Перестройка миров. Тетралогия (СИ)

– Малышка, твоё умение может находить ближайшего монстра? – предположил Олег. Питомица кивнула. – А откат есть? – Светлов с удовлетворением заметил, как Гравицапа качает головой. – Тогда начинаем охоту!
Отсекатель мчался, уничтожая тварей выставленным мечом. Первый час он раз за разом пробовал собрать лут, но каждая попытка заканчивалась полным провалов. Олег заметил, что субстанция всегда следует за ним. При этом её скорость намного превышала свойства плаща, поэтому Светлов больше не замедлялся. Он проносился, за секунды преодолевая стометровые расстояния.
Красная панда была заинтересована в усилении хозяина. Она безостановочно применяла новую для Светлова способность.
– Малышка, а ведь дополнительно ещё по десять очков характеристик дают! Пока что трогать их не буду. Скоро откатится каруанский браслет. Пора, наверно, преодолевать пятый порог развития. Так что устраиваем прокачку нон‑стоп! И сейчас сосредоточимся на моей природной броне! Я же не могу носить нормальный доспех!
Через сто два уничтоженных моба Олег получил новое оповещение:
Ваша общая физическая защита достигла 250,4 единицы. Получен талант: природная броня. Вы можете увеличивать физическую защиту другому человеку на 50 пунктов. Откат: 2мес, 13дней. Внимание! Вы не можете уменьшить откат. 
Отсекание, к радости Светлова, сохранило приобретение. Олег, подумав, закинул несколько баллов в параметр, поднимая его до целых значений.
– Так, малышка, думаю, что какое‑нибудь оповещение будет и на пяти сотнях. Где‑то с каждого восьмого моба я буду получать по эссенции. Нужно, значит, уничтожить ещё около двух сотен. У твоего умения точно нет отката? – Гравицапа недовольно фыркнула. – Ну всё‑всё, не злись. Если крыса будет в километре, то я смогу добраться до неё через секунд десять. Хотя лучше снизить скорость. А то восстановление праны не будет справляться. Тогда где‑то по одной минуте будет тратиться на одну тварь. Да это же всего три‑четыре часа. И почему я до этой локации не занимался простым качем?
Питомица выразительно посмотрела на хозяина. В её черных глазах читался тот же вопрос.
– За три дня, думаю, и до тысячи успею добраться. И даже больше. И ведь мой ранг снова начал расти! Ладно уж! Зачищу несколько мобов для защитника. А потом займусь совершенствованием!
Олег летел зигзагами, уничтожая по пути зеленых тварей. Когда он преодолел половину расстояния до группы, матерые монстры закончились, а с обычных перестали выпадать усиливающие эссенции.
Возвращение к отряду не принесло никаких неожиданностей. Участники рейда под предводительством Бора расположились в ничем не примечательном месте. Они разбили палатку, а на костре уже дымился казан.
– А вы, я смотрю, неплохо устроились, – сказал Светлов, втягивая носом ароматы плова. – А как же голод, превозмогание и всякое такое?
– Так что чего мучить себя просто так? – ответил вопросом на вопрос анархист.
– Кстати о мучениях, – улыбнулся Тромб, оголяя предплечье. – Олег, поможешь мне ещё десяток в воле поднять? Да и хладнокровие с храбростью тоже. Они не так сильно прокачивают, но всё‑таки свой бонус тоже получают.
– Малышка, проведи этого мазохиста по всех кругам ада, – попросил отсекатель. – А расхерачь ему всё тело. Да поглубже, а то на его довольную рожу смотреть противно. Да и шлем его мне понравился! Лишаться его я не собираюсь, – Олег с удовлетворением наблюдал, как на лице бывшего тоталитариста проскользнул страх. – Да шучу я. Наверно…
Гравицапа выполнила требуемое, но углубилась в податливую плоть не слишком сильно. Светлов обратился ко всем:
– А какие ещё бывают параметры помимо тех, которые нам дали на процедуре? – он не надеялся получить ответ. Поэтому удивился, когда грузчики наперебой начали говорить.
– Практичность, эмпатия, упрямство, стойкость, честность, контроль, креативность…
Мулы называли защиту от света, от яда и энтропии, упоминали про типы доспехов и оружия, перечисляли магические направления: иллюзию, мистицизм, призыв… Олег слушал. С каждым характеристикой его брови взлетали всё выше.
 
