Перестройка миров. Тетралогия (СИ)

– Для активации нужны жертвоприношения. У моего малый объем – шесть человек. Пройти смогут люди, чей общий уровень не превышает шести тысяч.
– То есть сто двадцать два человека пройдет в любом случае, – подсчитал Олег.
– Ну да. Нам надо же как‑то маневрировать. Локация же огромна! Сто пятьдесят тысяч квадратных километров. Это площадь Словении, Албании, Бельгии, Молдавии и Швейцарии вместе взятых. Не удивляйся, – засмеялся Марципан. – У меня в прошлом довольно крупная туристическая фирма была. Я хорошо знаю площади всех европейских стран.
– А такое перечисление сделал для внушительности, – догадался Светлов. Он смотрел на шесть тел, которые так и лежали под ногами. – Мог бы сказать, что по площади как Пермский край или Мурманская область. Я бы понял. И ты не удивляйся. Я в прошлом был постоянным участником олимпиады по географии.
– Здорово! Как надумаешь найти работу, обращайся. Устрою по блату! – пообещал боец. – Ну ты всё понял. Расстояния огромные. Машин, поездов и самолетов нет. А чтобы добраться своим ходом потребуется очень много дней. А если учитывать, что после смерти мы всегда будем оказываться в лагере… – он развел руками.
– Теперь понятно. А эти почему не исчезают? – отсекатель осторожно перевернул мечом голову Лысого.
– Так активация же не сразу произойдет. Полчаса полежат, а потом исчезнут. Ты ведь с Крюком давно знаком?
– Нет. Встретился в один их первых дней после процедуры. У меня ведь раньше тоже класса не было, поэтому я постоянно влипал. Влипал с самого появление в этом мире. Да даже в этой локации сейчас оказался из‑за того, что заходил в неё несколько раз. Кто же знал, что столько факторов против меня сыграет. А повстречался я с Крюком на «Авроре»…
Олег рассказал, как по незнанию поделился тайной Силы с Олей, как у него отнялись почти все жизни, как он убил соседку, а она превратилась в восставшую и убила его. Потом подробно обрисовал, как появился на крейсере с последней жизнью и как они с Михой пытались выбраться.
За разговором тридцать минут пролетели незаметно. Марципан поведал свою историю появления в новом мире. Светлов осознал, что ему ещё повезло. Он всего лишь мчался через полгорода за зерном знания.
Боец же оказался во временной воронке. Благословение чистого сознание, наложенное маузом, с него снялось. Он чувствовал всё, что должен чувствовать обычный человек. Он помнил, как во время инициализации умирали его дочь и жена, как он от скуки своими действиями развоплотил сына и мать. А потом Марципан попал в локацию, где все родственники оказались живы. Он был парализован и мог управлять ими с помощью мыслей. Люди, будто марионетки, должны были одолеть группу мобов. Если его отряд погибал, то он терял одну жизнь. И всё повторялось с начала. Из пятидесяти начальных возрождений он остался с пятью. За эти сорок пять попыток он хорошо научился распределять роли для сражения малым отрядом. И когда вернулся в реальный мир, понял, что время для него остановилось. Не прошло и минуты с конца процедуры. Ему повезло, что в этот же момент мимо проходил какой‑то псионик, который смог блокировать тяжкие воспоминания.
Олег слушал и не находил слов. Его злоключения на фоне этого участника рейда казались сущей мелочью.
– Зато теперь у меня есть цель. Я буду развиваться и в конечном итоге стану Лидером человечества. После этого найду того, кто это всё устроил. И заставлю их испытать точно тоже, что и я, – закончил боец.
Светлов не стал напоминать про другую мораль пришельцев. Для многих из них родственные связи ничего важного из себя не представляют, а ариоты так вообще считают своих пращуров изысканным деликатесом.
Шестеро человек, валяющихся у локационного артефакта пробоя, начали притягиваться к предмету. Их тела всасывались в куб. По округе раздавался мерзкий чавкающий звук. А после пространство пошло рябью. В воздухе возник широкий портал, через который прошла большая делегация во главе с защитником.
