Укради меня (СИ)
Повозившись немного, разминаю затекшие мышцы, но зажим расслабляться и не думает. Сашины руки крепко - накрепко обосновались в районе солнечного сплетения. Толкаю его попой и попадаю в пах.
- Еще раз так сделаешь, – с полушутливой строгостью прорезает по слуху.
- Как? - дерзость я себе все же позволяю. Чуть качнувшись, почти бесстыже трусь об него, – Так? – подыгрываю и повторяю, уже медленней двигаясь по твердой и горячей скале позади себя.
Его рука сползает мне на бедро и притягивает. Я чувствую, что он проснулся весь – весь. Ягодицы жжет от прикосновения, мгновенно каменеющего члена. Это со всеми так, или же моя исключительная способность вызывать в нем дух похоти.
Хочется развернуться и посмотреть ему в глаза, но из глубины вползает смущение и утренняя уязвимость. Обычное женское. Как я выгляжу с намагниченными от подушки волосами. Нет ли заломов - заспунов на лице. Для меня откровенность совсем не привычна. Да и раскованность тоже, в процессе выращивания.
- У меня зверски стоит всю ночь, - уже совсем грозно рычит Сашка и ведет по ребрам выше. А я страсть, как боюсь щекотки. Со смехом и писком ползу вниз. У нас разные весовые категории и пропорции. Он достает и там, продолжая экзекуцию. Одеяло сбивается комом от нашей возни.
Его руки везде. Я и ахнуть не успеваю, как он наваливается сверху. Заворачивает мое бедро себе на талию, Сдергивает кромку маечки, присасывается и щедро нализывает ареолы . Вцепляюсь ему в волосы. Хочу оттолкнуть, или вдавить еще ближе.
Тело пронзает током. Меня гнет к нему, как тетивой лука. Пытаюсь было возмутится, но мои возражения, вообще, всем фиолетово. Отбиваюсь я вяло. Банально дрожу, как осиновый лист. Его аромат уже записан обонянием, как родной. Сопротивление тает и тает. Язык порхает по соскам, а зубы, стрелами амура, причиняют сладкую боль. Легонько сдавливает и оттягивает. Эти ласки точно доведут меня до помешательства. Начинаю активнее отбиваться, пока еще не поздно.
Всего лишь, одним ловким движением, перехватывает руки и закрепляет над головой. Мне бы сейчас удариться в панику. Но паники нет. С благоговейным ужасом ощущаю трение его члена.
С опаской прикидываю в голове. Сколько же в нем сантиметров? В ладонь не помещается. Примерно в две. Это около двадцати. Статуя Аполлона, если бы ожила, сгрызла руки по локоть от зависти.
Проворные пальцы лезут под резинку пижамных шорт. Для надежности, я вчера вечером надела еще и плотные трусики.
- Ты прям как капуста. Натянула сто одежек, - упрекает, оттягивая тугую ткань.
Можно подумать, тебе это помешает, своим клинком пронзить мою девственность, даже через преграду - думаю я, глядя в его одичавшие глаза.
Между ног разливается тепло и как – то все сжимается, в стремлении сократить пустоту. Страшно хочется ее чем – то заполнить. И я догадываюсь чем. Ой - ей. Надо срочно спасаться. Я после вчерашних вольностей, еще не отошла. Отголоски в памяти отдаются метеоритным дождем.
Поддаться, я уже не против. Не смотря на, все имеющиеся плюсы – он учит меня только плохому.
- Саш, хватит, – жалобно прерываю неминуемое обнажение своих лепестков.
- Без секса - утро совсем не доброе, – ворчит недовольно. Тихо вздыхаю и освободившись, обнимаю его за шею. Саша перераспределяет наше положение и переносит вес своего тела на локти. Ведет шероховатыми костяшками по щеке к виску. Взгляд у него темный от возбуждения, сгущается до кофейного цвета, но ласкает теперь больше с бережливостью.
- Саш?
- Ну.
- Я по поводу кражи. Ты меня простил?
- И понял. Это же из-за отчима? - согласно киваю.
- А как ты узнал? – стараюсь звучать как можно ровнее, и не трясти пчелиный улей. Все же, есть у меня опасения. Признаться, что действовала по наводке, это не то же самое, что от безысходности.
- Как – как допросил с пристрастием.
- Тему с кражей закрыли?
- Не совсем. Пока «отец года» долги не отработает - я за тобой слежу в оба.
