Двух дорог пересеченье (СИ)
***
Дворец Корфов на Фонтанке давно не видывал такого количества гостей. И столь роскошного и пышного празднества. Столы в обеденной зале ломились от всевозможных яств, шампанское и вино лились рекою, поскольку тостов за счастье молодых было поднято такое количество, что Наташа под конец пиршества ощутила лёгкое опьянение. И это несмотря на то, что она старалась всякий раз при новом тосте лишь пригубить из бокала шипучую жидкость.
Владимиру, сидевшему рядом с ней, пришлось несколько хуже — с ним то и дело норовили выпить: либо Александр Юрьевич, обращавшийся с новоиспечённым тестем по-отечески ласково и душевно, либо Михаил, всё пытавшийся шёпотом давать ценные советы касательно семейной жизни, либо дядья Натали — мужья её дорогих тётушек, которые были любителями, чего греха таить, и празднеств, и хорошей выпивки. Поэтому Наташе оставалось только уповать на то, что к концу праздника её супруга не постигнет участь господ, напившихся всласть и еле державшихся на ногах. Впрочем, тревоги были напрасны. Ни одна рюмка, следующая за предыдущей, не сделала из Владимира человека, за которого могло бы быть стыдно. Скорее наоборот: он сделался необычайно весел и добродушен ко всем присутствующим.
После праздничного обеда, пока музыканты переносили свои инструменты в бальную залу, а официанты убирали съестное со столов, оставляя фрукты в больших этажерках да шампанское для желающих освежиться между вальсами, мазурками и кадрилями, гости в компании молодожёнов переместились в белую гостиную — светлое, отделанное золотым орнаментом просторное помещение. Здесь вездесущие тётушки Натали обступили их с Владимиром и принялись тараторить, выражая свои восторги по поводу столь прекрасной свадьбы. Они были без ума: и от Владимира, и от маленького Ванечки, которого сегодня было решено забрать в дом к Репниным вместе с Акулиной, предоставляя тем самым новоиспечённым супругам провести вечер и предстоящую ночь только вдвоём. Натали, услышав подобное предложение ещё накануне венчания, пыталась было воспротивиться: чем им может помешать ребёнок? Однако матушка посмотрела на неё с укором и столь многозначительно, что княжна поняла — придётся уступить. При условии, что на следующий день она вместе с Владимиром заберёт Ванечку обратно домой.
— Ты заметила: тётушки, дай им волю, не отойдут от меня ни на шаг, — сказал Наташе супруг при первых па их свадебного танца.
Присев перед ним в грациозном поклоне, Натали весело хихикнула:
— Они в восторге от тебя! О чём уже успели сообщить не единожды: и мне, и матушке, и Мише, и Лизе. Особенно они прожужжали все уши несчастному Мишелю! Брат, между прочим, с детства их любимец. Уж как они его тискали, несмотря на то, что он старше меня по возрасту. Думаю, теперь они точно также залюбят Ванечку!
— Мне понравились твои тётушки. Впрочем, их мужья не менее привлекательны. Особенно по делу пропустить рюмочку-другую коньяка или бренди за приятной беседой. Замечательная родня! Однако хорошо, что танцевать сегодня нам полагается друг с другом, а не с кем-то ещё! — воскликнул он и, ловко подхватив её за талию, начал кружить в воздухе.
Наташа весело засмеялась, глядя в его счастливые глаза.
— Эй, Корф, поосторожней с моей сестрой! — бросил Миша, танцевавший неподалёку с Лизой.
— До чего силён! До чего красив! О, он просто мечта, а не мужчина! — восклицали тётушки Натали, стоя в сторонке и переглядываясь между собой.
Впрочем, другие гости тоже невольно залюбовались новобрачными. И Владимир, и Наташа, славившиеся в свете своим умением танцевать, тем не менее никогда прежде не являли столь плавных движений, придававших танцу лёгкость, словно они не танцевали, а парили на пушистых облаках где-то высоко-высоко над землёй.
Комментарий к ГЛАВА XXXI. ВЕНЧАНИЕ
* 1 октября - по старому стилю праздник Покрова Пресвятой Богородицы. По новому стилю (наши дни) - это 14 октября.
Иллюстрация: https://vk.com/photo2106348_457247550
Ну что, дорогие читательницы, признавайтесь: кто хотел бы венчаться в церкви со своим возлюбленным? Есть ли сейчас, когда больше распространена роспись в ЗАГСе, таковые среди вас? Или, на ваш взгляд, венчание - устаревший ритуал, пережитки прошлого?