– И это, – остановил словесный поток Бор, – только часть параметров. Если бы мы были в лагере, если бы ты спросил и если бы все ответили, то ты бы удивился ещё больше. Счет идёт на сотни, если не на тысячи. Иногда попадается такое, что и вообразить сложно. Как тебе, например, параметр загрязнения? А ведь у одного из наших есть такой.
– Из ваших? Из анархистов? И что он даёт?
– Ага. Из анархистов. Вонь он дает, – ответил собеседник под дружный ржач грузчиков. – Загрязнение атмосферы и всякое такое. И чем больше очков, тем интенсивней запах. И что самое странное, вкупе с привлекательностью это очень страшный человек. Потому что на него все женщины вешаются.
– Страшные ты вещи рассказываешь, – усмехнулся Олег. Он в очередной раз осознал, насколько мало знает о мире и о новых возможностях.
– Призываю мобов, – прорычал Весельчак. – Мы здесь только за этим!
  
Глава 31. Непрошибаемый.
 
Бронированные крысы пришли не сразу. Требовалось время, чтобы их неспешные переваливающиеся тушки добрались до импровизированной стоянки. Олег честно выполнял работу – монстры развоплощались от одного удара. Лутеры, действуя в команде, всё также выбивали целые горы предметов. Расходники, доспехи, крафтовые материалы – всё это валилось в огромных количествах. Светлов внимательно слушал пояснений Бора, хотя где‑то в глубине чувствовал, что эта информация ему не пригодится.
– Смотри, – говорил анархист, показывая на Весельчака, – взять ту же алхимию. Ты думаешь, что для неё нужны только ступка и пестик? Как бы не так. Нужны ещё кальцинаторы, реторты, перегонные кубы, десятки разных сосудов, весы, линейки, ножи, ножницы, специальные веревки, мерные емкости и многое‑многое другое.
Олег только тогда вспомнил, что оставлял мобному привлекалю неизвестную траву: «И он, видимо, открыл в ремесле алхимию».
– И ведь у всех этих предметов, не считая расходников, свои ранги, типы и классификации, – продолжал Бор. – Хотя и у некоторых расходников тоже. Взять меня. Я гвоздодел. У меня сорок девять разнообразных системных элементов. И каждый из этих элементов играет свою роль и усиливает создаваемый предмет. А он, в свою очередь, усиливает нас. Так что у тебя очень странный класс. Я понимаю, что в нём есть и свои плюсы. Но на большой дистанции ты можешь оказаться в затруднительном положении.
Светлов слушал, наблюдая, как в инвентаре грузчиков испаряются инструменты для обработки металлов, пластмассы, дерева. В бездонные пространственные карманы проваливались пучки трав, разноцветные камни, слитки с неизвестными сплавами и художественные принадлежности. В определенный момент Бор радостно закричал, получив эпический набор зажимов и плоскогубцев. Анархист, на взирая на протесты мулов, сразу же забрал предметы себе.
Через час Гравицапа подскочила к Леону. Человек, к удивлению Олега, ласково потрепал зверька по мохнатой морде, а после прижал красная панду к себе. Питомица не сопротивлялась. Светлову даже показалось, что они о чем‑то переговариваются.
– Мы синергичны, – сказал Весельчак, окутываясь синей аурой. – Радиус моей классовой способности увеличен на двести процентов.
Если вокруг Хмурого Гравицапа вилась и всячески выказывала уважение, то перед Леоном её поведение было совершенно другим. Отсекатель чувствовал, что она взяла над ним незримое шефство. Он наблюдал, как с каждой минутой Весельчак становился менее грубым. А через три часа Леон стянул шлем и даже начал улыбаться. Светлов заметил, что лицо здоровяка посечено множествами отметин, незаживающие шрамы переплетались с зелеными прожилками, а разорванный рот был скреплен на уголках губ системной проволокой.
Внутреннее чутье подсказывало, что время уходит. Диадема начала постепенно нагреваться.
– Бор, – обратился Олег, – мне надо идти. Гравицапу оставляю с вами, – он вопросительно посмотрел на питомицу. Красная панда кивнула. – Она уже показала, что способна уничтожать этих крыс, так что ваш сбор трофеев продолжится. Предупреди защитника. Через трое суток я вернусь и уничтожу вампиров в лагере. Малышка, не скучай. И вот это тело, – он указал на Тромба, – не преврати в преобразившегося.