Манулов, прекрати! (СИ)
— Я правильно понимаю, что это твое? — покрутил я волосками перед глазами, после чего проморгался, пытаясь восстановить зрение.
— Понятия не имею, о чем ты говоришь. Это тебе от покровителя их рода. Чтобы ты смог вылечить графа, — продолжал самодовольно вещать кот. Даже не могу представить, что этот вымогатель выторговал у бога-Сапсана за такой щедрый дар главе рода.
— Но мне нужна шерсть из хвоста черной кошки, — прошептал я, ринувшись собирать травы и крошить их в соответствующих пропорциях, согласно рецепту, в небольшую чугунную кастрюльку.
— А ты знаешь почему везде используется шерсть именно черной кошки? Этот тотемный зверь обладает наибольшей магической активностью, нежели другие. Я не знаю, правда это или нет, но говорят, что все черные коты и кошки дети самого бога-кота. Но, скорее всего, это обычная уловка, чтобы их не кромсали на зелья и эликсиры направо и налево, — тоном профессора с кафедры прозвучал в голове голос Манула. — А ты знаешь, что в таком случае может сотворить всего один волосок бога-покровителя? Все только не трать! Оставь парочку на всякий случай, хвост — это святое, не забывай.
— Забудешь с тобой, как же, — покачал я головой, добавляя часть одной из шерстинок Манула в зелье, которое после этого буквально засветилось зеленоватым цветом, а из кастрюли повалил дымок, который полностью был похож по цвету и запаху на тот, что я готовил ранее.
Я перелил настой в кружку, переместив его остатки вместе с шерстью и оставшимися травами в мое личное хранилище, так, на всякий случай. Ну, время истины.
Подойдя к графу, я влил содержимое в его рот и стал ждать. Если я все сделал правильно и угадал с ядом, то эффект должен был наступить довольно быстро.
Через минуту Сапсанов выгнулся тугой, и все мышцы его тела на несколько секунд затвердели, после чего он упал на кровать тряпичной куклой и часто задышал. Из его рта, носа, глаз и ушей начала вытекать черная густая жидкость вперемешку с кровью. Это продолжалось недолго, но даже за такое короткое время отравы набралось настолько много, что обильно залив постель, она начала стекать на пол. Энергетические потоки начали восстанавливаться, а сосуды очищаться. Токи крови буквально выдавливали густую смолу из органов и тканей, которая, в итоге, через желудок и легкие оказывалась снаружи.
— Кто-нибудь может нам помочь в этом доме? — рявкнул я в сторону дверей, понимая, что нас реально оставили одних наедине с главой дома. Это было подозрительно, а доверие, оказанное каким-то людям со стороны, вообще, кроме как растерянностью и глупостью я назвать не мог.
Сразу же послышались шаги, шум за дверью и в комнату буквально влетела Валерия, подбегая к нам с округлившимися от ужаса глазами. Похоже, мою просьбу о помощи она поняла совсем не так, как мне хотелось.
— Отец, — прошептала она и залилась слезами, снова используя мою грудь в качестве подушки.
— Ты чего? Все хорошо, он поправится, — тихо проговорил я, понимая, что, увидев подобную картину, девушка пришла к вполне логическому и трагическому выводу. — Мне нужно, чтобы кто-то убрал отраву с постели и помог переодеть графа, только и всего. Мы с Петром слишком устали, чтобы заниматься еще и этим.
— Он… что? Манулов, никогда не смей меня больше так пугать! — она ударила меня кулаком в грудь и, присмотревшись к своему отцу, видя его ровное дыхание, одарила меня злобным взглядом и вылетела из комнаты, судя по крикам так же пытаясь найти хоть кого-нибудь из прислуги.
— Как ты узнал? — задумчиво спросил Петр, подходя ко мне. — Ну, в смысле, что нужно делать в этом случае?
