Ведьмина дорога (СИ)

Вейма почувствовала себя ужасно усталой. Наверное, это никогда не закончится…
— Никак, ваша милость, — тихо произнесла она. — Вас не спасёт вера, что бы там не кричал отец Керт. Не спасут запоры. Стены. Не поможет дежурить по очереди. Если вампиру нужно, он просто приходит. И берёт то, что нужно. Если вы его не узнаете днём…
— А если узнать днём, что можно сделать? — немедленно заинтересовался барон.
— Взрослый вампир сильнее десяти человек и двигается быстрее скачущей лошади, — объяснила Вейма. — На младенцев охотится или женщина или недавно обращённый. Женщина не уступает в силе мужчине, недавно обращённый поначалу сильнее только двоих, но постепенно наращивает могущество. Ночью вампир может насылать сон и отводить взгляд, но днём это такой же человек, как и все. Только очень сильный и быстрый. Если не смотреть ему в глаза и он не нападает…
— А если посмотреть в глаза? — уточнил барон.
— Это знают все проклятые, — на всякий случай пояснила Вейма. Ей хотелось сохранить хотя бы иллюзию своей тайны. Хотя, кого она обманывала…
— Не сомневался, — кивнул барон. — Итак?
— Днём вампир может подчинить себе человека только пока смотрит в глаза.
— То есть отряд стрелков может справиться с вампиром, — заключил барон.
— Да… если вы знаете, кто это такой, — признала Вейма. Сердце её бешено колотилось, но от барона не исходило запаха опасности. Не собирается причинять ей вред или уверен в том, что зло в отношении вампира — это добрый поступок?
— А ты не можешь выявить вампира? — прямо спросил барон. Девушка покачала головой. Вопреки всем легендам, вампир вампира не чуял ни рядом, ни на расстоянии.
— Это плохо, — заключил барон и повернулся на звук шагов к двери. В зал входила Магда. Расстояние от замка до охотничьего домика, который барон выдели ведьме и её подруги за заслуги перед его семьёй, было примерно то же, что от замка до деревни.
— Ваша милость, — присела ведьма в реверансе. Вейма моргнула. Подруга мало рассказывала о себе, о своей жизни до обучения в Бурой башне. Но простые крестьянки никогда ни перед кем не расшаркивались, просто не умели, они всегда кланялись.
— Как выявить вампира? — огорошил её вопросом барон. Взгляд Магды метнулся к подруге и вернулся к невозмутимому лицу сюзерена. — В моей деревне нет чужаков, значит, он где-то прячется. Ты можешь заставить его прийти днём на открытое место? Может, заманить?
— Ваша милость… — ошарашенно начала ведьма. Барон вздохнул.
— Повторю для тебя. Последний раз. Я не желаю слушать увёртки. Если вы обе, сами или с чьей угодно помощью разберётесь с этой напастью, я даю своё слово рыцаря и властителя этих земель, что у меня вы всегда можете рассчитывать на покровительство и поддержку. Если тварь продолжит нападать на моих людей, их детей или скотину, вы покинете мои земли сейчас, пока крестьяне не взяли грех на душу.
Девушки переглянулись. Мысль о том, что их убийство может быть грехом, который камнем ляжет на чью-то душу, была для них… неожиданной. Они были проклятыми. Вместо Заступника преклоняли колена перед тем, кого все, кроме проклятых, называли Врагом. А тут…
— На моей земле царит священный мир, — напомнил барон. — Никто не должен быть убит или наказан без справедливого суда или права оправдаться. Я обещаю защиту сироте, вдове, незамужней девушке без покровителя и священнику. Любому сироте и любой вдове, любой одинокой девушке. Всем, кто нуждается. Когда я принимал священный мир на совете союза баронов, я не уточнял, какой веры должны быть те, кого я клянусь защищать. Но они — мои люди. Это их земля в той же мере, что и моя. Поэтому вы уйдёте. Сегодня же, если не знаете средства. Вы всё поняли?
Магда пожала плечами.
— Такого средства нет, ваша милость, — спокойно сказала она. — Я могу провести обряд, который заставит его прийти. В ближайшее полнолуние, глубокой ночью. Выманить вампира днём не под силу ведьме. Но ночью он будет ещё опасней…
— И нет никаких способов его подчинить? Заклинания, травы, символы?.. — настаивал барон.