– Забрала нацепи, – приказал рейд‑лидер Марципану. – Здесь безопасно? Не отвечайте. Раз полчаса протянули вдвоем, значит безопасно, – он посмотрел вниз. В сотне метрах лежали тушки восьми многоножек. – Неплохо! И с мобами смогли справиться. Лутеры, собираем трофеи.
 
– Всё уже собрано, – сказал Олег.
– Какого хера? – заорал Арсений. Он явно был не в себе. – Я же приказал, чтобы…
– Кому ты приказал? – перебил Светлов. – Своему рейду? Так я ни в нем, – он перегнал ману в Сплит и незаметно указал пальцем на защитника.
– Вы, – Леонов указал пальцем на отсекателя и ещё четверых человек, – за мной.
Они прошли за границу безопасной зоны и отправились в сторону реки. Черная вода с зеленым маревом с высоты начального лагеря казалась узким ручьем, но Олег понял, насколько он ошибался: «Да ведь она метров двести в ширину, если не больше!» Небольшой отряд свободно ступал по земле. Защитник швырял булыжники. Камни раз за разом попадали в точки, где были ловушки. Одно из мест он обошел по широкой дуге:
– Здесь утаскивающее растение. Уничтожишь его или спастись никак не получится. Если войти в агро‑радиус, то оно убьет одного человека в любом случае, – он остановился и приказал одному из бойцов. – Призови моба!
Светлов смотрел на здоровенного человека, скрытого под цельным шлемом. На плечи ниспадали длинные курчавые черные волосы.
– Леон? – с подозрением спросил Олег.
– Я Весельчак! – прорычал едва узнаваемый голос. – Мы знакомы?
– Потом поговорите! – рявкнул защитник.
Боец вскинул руки. Его пальцы засветились, а тело окуталось голубой аурой. В сотне метрах показался трехсотлап. Сегментированное существо устремилась к небольшой группе. Вперед вышел защитник. Моб напал на Арсения, но Леонов стоял, игнорирую весь входящий урон. Затем он выставил открытую ладонь и ударил ей по хитину – тварь завалилась. Отсекатель понял, что монстр повержен.
К тушке подошли лутеры, но не смогли собрать трофеи. Защитник поморщился и приказал повторить всю процедуру. Весельчак снова призвал многоножку, рейд‑лидер снова её уничтожил. На этот раз добыча оказалась очень большой. Её передали Арсению, который поместил все предметы в материализовавшуюся корзину. Защитник выставил трофеи перед глазами Олега.
– Смотри. Это лут с одного моба. Здесь три редких, семь необычных и две обычные ленты. Ещё есть двенадцать зелий, три бальзама, один наплечник и четыре вида крафтового очень ценного материала. Последний сейчас в инвентаре. Каждый моб, с которого ты собрал лут, отдаляет спасение пленных.
– Ну допустим, – сказал Светлов, закидывая свободное очко в телосложение. Он предполагал, что защитник можем попытаться устранить его, поэтому незаметно направил Сплит в свою голову. – Вижу, что бойцы не зря лутерами называются. Мне только от этого какая выгода? Я сейчас сам по себе. И помог установить портал только из‑за хорошего отношения с бесклассовыми.
– Поэтому я тебя и отправил именно с ними, а не с каким‑либо другим отрядом. Насчет лутеров поговоришь с Крюком. К реке ты отправишься с его полной командой. К вам присоединится ещё часть людей. У вас будет время пообщаться, если не сдохните, – защитник посмотрел на перчатку. – Мешать я тебе не буду, так что можешь не готовить самоустранение. Не знаю, сколько ты сможешь выживать, но я предлагаю тебе… – он посмотрел на остальных бойцов. – У кого меньше двухсот сорока жизней, останьтесь. Остальные могут возвращаться к порталу.
Все бойцы молча развернулись и зашагали к пролому в пространстве.
– У тебя есть предмет – ювелирка или броня – которыми ты можешь пожертвовать? – спросил рейд‑лидер.
Олег материализовал кандалы, отобранные у Горбоносого. Арсений осмотрел их:
– Неплохая безделушка. Могла бы быть полезной. Предлагаю тебе отложенный платеж. Ты получаешь полуторный размер от лута, но при этом сам лут не собираешь, а оставляешь его в телах монстров. Зелья и ленты из моих запасов, пока мы находимся в этой локации, будут автоматически попадать тебе в инвентарь.