Председатель 5 (СИ)

— Ешь, а то остынет!
— Ох, точно! Забыл тебе рассказать новость! У Филатова получилось.
— Что получилось? — с интересом ответила она.
— С новым планом дела уладить, — похрустывая солёным огурцом уточнил Фролов, — Во даёт! Добился всё же своего. Я уж думал это дело бесполезное.
Стоило ему договорить, как улыбка сползла с лица девушки.
— Что такое? — он тут же заметил изменение в настроении Лизы.
— Да нет, ничего, — ей пришлось приложить усилия, чтобы состряпать довольное лицо, — задумалась просто. Как-то странно всё получается. Ты ведь сам говорил, что он намерен выполнить новый план, а теперь я узнаю об обратном. Впрочем, оно и не удивительно. Всего лишь несколько месяцев осталось, видимо, переоценил свои силы.
— На самом деле, проблема тут в другом, — Фролов с серьёзным лицом прервал её догадки, — план он как раз-таки выполнить мог, вот только пришлось бы оставить своих людей ни с чем, вплоть до сбора урожая с огородов колхозников и изъятия их скотины. Он мне показывал подсчёты, там всё прям тютелька в тютельку!
— А помощь? Ты ведь сам говорил, что ему предлагал кто-то.
— Ты же знаешь Сан Саныча, — он покачал головой и махнул рукой, — чтоб он согласился на такую хитрость пойти, нет, такому не бывать. Полагаться на других не в его правилах. Я уж думал, что выбора у него не осталось, только собрать всё что есть в колхозе и сдать, но нет, выкрутился!
— А как у него это получилось? — захлопала глазами Лиза.
— Обратился куда надо и кое как выбил проверку колхоза, как раз на днях приезжали, после этого план и скосили. Хоть пожара у них и не было, но засуха всё же немного поля да подпортила, сама понимаешь.
— Но ты ведь говоришь, что на самом деле он мог план выполнить, тогда как у него получилось обмануть проверяющих? — Лиза ушам своим поверить не могла. Неужели Филатов пошёл на хитрость?
— Никого он не обманывал, как вообще тебе такое в голову прийти могло, — смеясь ответил Фролов, — проверяли имущество колхоза и только его, а если новый план выполнять, то представь, как люди бы отреагировали? Пришлось бы забрать у них всё! Нет, так поступать со своими колхозниками он не собирался.
Девушка сделала довольный вид, будто радуясь быстрому решению проблемы, а затем задала ещё несколько вопросов Виктору Петровичу, последний из которых касался документов, находящихся в кабинете Фролова. Каждый её вопрос получал развёрнутый ответ, уж настолько мужчина ей доверял. Вот только хитрая девушка умело собрала всю необходимую информацию, а как осталась наедине со своими мыслями, придумала способ перекрыть воздух председателю Нового Пути.
Ей ничего не стоило добраться на следующий день до заветных документов и переписать всё, что было написано рукой Филатова. Вся информация о количестве зерна, скота и потребления оказалась в её ловких руках. Но даже на этом она не остановилась. Елизавета понимала, что у неё ровно одна попытка и будет лучше, если она сможет собрать всю возможную информацию о колхозе. Так в свой очередной выходной она направилась в Новый Путь, чтобы провести свою собственную ревизию. И хоть большую часть информации она смогла добыть из документов, но девушка считала своим долгом удостовериться не только о состоянии полей, но и личных огородов колхозников.
Обойдя большую часть колхоза, девушка убедилась, что засуха практически не нанесла ущерба, особенно после фотографий других регионов в газетах. Её не интересовало какими усилиями жители добились такого результата, главное было другое — желание Филатова без веских причин уменьшить план, особенно сейчас, в такое сложное для страны время. Елизавета также обратила внимание на то, что с тех пор, как она покинула Новый Путь, у жителей пошли дела в гору. По крайней мере количество скота и кур, находящихся в личном использовании, заметно увеличилось.