— Манул подсказал, — пожал я плечами, садясь в кресло. Сейчас нужно было следить за состоянием графа. Яд был слишком долго в его организме, поэтому последствия разрушительного действия нельзя было пропустить.
— Богам нет никакого дела до всего этого, особенно твоему, — хмыкнул Петя, прищурившись, посмотрев на меня. — Не хочешь говорить — не надо, потом все равно расскажешь. Пойду я отдыхать. Завтра учеба начинается, не хочу пропустить самый главный день в моей жизни.
Он, посмотрев на графа и на суету, которая воцарилась в комнате, вышел, больше не говоря мне ни слова. Поверит, потому что более реалистичного оправдания я вряд ли смогу придумать.
Когда комната опустела и возле Сапсанова осталась только Валерия, я перетащил кресло ближе к кровати, сразу же оценивая состояние графа. Манул был прав. Действие противоядия, основанное на силе бога, работало гораздо активнее и лучше, чем я рассчитывал. По моим прикидкам, на восстановление Сапсанову теперь хватит несколько дней, а не недель, как было бы, будь в зелье волосы обычного черного кота.
— Иди поспи, все будет хорошо, — обратился я к Лере, краем глаза замечая завихрения в воздухе рядом со мной, которые то и дело трансформировались в очертания прозрачного волка. Он не показывался на глаза в присутствии посторонних, но всячески намекал, что ему есть, что доложить. — Правда. Я все равно останусь ночью здесь.
— Даже немного жаль, что ты Манулов, — грустно улыбнулась она и, поднявшись на ноги, вышла из комнаты. И как это понимать?
Волчонок сразу же, как только она вышла, приобрёл материальную форму и сел на пол возле нескольких папок с бумагами, пристально глядя мне в глаза. Подождав несколько секунд и не увидев от меня реакции, он сердито топнул лапой и зарычал.
— Я прекрасно помню о нашем уговоре, — улыбнулся я и достал из кармана обещанный ему макр, который тут же исчез из моей руки, оказавшись в пасти волчонка. Зверь, завилял хвостом, крутанулся на одном месте и пропал из поля зрения. Правда характерный хруст, раздавшийся из дальней части комнаты, рассказал мне, что он все еще тут.
В поместье воцарилась подозрительная тишина. Я, выглянув в коридор, увидел только двух охранников, стоявших рядом с дверьми. Прикрыв двери поплотнее, я сел в кресло, взяв одну из папок с бумагами, чтобы изучить, то, что именно так стремился получить Александр Сапсанов. Надеюсь, это хоть немного что-нибудь прояснит.
Глава 22
Я отложил бумаги в сторону и, посмотрев в очередной раз на графа, задумался. Как и говорил Сапсанов, это была лишь часть информации, которая находилась в одной тонюсенькой папочке. Остальные документы относились к делам рода, поэтому я особо не вникал в подробности. Лишь отметил тот факт, что граф имел довольно существенное влияние на большую часть отраслей в регионе. В основном это были шахты, где добывались ценные и редкие минералы, а также несколько проходов на изнанку, один из которых, как мне кажется, стал причиной того клубка заговоров, в котором я по чистой случайности оказался.
В документах, относящихся к третьему уровню изнанки, были подробности спуска, точные координаты пробоя на изнанку и полный план стройки. Тонкое место было обнаружено случайно, как раз на стыке земель трех графов Сапсановых. Но так как глава рода имел преимущества над остальными в плане использования природных ресурсов на всех землях рода, то разработку спуска он начал самостоятельно, без вмешательства братьев.
Но потом что-то изменилось, и к этому делу подключились остальные, причем, как я понял, спуском, в конечном итоге, стали владеть три брата в равных долях. Я нашел только единичное упоминание о том, что во время экспедиции было найдено поселение с разумной расой, которое было уничтожено еще до первого спуска с нашего мира. Вот, в общем, и все. Главная информация сейчас находилась в Ангарске рядом с телом мертвого графа. Именно ее нужно было предоставить князю Мышкину, который постоянно крутится возле императора.