Двух дорог пересеченье (СИ)

— У меня есть, что сказать вам, ваше высочество. Но я не стану этого делать. По многим причинам, — произнёс Владимир, постепенно остывая. — Хотя бы, к примеру, из уважения к вашему отцу, нашему общему государю. И к вашей матушке, мудрейшей из императриц.
— С каких таких пор вы стали возносить моего отца? Кажется ещё совсем недавно вам было плевать на всех, кроме собственной персоны!
— Я давал присягу, будучи военным.
— Присягу! — Александр смерил Корфа презрительным взглядом. — Вы уже давно не военный человек. У вас нет ни права носить мундир, ни хвастаться своими подвигами перед дамами, пытаясь произвести на них впечатление!
— Я никогда не бравировал успехами, — покачал головой Владимир, вновь уязвлённый, но не имеющий никакого желания продолжать этот разговор. — Если это всё, что вы хотели мне сообщить, нам лучше распрощаться. И побыстрее.
— Вы, видимо, от своего не отступитесь, — усмехнулся цесаревич. — Что ж, в таком случае, мне и вправду больше нечего здесь делать. Но запомните, — добавил он, перед тем как покинуть библиотеку, — Наталья Репнина в скором времени вернётся во дворец! И уж я постараюсь, чтобы она раз и навсегда избавилась от влияния таких людей, как вы. Будьте в этом уверены!
Цесаревич с шумом открыл дверь и ступил за порог. Владимир, несмотря ни на что, хотел было проводить гостя до передней, однако наследник, повернувшись и сверкнув глазами, полными гнева, остановил его. «Меня не нужно провожать!» — словно говорили эти холодные голубые глаза, чей хозяин исчез в тот же миг в коридоре, едва не сбив с ног своего несчастного лакея. Корф понял, что лучше не настаивать на своём. Закрывая распахнутую настежь дверь, он слушал, как в передней, резко отдавая приказания слуге и видимо надевая свой плащ, покидал дом Александр. Раздался новый грохот, после которого в комнатах вновь воцарилась тишина. Ванечка больше не плакал. Прошло ещё несколько минут, и карета наследника российского престола оставила парадный двор усадьбы.
Владимир почувствовал, как что-то когтистое, словно лапа большого зверя, сжимает его сердце. Набив трубку и закурив, он подошёл к окну, где за стеной дождя едва ли можно было что-нибудь рассмотреть дальше лужайки, темневшей перед домом. «Что это было? — спросил он себя. — Уж не приснилось ли мне?» Вдали сверкнула молния, показав экипаж, удаляющийся прочь от поместья. «Как же так? Неужели человек способен так измениться за короткий срок? Или я просто не замечал ранее того, чтобы было скрыто за маской азартного поиска приключений?!» Раздался новый раскат грома, но уже не такой сильный, как прежде. Гроза постепенно уходила, оставляя после себя неизменно льющий дождь. Владимир вспомнил, как они втроём: он, наследник и Миша пару лет назад сидели в местном трактире и пили водку. Думал ли Корф тогда, что услышит когда-либо слова, произнесённые Александром Николаевичем сегодня?
«А Натали права, — прошептал Владимир задумчиво, — этот человек, кажется, сам не знает, чего хочет. От него можно ожидать всего. Натали… Наташа… Что же будет с ней теперь? Если она вернётся ко двору, то подвергнется новой любовной атаке — не иначе. И кто знает: сможет ли она справиться самостоятельно, если ей возьмут и… прикажут!» Он представил Натали в царских покоях, белую как полотно, с испуганным лицом. Владимир едва ли не зарычал. Чувство ревности, завладевшее им, заставило вскипеть кровь. «Надо было вызвать… Надо!.. Стреляться!.. И будь что будет!.. — бормотал он, отбросив трубку и расхаживая беспорядочно по кабинету. — Да ведь наследник этого, должно быть, и добивался! Это был бы самый лёгкий способ избавиться от меня! Второй раз дуэль мне бы не простили, и, Бог знает, чем бы всё кончилось?! Тюрьмой, ссылкой, каторгой или сразу расстрелом?! Но, нет. Хорошо, что не вызвал, не наломал новых дров. У меня теперь есть сын — я не могу оставить его сиротой».
Ощущая усталость, он подошёл к камину и с особым остервенением подкинул дров. Несколько искр вылетели и прожгли ковёр, лежавший тут же. Не обратив на это внимания, Корф пододвинул стул поближе к теплу и сел. «Но что же делать с Наташей? Ей нельзя возвращаться во дворец, — размышлял он уже более спокойно, глядя на огонь. — Похоже, придётся поторопиться, иначе я могу попросту потерять её. У нас нет времени на длительные ухаживания и прогулки под луной. Всё это будет, но после. Потом. А сейчас необходимо действовать!»
 
Комментарий к Глава XXIII. ГРОЗА
Иллюстрация к главе: https://vk.com/photo2106348_457246538
========== Глава XXIV. ТРЕВОГИ МИХАИЛА ==========
Глава XXIV
ТРЕВОГИ МИХАИЛА
Тем временем в соседней усадьбе князь Репнин, застав сестру в её комнате на диванчике, занятую вышиванием, подошёл с явным намерением кое-что узнать.
— Ну и льёт сегодня, — проговорила Наташа, не отрываясь от стежков. — Прямо ужас какой. Вчера — эта дьявольская гроза, сегодня — проливной дождь. Что за лето нынче на дворе?
— Если так и дальше будет продолжаться, боюсь, погибнет наш урожай, — вздохнул князь, рассматривая узор на канве, — Разве способно что-либо выжить в такой сырости? Поля уже какой день стоят по щиколотку в воде. Сегодня с первыми лучами солнца мы осматривали их вместе с управляющим. Положение не ахти.
— А фабрика?
— На неё сейчас вся надежда, сестрёнка. Документы у меня, она — наша! Правда, там своих хлопот хватает. Туда тоже надобно найти толкового управляющего, который займётся наймом работников. А ещё я хотел бы поменять оборудование, помнишь? Оно безбожно устарело. На нынешнем ничего путного наткать не получится.
— Всё обязательно сложится, я в тебя верю, — Натали, отложив пяльцы на столик, протянула руку брату, приглашая сесть к ней. — Так и вижу тебя важным промышленником. Михаил Репнин — глава крупнейшей в империи фабрики по производству тканей!
Довольно заулыбавшись — ему были очень приятны слова сестры — Миша присел рядышком.
— Думаю, до этого ещё далеко. Но спасибо за столь лестные прогнозы! — Немного подумав, Репнин добавил: — Кстати, как тебе недавний обед и бал?
— Прекрасно!
— А Володя отлично держался. Почему он решился приехать, как считаешь? На все мои вопросы он лишь отшучивался, а мне хотелось бы знать правду.
— По-моему очевидно: Владимир сделал это ради сына. Дабы восстановить доброе имя Корфов. Ты ведь прекрасно понимаешь, что значит репутация в нашем обществе. И да, держался он просто наилучшим образом.
— Наверное, ты права. Надеюсь, впредь он будет столь же мил и обходителен. И больше не станет пугать округу своими поступками.
Она ничего на это не ответила.
— А ты, сестрёнка, не приметила ли себе случайно кого-нибудь за время танцев? — спросил Миша, стараясь поймать взгляд Натали.
— Что ты имеешь ввиду? — она удивлённо посмотрела на него.
— Ну, — замялся князь, — не хотелось бы тебе сойтись с кем-нибудь из кавалеров поближе? Только скажи — я приглашу этого человека в дом.
— Миша, о чём ты тут разглагольствуешь?!
— Какая же ты непонятливая! Тебе не кажется, что пора подумать о замужестве? Сколько ещё ты будешь ходить в девицах? Мы с Лизой хотим, чтобы ты тоже обзавелась собственным домом. И детишками!
Михаил шутливо ущипнул сестру за нос. Наташа, посмотрев куда-то вдаль, представила себя женой Владимира. Каково бы это было на самом деле? Вот она входит в его дом, но уже не как гостья, а как хозяйка. Все слуги приветливо кланяются ей, а Варвара, утирая слёзы (ей непременно подумалось, что Варя будет плакать), обнимает Репнину и целует в обе щёки. Акулина стоит несколько поодаль, с Ванечкой. И Наташа, подойдя к ребёнку, берёт его на руки и кружится с ним по центру комнаты. Малыш радостно смеётся — присутствующие подхватывают этот искренний детский смех, в том числе Владимир, который, не обращая внимания на слуг, подходит к Наташе и ребёнку и обнимает их. Кажется, плачут от радости уже все, а не только Варя. И так хорошо и светло делается на душе!
 
— Эй, ты ещё здесь? — донёсся издалека голос Миши.