- Владленович? Не смешите мои пуанты. Где он возьмет деньги, продавливая диван.
- Я ему купил билет в Барнаул. Там батин друг живет. Раньше начальником зоны был, а теперь у него своя лесопилка. Пахать будет как раб за жратву, а получку твоей матери на карту перекидывать. Зарплата приличная, за год отобьет все что назанимал . Дядя Егор проследит .
- И выгонит через день. Евгений Владленович палец о палец не ударит.
- У Егора в основном бывшие зеки вкалывают. Филонить точно не даст. Мужик суровый пиздец.
Меня окрыляет каждое слово. Словно солнечный луч прорезался и слепит по глазам. Совершенно ошалев от счастья. Набрасываюсь и целую Сашу. По груди. Шее. Склон подбородка. Влюбляюсь в него снова и снова. С каждым поцелуем. С каждой его улыбкой в ответ.
- Ты - мужчина моей мечты, – произношу на очередной яркой вспышке влюбленности и восстанавливая сбившееся дыхание, - Если еще уговоришь маму с ним развестись то..
- Тооо… договаривай, – смотрит на меня и ждет чего – то. Явно сверхъестественного.
- Я тебя поцелую.
Его выражение просто надо видеть. Так и подписала бы фото « Несбывшиеся надежды»
- Маловато. Хотяяя…смотря куда, - улыбка расползается до ушей. Шикарная. Наглая. В особенности, когда замечает, как я покрываюсь равномерным румянцем. По бесстыжему взгляду, я так понимаю, он уже примеряется. Наклоняет голову, чтобы смутить меня окончательно.
- Да в губы, Сашечка. Куда ж еще, – заливаюсь смехом и нащупав бочком край, ныряю на пол.
- Куда сквозонула? А расплачиваться?
- Потом. Все потом.
- Врешь ведь.
Я поднимаюсь на ноги и немного тормознуто останавливаюсь глазами на том, как топорщатся его боксеры. Широкая резинка съехала, и бардовая головка призывно выглядывает. Чуть – чуть , но этого достаточно, чтобы перекрыть мне кислород .
Опустевшая мигом голова, даже по принципу шара предсказаний, не может выдать простое - НЕТ. А лучше не смотри туда.
Ему же, совсем в голову не приходит, что надо прикрыться. Либо считает вполне нормальным, демонстрировать, шокирующий не окрепшую психику орган.
И как я докатилась до таких вещей. Смотреть, делать, говорить. С Сашей хочется всего. Ну, просто, абсолютно всего. И пошлости и нежности. И черт, даже сложностей. Он - мой человек, по всем характеристикам.
Пипец! Надо перестать, таращиться на его член. Ей – богу, как дикая.
Кое - как поборов любопытство, померить пальчиками длину, ухожу.
Розовые пони и цветные единороги скачут вместе со мной по квартире, пока я умываюсь, а затем суечусь на кухне, готовя завтрак. Хвалю себя, что вчера запаслась продуктами. Как знала, что с утра так подфартит.
Разбиваю яйца, чтобы залить гренки. Размешиваю и незаметно для себя отрабатываю балетные движения. Встаю на носочки. Размах, биение, а затем батман тандю.
Оборачиваюсь на восхищенный свист .Саша стоит подперев косяк. Из одежды на нем, хотя бы штаны.
- Доведешь меня до греха - потом не жалуйся.
Нарочно, проворачиваю еще пару пируэтов, чтобы продлить момент чистого мужского восторга. Соблазнять - чертовски приятно. И вдохновляет что ли.
- Волшебное создание, порадуешь меня … - мило звучит и пусть с подвохом. Глаза выдают. Оценивает и раздевает.
- Завтраком? – подсказываю потерявшееся слово.
- Ну да – ну да.
Дежавю какое – то. Мы будто вернулись немного назад. Или начали с чистого листа.
К сожалению, в моей жизни так не бывает. И кто – то забрал себе все белые полосы. Пока я стою рядом с Сашей, на его полосе, все прекрасно. Как только сойду, что – нибудь да приключится.
Стоит подумать о неприятностях. Они без спроса лезут в гости. У Саши звонит телефон. Он выходит в другую комнату. Я готовлю на стол.
- Анют, ну конечно приеду.
Замолкает видимо выслушивая.
- Зайкина, без меня шоу не начинай. Полчаса и я у твоих ног.
Снова пауза.