Девушка покинула колхоз в приподнятом настроении, а по возвращению домой принялась писать донос. Она не хотела использовать своё имя, так как понимала, что Филатов за всё это время мог обзавестись надёжными связями и, скорее всего, информация о доносе быстро бы дошла до его ушей, поэтому вместо имени она представилась как честный советский гражданин. Ей доставляло особое удовольствие прикрывать свою ненависть к Филатову словом «честность». В своём доносе девушка написала всё, что ей удалось узнать.
 
«… в то время, как вся страна недоедает и пытается справиться с последствиями засухи, посмотрите, как живут люди в колхозе Александра Александровича Филатова. Насколько мне известно, сначала он согласился взять на себя повышенные обязательства перед Родиной, а потом проявил малодушие, несмотря на то, что его колхоз мог выполнить поставленную задачу в указанный срок. На этом председатель Нового Пути не остановился и попытался склонить на свою сторону других директоров совхозов и председателей колхозов. Продвигая идею „Своя рубашка ближе к телу“. Прошу вас разобраться в беспорядке и проверить колхоз товарища Филатова, уделив особое внимание личным хозяйствам»
Донос был отправлен не в газеты, а сразу в комитет народного контроля, где его бы точно не проигнорировали. День за днём Лиза смотрела в календарь и считала дни. Когда письмо достигло Москвы, по крайней мере, по её личным подсчётам, она начала всё сильнее интересоваться делами в Новом Пути, то и дело засыпая Фролова вопросами. Он, в свою очередь, сначала удивился такому раскладу, но позже понял, что с её ответственностью и добротой, девушка просто переживает за колхоз, не зря ведь она приехала сюда работать, пусть сейчас она и не работает напрямую с Филатовым, а вместе с ним занимается делами сельсовета.
* * *
Прошёл почти месяц со дня отправки письма и вот, в кабинет председателя забегает Лариса Ивановна и с трясущимися от волнения губами сообщает о неожиданной проверке.
Нам пришлось снова поднять все документы, что только были. Меня насторожил тот факт, что комитет народного контроля прислал целую делегацию в мой колхоз, но я посчитал, что это снова из-за корректировки планов.
Но, к моему удивлению, они не остановились только на изучении записей, но также захотели лично взглянуть на наши фермы, не обойдя стороной запасы зерна. Всё время, что мы обходили владения колхоза, у меня не возникало ни одной плохой мысли, но когда делегация внезапно заинтересовалась личным подсобным хозяйством моих людей, скрупулезно подсчитывая количество всего их имущества — тут-то я и понял, что в наш колхоз пришла беда. Всё, от скотины до заготовленного сена, было тщательно задокументировано, а по окончанию проверки делегация уехала в Москву. Необъяснимое чувство тревоги не отпускало меня целую неделю. Дурное предчувствие, не иначе.
В один из дней ко мне в кабинет вошли несколько человек, часть из них была из всё-того же комитета народного контроля, часть из управления сельского хозяйства района, а остальные, во главе с секретарем райкома Емельяновым, представляли партию. Видимо, к нему на подмогу был брошен еще и второй секретарь Калужского Обкома — Стародубцев. По их хмурым лицам я понял, что меня ждут неприятные новости, так оно впоследствии и оказалось.
— Товарищ председатель, — начал высокий гость из Калуги, — недавняя комиссия показала что в вашем колхозе имеются некоторые излишки, вам предлагается продать их по твердым государственным ценам.
— Подождите товарищи. О каких излишках вы говорите? У нас всё задокументировано, и мы регулярно рапортуем в район.
— Вы немного не поняли. Я сейчас говорю о личных подсобных хозяйствах ваших колхозников. Тем более, что год выдался трудным, корма дорогие, вот мы и поможем людям, скупив у них излишки скота по твердым государственным ценам, — заладил он как попугай, — мы поможем колхозникам, а колхозники помогут другим трудящимся нашей области, время нынче тяжелое, понимать надо.
— А вы не находите в ваших же словах противоречие? Моим колхозникам помогать не надо, мы сами справимся.
— Товарищ Филатов. Вы же депутат и коммунист! Что за мелкобуржуазные мысли у вас? Колхозники не ваши, а наши, советские. И все они как ответственные и сознательные товарищи безусловно поддерживают решения партии.