Как думаете: что будет с героями дальше? Ведь это по-прежнему не конец истории. ;-)
========== Глава XXXII. ТОЛЬКО ДЛЯ НАС ДВОИХ ==========
Глава XXXII
ТОЛЬКО ДЛЯ НАС ДВОИХ
День сменился вечером и свадебный бал подошёл к концу. Ванечку некоторое время назад повезли домой тётушки Натали. Довольно впечатлений набралось у ребёнка за этот шумный праздник: слишком много людей крутилось вокруг него, знакомясь, гладя по головке, беря на руки — всё это изрядно утомило малыша, привыкшего к тиши своего дома и нескольким одним и тем же лицам, видимым ежедневно. Ближе к завершению торжества Ваня уже во всю тёр свои глазки маленькими кулачками. Ему давно пора было ложиться спать. Да и остальные гости стали постепенно расходиться, ещё раз осыпая поздравлениями Владимира и Наташу, стоявших на нижних ступенях парадной лестницы, ведущей на второй этаж. У новобрачной гудели ноги, и ей мечталось поскорее снять туфельки, в которых она проходила весь день. А ещё хотелось избавиться от корсета, туго затянутого, дабы подчеркнуть и без того тонкую талию.
И вот, когда предпоследняя чета сказала супругам Корфам «До свидания!», к ним подошли родители Наташи в компании Елизаветы и Михаила.
— Прощайте, дети! — пропела матушка, сердечно целуя в обе щёки сперва Натали, а потом Владимира. Она сразу приняла его как родного. — Мы с папенькой непременно заглянем к вам на днях перед отъездом в Рим!
— Конечно, приезжайте, — ответил Корф, пожимая руку отцу Натали. — Мы планируем остаться в Петербурге на пару дней — думаю, не больше. После чего вернёмся в Двугорское.
— А мы с Мишей завтра же покатим в деревню, — подала голос Лиза, подходя к Наташе. — Мне в Петербурге неуютно. Здесь слишком суетно, много людей. Все куда-то бегут, спешат. А я привыкла к сельской размеренной жизни.
Обняв и поцеловав Натали, она приблизилась к Владимиру.
— Будьте счастливы! — произнесла Елизавета Петровна, оставляя на его щеке кроткий поцелуй.
— Благодарю, — Владимир в ответ поцеловал её руку, а после сердечно пожал.
Лиза улыбнулась и отошла к Репниным-старшим.
— Значит, так, — начал Миша, обращаясь сразу к обоим супругам. — Если этот сияющий, словно начищенный самовар, новобрачный будет обижать тебя — обещаю: ему не поздоровится!
— Мишель! Ты когда-нибудь угомонишься? — взмолилась Наташа.
— Напрасно, друг, ты сомневаешься во мне, — сказал Владимир, посерьёзнев. — Я первый, кто отдаст жизнь за твою сестру, если возникнет необходимость.
— Ладно, ладно, — смилостивился Репнин, — иди сюда, герой.
Друзья крепко обнялись.
— Желаю счастливой семейной жизни! — Михаил напоследок похлопал Корфа по плечу и вновь подошёл к Натали: — До свидания, сестрица! Оставляю тебя на попечение твоего мужа.
Наташа сама бросилась брату на шею с объятиями.
— Теперь наше детство окончательно кончилось, — шепнул Репнин ей на ухо. — Я люблю тебя, Наташа!
— И я тебя, Миша!
— Похоже, нам действительно пора, — князь взял под руку Елизавету Петровну и компания направилась в сторону выхода. — Не вздумайте забывать про нас с Лизой — в нашем поместье вы всегда желанные гости!
— Ты так говоришь, словно мы и не соседи с тобой вовсе! Разумеется, не забудем! — крикнул на прощание Владимир, помахав им рукой.
Перед тем, как лакей закрыл за ними входную дверь, Михаил Репнин ещё раз обернулся, запечатлев на память образ сестры. Наташа, одарив его на прощание очередной счастливой улыбкой, приняла подставленный локоть Владимира и они, развернувшись, стали подниматься наверх.
— Не обращай внимания на слова Миши. Он похоже переживает, что теперь не единственный любимый мужчина в моей жизни, — сказала Натали.
— Его можно понять: будь у меня такая сестра, я бы тоже ревновал её ко всем остальным представителям мужского пола.