Перестройка миров. Тетралогия (СИ)

– Нет, конечно. Я там полностью бесполезен. С тобой будет твой знакомый мобный привлекатель, четыре лутера, один аналитик и двадцать мулов, – перечислил защитник.
– Мулы – это класс? – улыбнулся Олег. – И почему четыре лутера? Три же было.
– Потому что есть человек с талантом повышенной удачи. Пришел со вторым потоком. Жаль только, что ко мне в вассалы он не пойдет. А мулы – это грузчики. Тупые, верные и исполнительные, – Арсений заржал. – Они почти все характеристики вкладывают в силу. И ещё вес в их инвентарях уменьшается. И бонусы на одежде имеют такие же свойства. Веришь‑нет, но в рейде люди просто незаменимые.
– Прям так много трофеев получаете? У меня инвентарь урезан, но я туда тонну смогу повестить. Что тогда говорить о профессионалах, которые специально вкладываются в этот параметр?
Рейд‑лидер сузил глаза, прислонил руку к полу и достал из пространственного кармана неизвестный металл. Формой тот напоминал обычную гирю.
– Ты подними вот это! – Леонов указал на предмет, а после строго проговорил. – И не вздумай только убирать в инвентарь!
Олег схватился свободной рукой и попытался дернуть. Металл, будто примагниченный, остался на земле. «Не зря во время инициализации я в зал ходил. Попробуем становую тягу! – подумал Светлов. Он слегка присел, выпрямил спину и, держась двумя руками, оторвал гирю от поверхности. Бар праны слегка дрогнул, а следом в свободные очки характеристик прибавилась единица. – Ага! Выносливость должна была повыситься».
– А у тебя сильное тело! В несколько раз сильнее, чем у тренированного человека. А на вид так и не скажешь. И это тоже твоя особенность, – сказал Арсений и снова ткнул пальцем в гирю. – Вот этот металл помогает прокачиваться в реальном мире. Эффект в тринадцать раз выше, чем от обычных гантелей и штанг. При этом развиваются не только параметры, но и реальное тело. Но этот металл очень редкий, обрабатывать его физически тяжело, и выпадает он большими кусками. С прошлой крысы выпало две с половиной тонны. Так что без мулов нам никак.
– Планируешь спортивные залы в настоящем мире открыть? – ухмыльнулся Светлов.
– А что ты знаешь о настоящем мире? – Леонов сощурил глаза. – Ты пришел в эту локацию, когда с момента процедуры прошло всего две недели.
– А что‑то изменилось за это время? Ты же сам говорил, что плетутся интриги, заключаются и расторгаются договора и…
– И также я тебе сказал, – перебил рейд‑лидер, – что даже тоталитаристы с анархистами больше не воюют. Город снова изменился. Сейчас всё устаканилось. Почти никто друг друга не убивает. На улицах чистота. Да там даже привычных для тебя машин нет. Люди с классами шоферов обзавелись своими средствами передвижения. Машины летают в метре над землей и проходят сквозь физические объекты. Нет аварий и глупых смертей. Там развивается спорт: футбол, волейбол и прочее. Даже шахматы стали набирать популярность. Особое место занимают компьютерные игры. Там ведь нельзя применить свои системные способности, так что всё зависит только от твоего скилла. И снова школы открылись, набираются учителя. Предметы там, конечно, специфические, но учат и обыкновенной литературе, математике, языку. Люди гуляют с животными. А тренажерные залы так вообще…
– Подожди! – остановил Светлов. – С какими животными? У нас же их нет. Они стали изменёнными и за пределами поселения пытаются убить любого человека.
– Так есть одна девчонка, которая во время инициализации потеряла собаку. Она не имеет класса. И жизнь у неё была такая, что даже Крюк с Лысым не завидуют, – Арсений покивал сам себе. – И ей за какие‑то заслуги дали талант воссоздания животных. Это не фамильяры. Какого‑либо смысла от них нет, но они живые. По‑настоящему живые. Даже жрут, гадят и пытаются сгрызть системные предметы. Не знаю, могут ли они давать потомство. Они ещё все маленькие. У котят при воссоздании даже глаза ещё не открыты. А если кто‑то решается убить этих животных, то девочка узнает. И она развоплощает живодеров. У неё ранг такой, что нас она раздавит и не заметит.
