Перестройка миров. Тетралогия (СИ)
На сто пятьдесят второй день начала новой эпохи Арсений Леонов собрал рейд. Требовалось зачистить очередную локацию. По случайному стечению обстоятельств рядом находился портал, про который поведало древо. Гравицапа мысленно связалась с Весельчаком, и они, не предупреждая сюзерена, отправились в этот пространственный пробой. Внутри не было ничего интересного. Лишь только монстры, которые брались под контроль и самоустранялись. Для двух мобных привлекателей это было легкой прогулкой. Весельчак получил требуемое умение.
Когда фамильяр и Леон вернулись в настоящий мир, они сразу же столкнулись с разъяренным Арсением.
– Ты самовольно покинул рейд, – сказал разъяренный защитник. – Я ведь к тебе хорошо отношусь. Всегда только прошу, а не приказываю. И ты перешел черту. Приведите его бабу с татуировкой белого медведя.
Двое верных бойцов притащили девушку, которую в прошлом звали Вероникой.
– Весельчак, мой приказ. Сейчас ты возьмешь хлыст, – Арсений материализовал плеть, покрытую небольшими вкраплениями тариумного сплава, – и начнешь её избивать. Раз за разом, пока она не станет преобразившейся. А после самолично убьешь её. А ты, белый медвежонок, – обратился он к девушке, – если попробуешь сбежать, то я заставлю этого тупицу страдать. Вся его жизни превратится в нескончаемый ад. Я буду раз за разом отрезать части его тела, лечить, а после снова пытать. Когда мне это надоест, прикажу другим это делать. Но у тебя, белый медвежонок, есть выход. Ты можешь принести мне вассальную клятву, а после будешь трахаться только со мной. На глазах у этого тупого дебила!
Повисла тишина. Гравицапа видела, что у её прежнего хозяина только два пути. Первый – последовать приказу и убить любимую женщину. И второй – отказаться выполнить прямой приказ сюзерена и развоплотиться. Она заметила, что бар жизни Весельчака из‑за подступающей паники начал уменьшаться. Но через несколько секунд падающая шкала остановилась. Красная панда заметила, как с хозяина слетел вассалитет.
– Интересно предложение, – улыбнулся Леон. – Но у меня есть другое. Смотри! – он активировал полученное умение. Золотой луч ударил в грудь защитника. Арсений сразу же истаял. – А я посчитал, что развоплощение тульпы – это что‑то ненужное. Но я давно догадывался, что ты не настоящий человек, а всего лишь глупая кукла. А вы, – он посмотрел на бойцов, – теперь свободны.
– Третье правило гласит, что невозможно убить своего сюзерена без его прямого приказа, – протараторил один из бывших вассалов.
– Ты прав. Невозможно, – ответил улыбающийся Весельчак.
Гравицапа, задрав хвост, наблюдала, как новый хозяин спокойно подходит к своей женщине…
* * *
29с… 28с… 27с…
«Что делать с откровением? – рассуждал Олег. – Хотя чего тут думать? Осталось только два значимых для меня человека: Миха и Глеб Геннадьевич. Оба пытались спасти меня. Но кому из них сказать его? Всё‑таки лучше старику, – решил он, глядя на убегающие секунды. – Вдруг моё откровение окажется для него более полезным, чем то, которое мне оставил Гамель?»
* * *
566‑ой день от завершения процедуры.
Барьер с Главного поселения давно пал. Казалось, что страны начнут воевать друг с другом. Все ждали Третью Мировую. В этой войне не было бы места обычному оружию. Его бы заменили классовые способности и умения. Но обошлось. Да, конфликты происходили, но ничего грандиозного или значительно – только небольшие стычки между группировками, которые что‑то между собой не поделили. Государства торговали друг с другом, сотрудничали, а в редких случаях и помогали, когда дело доходило до общечеловеческой опасности. Был момент, когда в рейд отправилось более двадцати миллионов человек. В Нигерии образовалась расширяющаяся локация открытого типа – Бастион Смерти. Но люди справились.
