Перестройка миров. Тетралогия (СИ)

– Считай, что нашел, – он заметил, как напряглись бойцы, поэтому сразу же пояснил. – Я не преобразившийся. Клянусь!
– Ну ты и псих! – оценил Крюк. – Вижу, что и тебя жизнь потрепала. Но таким ты мне нравишься больше. А то раньше на тебя смотреть без слез нельзя было. Видел бы ты себя на крейсере.
– Впечатление, наверно, было жалким, – признал Светлов. – Только ты прав. Жизнь потрепала. И для меня те события – дела двадцатилетней давности, – он повернулся к человеку, который потерял какую‑то близкую женщину. – Твоих мы обязательно отыщем. В крайнем случае я пойду с вами, а не с этим защитничком, – он кивнул на палатку, где организовался оперативный штаб.
– Арсений Леонов знает, что делает, – с непогрешимой уверенностью сказал Лысый. – Мы ему пригодимся и пойдем с ним. Крюк, я, пожалуй, лучше сам к нему схожу. Ты не против?
– Валяй, – махнул рукой Миха. Гравицапа тем временем призывно указывала на него хвостом.
– Нам, видимо, говорить надо. Комрады, я ненадолго украду вашего крюкастого, – ухмыльнулся Олег, хватая его под локоть.
Они отошли на полсотни метров. Знакомый с крейсера активировал неизвестный навык. Воздух вокруг как будто загустел. Светлов увидел, что рядом проезжает машина, но никаких звуков до ушей не долетало.
– Это от прослушки, – пояснил Крюк. – Чего хотел?
– Вы ведь в локацию идете не только за близкими, но и за Тучником, – догадался Светлов. – Я слышал, что у вас какие‑то разногласия.
– Разногласия – слабо сказано. Я ведь тебе рассказывал про штабную крысу. Помнишь?
– Это давно было, – ответил Олег, придерживая питомицу. Красная панда пыталась вырваться. – Да что с тобой такое?!
Гравицапа прикусила хозяина. Светлов выпустил её. Питомица тут же устремилась к Михе. В её лапах появилась косточка, подаренная Маньяром. Она, не обращая внимание на Олега, протянула Крюку неизвестный артефакт. Тот взял его и спросил:
– И что это такое?
Красная панда указала лапой на свою пасть. Миха взглянул на отсекателя. Светлов пожал плечами, а после кивнул. Гравицапа знала, что делала: либо косточка устранит возможного будущего конкурента, либо усилит будущего союзника – подходил любой вариант.
Клюк ловким движением пальца отправил артефакт в рот. Пять секунд ничего не происходило, затем его тело судорожно согнулось. Миха повалился на землю. Олег равнодушно наблюдал за старым знакомым. Красная панда, удостоверившись, что косточка проглочена, заползла за шиворот отсекателя и сразу же уснула.
Светлов наблюдал, как из культи высовываются древесные отростки. Они формировали человеческую кисть. Затем трансформировались и стали похожи на отточенные клинки. Крюк пришел в себя. Он поднялся и со вздернутыми бровями начал изменять новую часть своего тела. Миха взял лежащий под ногами камень и сдавил его. Предмет разрушился, будто был сделан из чего‑то мягкого. Шрапнель посекла лицо Олега.
– С обновлением, – сказал Светлов, убирая крошево с щек.
– Охереть просто! – Крюк изменил руку. Она теперь напоминала небольшое копье. Острие ударило в близстоящее дерево и с легкостью пробило его. – А ведь было написано, что, – он заглянул в интерфейс и прочитал, – ваша верхняя конечность всегда будет ущербна. Откуда у тебя взялся этот артефакт? Почему он именно мне достался?
– Потому что ты будущий Лидер планеты Земля! – Олег закатил глаза. = Ты должен спасти человечество и всё мироздание от марсианских захватчиков.
– Издеваешься? – спросил Миха.
– Естественно. – легко признался Светлов. – Мне пару часов назад мозги прочистили. Система так устроена, что все люди считают, что они будущие сюзерены. Потому что они оказываются в трудных ситуациях, а нужные предметы сами их находят. Так что не удивляйся. Это нормально. Где хоть руку потерял?