 
– А как же война за ресурсы: еда, вода, топливо, оружие? – зацепился отсекатель.
Теперь Олег по‑настоящему осознал все прелести своей особенности. Защитник в пределах этой локации был крайне занятым человеком, но при этом, не обращая ни на что внимание, продолжал отвечать на вопросы.
– Ты о чем сейчас говоришь?! – удивился рейд‑лидер. – Какие ресурсы? Питательных брекетов море, копировальщики могут копировать и воплощать сколько угодно и чего угодно. А есть ещё и воссоздатели, которые вообще из воздуха еду достают. Топливо бессмысленно. Электричество работает от накопителей. Про машины я уже говорил. А оружие… У тебя перчатка сейчас мощнее, чем любой гранатомет.
– То есть на Земле утопия настала? – не поверил Светлов. – Томас Мор был бы доволен.
– Не знаю такого человека. Настал не рай, но что‑то близко к этому. Есть, конечно, и свои сложности, но они незначительны. И ещё я не знаю, как обстоят дела в других поселениях. Но для большинства людей – да, утопия. Все ресурсы есть, на работу ходить не надо, живи в своё удовольствие.
– А как же прокачка? Совершенствование? Как же выбор сюзерена Земли?
– А что прокачка? Люди быстро добрались до сорок девятого уровня. И всё застопорилось. Они начали просто жить. В локации ходят, если количество жизней опустилось до двухсот тридцати. Да я даже в логово вампиров продаю билеты. И люди их покупают. Но не для совершенствования, а чтобы развлечься.
– Ты про школы говорил, – вспомнил отсекатель. – Зачем они нужны, если есть оплоты? Там ведь наставники такие, что нашим учителям и в подметки не годятся.
– А ты думаешь, что детвора пойдет туда и будет изучать математику? – ехидно спросил рейд‑лидер. – Нет. Они там развлекаются, играют, те, кто постарше, трахаются. И только единицы прокачиваются. Я тебе говорю: мир поменялся.
– Ты сам‑то откуда это знаешь? Насколько я понял, ты один из немногих, кто с первого дня в логове. И как ты можешь продавать, как ты выразился, билеты, если безвылазно сидишь здесь?
– Могу ответить, но…
– С меня клятва о неразглашении, – сразу же догадался Олег. – Хорошо. Раз ты говоришь, что я отсюда не выберусь, тогда и ограничимся этой территорией. Согласен?
Защитник кивнул.
– Я клянусь своим развоплощением, что, пока нахожусь на территории вампирского логова, никому не расскажу о поведанном секрете, – сказал Светлов. Через мгновение он понял, что сам себя ограничивает, поэтому добавил. – Клятва будет распространяться, пока я контролирую себя, своё поведение и свое сознание. Клянусь! Да будут Высшие мне свидетелями!
Серебряное сияние озарило Олега.
– Я ты молодец. Научился формировать клятвы. Уже не первый раз за тобой замечаю подобное, – похвалил Арсений. – Ты знаешь про скрытые локации? Хотя, естественно, уже знаешь. Можешь не отвечать. Я попал в такую. И там вообще ничего не надо было делать. Никаких ловушек, опасностей, мобов. Да я там даже убиться не смог. Я просто зашел, побродил три часа и получил награду. Мне дали умение тульпа. С помощью сфер, жертвенников, алтарей и святилищ – не спрашивай про них – я развил это умение. Теперь у меня два тела и два сознания. Одно из них сейчас говорит с тобой, другое – занимается проработкой плана.
– Ты же говоришь, что у тебя тут влияние и репутация падает.
– Да. И если бы я сейчас был в настоящем мире, то развивался бы в два раза быстрее. Моя тульпа немного ограничена в некоторых вещах. Но это пока что. Скоро меня будет десятки. И именно по этой причине я уверен, что стану сюзереном. Мое развитие никогда не остановится. Я всегда буду стремиться только вперед.
– Не обижайся, но ты рассуждаешь как школьник, – сказал Олег, смотря на молодого парня.
– Сколько тебе лет? – задал неожиданный вопрос защитник.
– Я не имею ни малейшего понятия, – Светлов вспомнил о годах, что он провел в тайной локации; перед глазами пронесся десяток лет с безумным варваром; в сознании пронеслась бесконечная пустошь…