Великая Китайская Империя вела тесное сотрудничество со всеми странами. Её жители были сильны, многочисленны и послушны. Но были люди, которых не устраивал сложившийся порядок вещей – бесклассовые. Почти никто из них не приносил вассальной клятвы, не исполнял долг перед сюзереном первого звена, который именовался не иначе как Император, и не позволял помыкать собой. Их насильно отправляли в резервации. Но они стояли комом в горле у верховного правителя. И нельзя было просто взять и уничтожить их. Это бы подпортило безупречную репутацию тех, кто стоял на вершине власти. Но бесклассовые своим непослушанием снижали авторитет сюзерена первого звена. И в один из дней Императора посетила мысль: «Пусть их всех развоплотят не мои люди, а третья сторона!» И он обратился за помощью. План был готов и продуман до мелочей, но оставалось найти того, кто реализует весь замысел.
Хмурый часто видел, как умирает Блейк. На магистра совершалось сотни покушений. Глеб Геннадьевич спрашивал:
– Почему ты ещё не развоплотился? Ты же говорил, что у тебя в самом начале было пятьдесят жизней. И нет способа увеличить их количество. Но ты только при мне погибал раз двести. А без меня – намного больше. Расскажешь?
Блейк всегда отмалчивался и переводил тему. Постепенно Хмурый начал обо всем догадываться. Это было как‑то связано с инкрустационными камнями, который орден выкупал по огромной цене в больших количествах. Но подходили далеко не все камни Силы, а только те, которые выпали с бесклассовых. Глеб Геннадьевич хотел уличить магистра, но тому удавалось скрывать все махинации.
В один из дней с орденом Свободы связалась китайская делегация. Должно было состояться обсуждение по крайне щепетильному вопросу. Все посланники раз за разом твердили, что будут общаться только наедине с магистром и никак иначе. После длительных проверок, охрана позволила остаться с Блейком наедине.
– Хмурый, – обратился бывший полковник через пять часов, – завтра мы телепортируемся к китайскому Императору. Пока что я не могу сказать, зачем это всё нужно. Но поверь: дело, которое он нам предложил, не будет трудным. И в награду мы получим столько, что сможем заткнуть за пояс всех царьков и стать Лидерами в нашем Главном поселении. Да и я смогу больше не волноваться за свои возрождения. Пока что отправимся вдвоем. Нужно лично обсудить ещё несколько моментов.
– Уверен, что это безопасно? – спросил мастер. – Сколько у тебя сейчас жизней?
– Семь. И моя точка возрождения закреплена, так что я точно смогу уйти.
– Хорошо.
Портал был готов. Блейк в сопровождении Хмурого сперва переместились в Китай, а затем и в один из городков‑резиденций. Последовали долгие проверки, но ничего, что могло бы угрожать жизни верховному сюзерену, спецслужбы так и не выявили.
Встреча происходила в небольшом зале. Не было никаких церемониальных поклонов и словесных расшаркиваний. Император понимал, что для гостей из далеких мест, он не более, чем простой человек, который занимает высокое положение в чужом для них поселении. Он, раздав артефакты‑переводчики, сразу же перешел к делу:
– Вы согласны на моё предложение? Мне нужно услышать это лично и заключить контракты.
– О чем речь? – безэмоционально спросил Хмурый. Внутренне чутье подсказывало, что что‑то не так.
– Это мой человек, – сказал Блейк, протягивая руку. – И ему можно полностью доверять. И да, мы согласны. Когда сможем выполнить нашу миссию?
– О чем речь? – тон Глеба Геннадьевича не изменился.
Мир перед Хмурым поплыл. В голове он услышал послание. Говорил забытый голос. Голос того, кто отдал ему дуэльное пространство. Голос человека, который в первые две недели дважды спасал их поселение. Слова дублировались в интерфейсе: «Тебе нужно убить Блейка! Иначе погибнут более полумиллиона бесклассовых». Надпись казалась странной. Никакой взаимосвязи не было. Но следующие слова Императора расставили всё по своим местам:
– Есть резервация, в которой живет больше пяти сотен тысяч человек. И нужно…
– Простите, – несвойственно для себя перебил мастер. Хмурый использовал мифический бальзам, увеличивающий шанс прохождения того или иного события. – Больше ничего не говорите, – он повернулся к Блейку и материализовал скрытый аннигилирующий артефакт, который невозможно было обнаружить никакими средствами. – Александр Дмитриевич Кузнецов, зачем ты так?