соприкоснулся… — Северус сделал паузу и многозначительно приподнял бровь. — Ну, вы понимаете.
Билл понял.
— Что случилось? — прошептал он, с глухим стуком рухнув на стул.
— Это не моя история, — ответил Северус, — но вы должны понимать, что Гарри находится в таком же хрупком состоянии рассудка, как и ваша сестра. Кстати, об этом… — он посмотрел на свою чашку и встал, ему не нравился поворот, который принял разговор. — Передадите Гарри, что мне нужно с ним поговорить?
— Конечно, профессор, — Билл вскочил. — Хотите, я приготовлю вам что-нибудь поесть? Я мог бы принести…
Северус покачал головой.
— Чая достаточно.
Он медленно вернулся в спальню и, оказавшись там, наколдовал второе кресло — не хотелось вести разговор, лёжа в постели.
Он услышал, как Билл поднимается по лестнице, а ему отвечает возмущённый голос Гарри. Северус понадеялся, что этот тон был спровоцирован тем, что его оторвали от приятелей, а не из-за споров с ними — сейчас для Гарри было гораздо полезнее обижаться на Северуса, чем потерять поддержку своих давних верных друзей.
Это была здравая мысль. Возможно, призрак чёртова Фрейда почувствовал себя одиноким и начал шептать Северусу на ухо.
На лестнице послышались лёгкие шаги. Гарри и вправду ходил очень тихо. Часть притворства, что его не существует, предположил Северус.
В дверь робко постучали.
— Войдите.
Дверь открылась. Северус вздохнул при виде ребёнка. Щёки Гарри побледнели, а уголки рта опустились. Он выглядел так же, как в тот день, когда они вместе обедали в Хогвартсе. Казалось, это было много лет назад.
— Вы хотели меня видеть, сэр? — нерешительно спросил Гарри.
— Да, Гарри. Мне нужно обсудить с тобой некоторые договорённости, которые я предпринял от твоего имени. — Северус надеялся, что Гарри позволит ему всё объяснить прежде, чем закатит истерику. — Закрой дверь и садись.
— Договорённости, — недовольно пробурчал Гарри, — ну…
Он уселся, как ему было сказано, скрестив руки на груди и не встречаясь взглядом с опекуном.
«Ты его отец, Северус, — прошептал ему на ухо голос Джеймса Поттера, заставив его вздрогнуть. — Перестань играть в игры с самим собой».
Зарычав, Северус удвоил усилия, чтобы закрыть свой разум. Гарри слегка вздрогнул.
— Да, — Северус проигнорировал эту дрожь, предпочитая закончить разговор. — Мы с мистером и миссис Уизли обсуждали последствия заклинания Tribuo и твою ситуацию, особенно в свете газетной статьи.
— Как вам будет угодно, — мальчик только пожал плечами, глядя в сторону.
Северус задумался, что же он сделал на этот раз, чтобы вызвать такую враждебность.
— В любом случае, — голос мальчика был хриплым от презрения, — близнецы мне всё рассказали. Они слышали, как вы вчера вечером разговаривали на кухне.
Профессор пообещал себе, что как только эти паршивцы вернутся в Хогвартс, он заставит их чистить полы подземелья зубными щётками.
— Что именно они тебе сказали?
Вопрос заставил Гарри посмотреть Северусу в глаза.
— Они сказали, что вы собираетесь женить меня на Джинни. Даже не спросив меня! А если я не хочу на ней жениться? А если я вообще не хочу ни на ком жениться? — выпалил он. — Но то, что я хочу, не имеет значения! Никому нет дела до того, чего я хочу. Я никогда никого не целовал, а теперь должен… — он поморщился, не в силах продолжать, и его опять мелко затрясло.