– Слышал про скрытые локации? Ага, вижу, что слышал. Так залез я с парнями в такую. Сложная попалась. Мы четверых потеряли, – произнес Крюк. Олег заметил, как Миха поморщился. – И там была каменная чаща, в которой божественная скрижаль лежала. Вот только это обманка оказалась. Я потянулся к этой скрижали. В чаще появилась жидкость и залила мне руку. И жидкость начала её разъедать. Я тут же застрелился, но это не помогало. А когда возродился, эта дрянь не исчезла. Хорошо, что в группе оказался человек с талантом отрубания. Он отхерачил мне руку. И теперь я всегда возрождаюсь без руки. При этом она кровоточит, – он материализовал раскаленную железку. – Так что сразу прижигать приходится. А это больно. Никак не привыкну.
 
– Я могу пропустить тебя через все круги болевого ада. Точнее не я, а мой фамильяр. И тогда ты бы понял, что прижечь ранку – это мелочь. И рекомендую воспользоваться услугами моей малышки, – Светлов указал на живот. – А что за чаша вообще?
– Да писалось, что это какой‑то куаровый камень. Без понятия, что это такое. В любом случае, если увидишь эту надпись, лучше не приближайся.
Олег улыбнулся. Очередная делать пазла встала на свое место. Он помнил свойства анионного кольца: «Отлично. Теперь я знаю, кто такие восставшие, преобразившиеся и измененные. Знаю про ардовые артефакты, камских паразитов и куаровые камни. Хотя ещё много чего неясного остается. Те же камни ведь должны были какое‑то действие оказывать. Да и непонятно, кто такие переродившиеся. А про внушения, влияния и искажения я вообще молчу. Ладно. Об этом подумаю позже. Сейчас надо разобраться с Тучником».
– Так что там с сюзереном тоталитаристов? – спросил Светлов.
– А, ну да. Что‑то мы отвлеклись, – сказал Крюк, рассматривая новую руку. – Развоплотить его надо. Ну вот. Сказал, и у меня направленность на один пункт поднялась. Тварь это, а не человек. А раньше ведь нормальным мужиком был. Так что, паря, у нас несколько целей. Кстати, вон Лысый идет, – он указал вытянувшимся пальцем в сторону палатки. – Уже, видимо, успел договориться.
– В двух словах. Что он сделал и почему его надо убить? – быстро произнес Олег.
– Держит в плену много мирных людей. Среди них семьи моей группы. На контакт не идёт. Через десять секунд дезактивирую способность. Нас будут слышать. Об этом ни с кем не треплись, – последние слова Крюка были приказным тоном.
– Понял.
В лагере происходили шевеления. Люди прятали алкоголь, бойцы выходили из дуэльных пространств, лавочки со съестным сворачивались. В центре лагеря появился рейд‑лидер. Олег увидел, как Лысый показывает Михе большой палец.
– Подходим ближе! – крикнул Леонов. К нему подошел Хмурый и что‑то шепнул на ухо. Защитник кивнул. Один из бойцов ордена усилил голос защитника. – Раз! Раз! Всем слышно? Хорошо! Сейчас выстраивайтесь в очередь. Все люди должны подойти ко мне. Я распределю вас по группах. Если я посчитаю нужным, выдам вам провизию и некоторые системные предметы. Вопросов никаких мне не задавайте. Двигаемся быстро и не толпимся.
Рейд‑лидера окутала темная дымка. Она распространялась на пять метров. При этом непонятная аура оттолкнула всех людей.
Олег подпрыгнул и осмотрел собравшихся. После произнёс, обращаясь к людям без класса:
– Это надолго! Тут тысячи три человек, если не больше.
– Три тысячи четыреста двадцать один, – сказал Лысый. – Из них двадцать семь не войдут в локацию. Есть ещё несколько прохожих, но я их не посчитал.
– Это у тебя способность такая? – спросил Светлов.
– У меня нет класса, поэтому и нет способностей. Это особенность, – пояснил человек Крюка. – А твоя какая?
– А они обязательно должны быть? Я просто у себя ничего такого не наблюдаю.
– У всех несколько особенностей. Одна из твоих – это связь с твоим животным. Это ведь не какой‑то талант или навык с умением. Вторая – невозможность считать твой уровень…
– Это классовая способность, – перебил Олег. Он повернулся к Михе. – Ты крикнул, что я один из ваших. Ошибка. Я получил класс.
Почему‑то эта новость произвела фурор. Все стали подходить к Светлову и задавать вопросы. «Да уж, – подумал отсекатель. – Видимо, жизнь без класса так себе». Олег поднял руку, прекращая все разговоры: