Киллерша (СИ)

Девушка настолько спокойно говорила о таких вещах, что ввела меня в немой ступор. Бля! Но мы же не о погоде говорим! Но похоже для неё «это» та самая погода, которую я прекрасно понял. Я не вхожу в её планы и как только она выполнит задание, то сбежит на том самом корабле, в тот же самый шторм и даже не будет подозревать, что я поплыву за ней на спасительной шлюпке. Да, я буду иметь все шансы так и не доплыть до её корабля, но мои чувства слишком сильны по сравнению с этим штормом из крови.
— Предлагаю закрыть эту дурацкую тему, — девушка гасит окурок не о пепельницу, а о свою руку, чем удивляет меня ещё больше, но я не решаюсь больше ничего говорить и задавать какие-то вопросы, а просто иду в душ, оставляя Крис в одиночестве со своими тараканами.
Маргарет — Кристи
Холодно пиздец! Беспощадный ветер окутывает моё тело, вызывая сиротки, что подбираются к обнаженному телу, которое не прикрывает этот чертов халат!
Но лучше так, чем драться в конвульсиях с мыслями о сказанных мною словах.
"Тебе нужно его утихомирить, пока не стало слишком поздно!" — твердит мне подсознание, и я с ней соглашаюсь, но почему так паршиво на душе?
Мои пальцы с такой силой сцепились с перилами, что складывается такое впечатление, словно они во всем виноваты, а не я сама.
Бля! Как же классно всё начиналось: вонючая и ненавистная мной Канада, Ванкувер, юрист, который доводил меня до оргазма, который сама себе устраивала собственными же пальцами, выпивка, сигареты, трах без обязательств, любимое дело, острые ножи и моя игра, в которой я злой волк, а юрист бедная Красная Шапочка.
Разве я могла подумать, что всё обернется так, что я буду хотеть не убить жертву, а уберечь, превращусь из демона в ангела, хотя с черными перьями? Разве я могла такое предположить, что несколько минут назад растоптала «розовые сопли» юриста о свой топор своей демонической туфли?
Я хотела дать нам хотя бы неделю для наслаждения, для упоминаний, для беззаботности, но это невозможно. Своими словами растоптала его надежды, его розовые очки и не жалею, хотя в душу словно отряд кошек нагадил, а сердце сжимается от того какая же я сука, шизик и тупоголовая, что могла мечтать о том, что он не влюбится, не отдаст душу дьяволу. Ну хорошо! О душе дьявола я перегнула, что-то фантазия разошлась, но тем не менее, я оскорбила его и те чувства, которые он чувствует ко мне, подает их на блюдечке, а я так нагло забираю руку и ухожу прочь в тот миг, когда он вкладывает своё сердце, чувства в мои ладони. Я просто не в состоянии это всё удержать, поэтому и ухожу прочь, не оглядываясь.
Если на мгновение взгляну назад, хотя бы чуточку поверну голову, то не только увижу, но и услышу звон от разбитого сердца, а если не вернусь, то услышу его мягкое падение.
Позже Володя поднимет его, вытрет пыль и положит обратно — на отведенное для него место, оно оживет, возродится, начнет биться в привычном ритме, в том, которому было до меня, до нашей встречи, а я буду идти вперед по устланной дорожке из человеческой крови.
Лучше так, чем оно должно перестать биться навсегда за мой эгоизм, мои чувства, на которые киллер не заслуживает, потому что тащит в дом всю грязь, которую насобирал на пути домой. А её у меня вдоволь!
Уйдет он — уйду и я…
— Неужели это любовь?
Тихо спрашиваю у ветра, который собирает мои слёзы и слышу в ответ одинокие «ш-ш-ш…», которые всё дальше и дальше от меня.
Шумоизоляция отличная в этой квартире, поэтому я не слышу, вышел ли Владимир из ванной комнаты, но знаю, что не подойдет — не после сказанных мной слов.
Стою ещё некоторое время, чтобы слёзы высохли и лицо приобрело естественный цвет и только после этого захожу внутрь.
Когда оказываюсь на пороге спальни, то замечаю, что юрист наполовину одет для свидания, если не ошибаюсь.
— Ты думаешь одеваться? Или я должен тебя ждать как тот юноша два часа под подъездом? — в голосе слышится только игривость и весёлость, от чего я и сама заряжаюсь его настроением и отвечаю с улыбкой:
 
— Максимум под дверью спальни и не два часа, а пол, возможно.
— А можно я буду подглядывать, как ты одеваешься? — спрашивает опять Владимир и тащит меня в плен своих крепких рук.
Далее по голливудскому сценарию должен быть не самый плохой поцелуй, но не у нас: юрист просто обнимает меня и целует в макушку, а я обнимаю в ответ и жадно вдыхаю аромат его тела, пока он не набрызгал на него туалетной воды.
Нет, против неё я ничего не имею, но аромат его тела всё равно лучший, а особенно после секса, однако и тут нюанс — после секса со мной.
Я немного ещё в отцовском ноутбуке и обнаружила то, что Виг Дэнис точно причастен к Роберту, но каким боком, не знала. Там много их совместных дружеских фото и это наводит на мысль, что они были хорошими знакомыми, но тогда какого чёрта он хочет меня убить? В этом ещё предстоит разобраться, но завтра — после свидания, после того, как я в последний раз наслаждаюсь и побуду милой Маргарет, а не сукой Крис.
— Я готова, — поворачиваюсь к Володе, который всё время смотрел как я наношу косметику на лицо и одеваюсь.
Стоя лицом к юристу, я натянуто улыбаюсь, ведь знаю, в отличие от него, что завтра всё изменится. С пробуждением солнца во мне проснется стопроцентная сука, а солнце сожжет всю любовь, все чувства, которые будут витать во мне до востока.
Прогулка до ресторанчика, ужин, романтическая музыка на одной из улиц, под которую мы танцевали и в завершение — поездка на машине по малолюдным улочкам города.
— Тебе не холодно? — спрашивает Владимир.
— Нет, — с улыбкой отвечаю и снова возвращаюсь к раскрытому мною окна.
Мне до чертиков как прохладно, но я хочу, чтобы и ветер почувствовал мою улыбку, мои эмоции, чтобы потом, позже, принести мне их, когда будет слишком одиноко. Он поделится со мной этими эмоциями и вернет меня в этот день, чтобы я смогла вспомнить, что имею сердце, а не только прогнившую душу. А ещё хочу, чтобы ветер охлаждал меня и этим самым давал понимание, что всё это реальность и Владимир рядом, а не плод моей бурной фантазии.
Дорога привела нас на небольшую верхушку. Там не было красивого вида или моря поблизости. Ничего особенного, только спокойствие и юрист под боком — этого мне хватало с головой.
Я отпустила всю эту запутанную ситуацию, обстоятельства и попросила:
— Поцелуй меня.
Юрист, возможно, и был удивлен, но этого я не увидела, ведь на улице слишком темно, а двигатель в режиме сна и не дает жизни приборам в автомобиле. Но мне было всё равно — я хотела ощущений, прикосновений Владимира и его члена в себе.
Что я поняла во время этих критических? А то, что мне очень нравится секс вперемешку с запахом крови, как оказалось я реагирую на это, как кошка на валерьянку!
А ещё почувствовала его «там» и он открыл мне новые грани и ощущения, а ещё очередное «впервые», которое я никогда не забуду.
Юрист перешел допустимую черту и нарушил моё табу, сорвал запретный плод и полакомился им вволю, но вот мне было мало и поэтому намеревалась повторить забег, но на этот раз я буду главной.
Нежные прикосновения, сплетение наших губ, а позже и языков. ещё несколько оборотов и масло вылито в огонь, а я на его коленях.
Владимир отодвинул водительское кресло назад, чтобы было удобнее и никакой руль не был для нас помехой.
Сейчас я реально пожалела, что надела джинсы, потому что хотелось почувствовать юриста и его «молоток» в глубине моего тела, а быстро раздеться не могла.
 
— Бляха, — заскулила, когда уже не было сил терпеть. — Давай переберемся назад, и ты возьмешь меня.
— Ты жалеешь, что не взяла платье?
— В точку! — подметила я и начала первой перебираться обратно, а Владимир за мной, при этом тихо смеясь.
Неловкие движения, немного времени, которое казалось резиновым, так же, как и мои джинсы, которые ну никак не хотели выпускать меня из плена, и я на коленях у юриста, где мы начинаем собственный суд.