 
— Нет, для ведьмы это невозм… — начала говорить Магда и вдруг осеклась. Барон терпеливо ждал. Вейма устала стоять и нервно ждала, когда явится отец Керт. Он был добрым человеком, но считал, что барон зря прислушивается к словам проклятых. Однако сквозь шум, царящий во дворе, шагов священника было не слышно.
— Есть одно средство, — наконец выговорила Магда. — Но мне надо будет подготовиться. Полнолуние будет через три дня. За это время Вейма достанет для меня это средство, а я буду ворожить у себя дома. Но…
Ведьма бросила вопросительный взгляд на подругу. Вампирша еле заметно покачала головой. Нет. Шагов священника всё ещё не слышно.
— Для обряда нужно участие тех людей, кто пострадал от укусов вампира.
— Младенцев?! — впервые потерял самообладание барон.
— Нет, их родителей. Но обязательно всех.
— Это опасно, — покачал головой барон Фирмин.
— Знаю, — прямо ответила ведьма. — Если хотите, мы уйдём. Это не спасёт от вампира, но мы можем уйти.
— Ты уверена в своём обряде?
Магда помолчала, что-то прикидывая. Потом вскинула на барона прямой взгляд.
— Я уверена, ваша милость. Если люди соберутся.
— Я не могу им приказать участвовать в нечестивых обрядах, — покачал головой барон. — Но я могу помешать священнику вмешиваться.
— Этого достаточно, ваша милость, — кивнула ведьма. Вейма изумлённо уставилась на подругу. Откуда такая уверенность? Магда говорила так, как будто она уже договорилась с вампиром, что он выйдет на площадь и публично покается. Но спрашивать было некогда. Послышались долгожданные шаги отца Керта.
— Мир тебе, сын мой, — приветствовал священник барона и барон, кряхтя, встал, чтобы подойти под благословение.
— Идите, — отпустил Фирмин девушек. — Отец, мне нужно ваше наставление по поводу этих событий. Может ли церковь предоставить убежище тем, кто находится в наибольшей опасности?
Магда дёрнула за рукав подругу и девушки вышли во двор.
— Ты с ума сошла?! — прошипела вампирша на ухо подруге. — Что за средство, за которым я — я! — слетаю?! С чего ты взяла, что они будут тебя слушать?!
— Не меня, — слабо улыбнулась ведьма. Они пересекли двор и стало понятно, почему священник вошёл один. Нора осталась у ворот и сейчас вовсю любезничала с Липпом. Когда ведьма и её подруга приблизилась, паренёк стащил с головы рваную шапку и склонился в полупоклоне. Нора покраснела и потупилась.
— Всё не уймёшься? — хмыкнула вампирша, неодобрительно косясь на свою ученицу. Она не в первый раз заставала сына кузнеца, околачивающегося возле замка. Теперь понятно, почему. — А говорили, Йаган на днях брата встретил.
Строго говоря, у Йагана было два брата, Пиро и Арно, и обоих в деревне давно никто не видел. С тех пор как большую часть отцовского виноградника побили морозы, и старшие братья подались охотиться на «жёлтого зверя». Но Пиро иной раз подкрадывался тайком: в деревне осталась его жена. Ходили слухи, что возле её дома в отсутствие мужа частенько околачивался несносный мальчишка. А потом жена Пиро умерла и «охотника» в деревне уже ничего не держало.
Если намёк и попал в цель, по Липпу это было незаметно.
— Зачем вы мне это говорите? — ухмыльнулся он, снова стаскивая с головы шапку и кланяйтесь. — Идите, вон, к его милости, он, небось счастлив будет.
Барон действительно грозился поймать обоих братьев и без лишних разговоров вздёрнуть на первом попавшемся суку. Говорили, «охотников» узнали ограбленные ими гонцы, которые везли важное письмо в соседнее графство.
— Смотри лучше, — нахмурилась вампирша.
Они с ведьмой вышли за ворота и принялись спускаться с холма в деревню.
— Так кого они будут слушать? — вспомнила вампирша, когда замок остался далеко позади.
— Тебя, — улыбнулась ведьма. — Ты же изучала риторику.
Вейма поёжилась. Последняя попытка отточить свои навыки на деревенских жителях чуть не закончилась сожжением. Но ведьма с надеждой смотрела на подругу и вампирша сдалась.