Колонизатор (СИ)
Для того чтобы пришвартоваться к пирсу пришлось воспользоваться услугами паровых буксиров. Тут даже пароходы к пирсам буксируют, иначе никак - тесновата акватория между пирсами. А порт неожиданно большой с глубинами до двадцати метров.
Пока мы разгружали попутный груз, герр Шальбе носился по городу и успешно спекулировал роялями. Этот город разбогатев на каучуковой лихорадке, жадно стремился к культуре, чтобы не хуже, чем в Европе было. Даже шикарный Амазонский оперный театр построили. Ну, почти достроили. Так что рояли пошли влёт. Даже не хватило всем желающим. Но в следующий раз сюда без меня.
Город который местные называли Манаус, а не Манаос, как заявлял Шальбе, застроен был плотно. Оно понятно, ибо каждый квартал тут с большим трудом отбивался людьми от густого леса, который их же и кормил. Гивея, латексный сок которой превращался в каучук, тут росла просто в диком виде сразу за околицей. А каучук основа экономического благоденствия этого города.
Однако, необходимой мне площадки для транзитного переброса своих людей, скотов и техники через пространственно-временной континуум, да чтобы без лишних глаз вокруг, тут не нашлось. От слова совсем. Даже городские площади тут маленькие. А на окраинах сразу стеной дикий буреломный лес, просто дебри в которых много-много диких обезьян разного калибра. А прочих опасных гадов просто немерено.
"Окно" в Гавану и в" Неандерталь" с этой точки экватора также открывалось без проблем. Как и в Америку, ту что северная. Режим штатный, даже не мерцает периметр "окна". Странно, что Тарабрину из Тамани никак не получалось на экватор скакать.
Придется всё же плыть нам в Африку и там искать нужную площадку для исхода. Но сначала в Аргентину - застолбить поляну для колонии. Но вот Шальбе, скупив на общие деньги кумпанства копченых каучуковых листов в морской упаковке на две трети полной загрузки трюмов баркентины, нетерпеливо стучал каблуками по тиковой палубе и требовал немедленной отправки в Гамбург. Он бы и всю баркентину завалил каучуком да больше не было его в свободной продаже. Не одни мы такие хитрые. Каучук тут почти в полтора раза дешевле чем в Манапа, но не всем капитанам нравится мотаться по этой плохо предсказуемой реке три тысячи миль туда-обратно. Время - деньги. Морской фрахт зарабатывает не ценой, а оборотом.
Хорошо, что местные жители к специфическому и довольно противному запаху каучука привычные и в обратный рейс у нас практически все каюты были выкуплены до Манапа, а некоторые даже до Рио, которое Жанейро. Заставлю-ка я вместо себя Никанорыча отбывать повинность с пассажирами за табльдотом на обедах. Пусть привыкает к капитанской доле.
Обратный путь по Амазонке не отличался от такого же по ней до Манауса. Разве что лоцман специально нас провел выше по реке до слияния рек Рио-Негро и Солимойнс, которые и составляют воды самой Амазонки. Посмотреть на редкое природное явление когда черные воды Рио-Негро смыкаются с кофейными водами Солимойнс, но не смешиваются и несколько километров так текут совместно, четко разделенные по цветности. Удивительное явление. Стоило сделать крюк, чтобы полюбоваться им.
В Манапа каучук докупать я запретил, но взял дополнительный попутный груз до Рио де Жанейро, столицы Бразильской империи. Должны же мы оправдывать хотя бы затраты на экипаж. И впервые баркентина шла в полном грузу - почти пять тысяч тонн! Но на удивление неплохо управлялась даже круто против ветра, а остойчивость даже повысилась. Если будем еще заказывать корабли, то только у них же - на верфях "Блом унд Фосс".
Ну и каюты впервые на баркентине заполнились все. На палубе даже тесно становилось от пассажиров в променад. Стюарды в ресторане с ног сбивались. Даже подумал о необходимости увеличить обслуживающий пассажиров персонал. Но об этом я поговорю с помощником капитана после этого рейса. Посмотрим как он управится с теми людьми что у него уже есть.
Праздник Нептуна устроили как только вышли в чистый океан, без мутных вод Амазонки. Далеко пришлось выбираться, миль на двести. Для желающих устроили купальню из притопленного запасного паруса, но, кроме матросов, желающих поплескаться в океане не нашлось. Меня так просто выкинули за борт в эту купальню в чем был. А вслед за мной полетел за борт и Никанорыч. Традиция. Из офицеров только герр Шальбе остался сухим, ибо он пересекал экватор семь раз за свою морскую службу.
Пассажиры попробовали отвертеться под предлогом того что они и так коренные жители экватора, но не тут то было. Герр Шальбе из вредности приказал окатить пассажиров из помпового пожарного брандспойта. И уже не только бразильским мадамам стало томно от зрелища голых матросов в океане, но и матросы смогли власть полюбоваться на выставку мокрых корсетов, за отсутствием мокрых маечек. И насладиться пронзительным женским визгом. В общем было весело. Рома пассажирам не пожалели.
А после того, как все переоделись в сухое и выкатили из кают-компании на шканцы граммофон от "Циммермана", устроили бал. Ну, как бал... тривиальную дискотеку под яркими цветными звездами экватора и крупной луной. Полупьяным креольским дамам такая романтика очень понравилась и они требовали вновь и вновь ставить пластинку с ультрамодной новинкой - танго. Особо если учесть, что бразильские мужчины по сравнению с немцами и финнами оказались слабы на алкоголь, то креолки пылко обучали этому парному танцу скромных и стеснительных финских корабельных офицеров. И плевали они на осуждающие пьяные взгляды своих постоянных бразильских кавалеров.
Ну и я выдал мастер-класс. Танго по классу "Д", которому между второй и третьей женой обучился еще в СССР в кружке бальных танцев Центрального дома культуры Железнодорожников. В рамках клуба "Кому за 30". И вместе со случайной партнершей сорвал всеобщие аплодисменты переходящие в овацию.
В Рио де Жанейро сделали двухсуточную стоянку после длительного безостановочного перехода - дали отдых экипажу. Каждой половине в очередь полные сутки загула по кабакам и борделям, хотя наши финны больше бухари, чем ёбари. Возвращались они на "коробку" никакие, зачастую пропив весь выданный им промежуточный аванс. Главное, что возвращались вовремя. В плавании к ним у меня никаких претензий нет - справно работают.
Сам я покатался по городу на пароконной открытой коляске и на всякий случай высмотрел пару удобных мест для "якорей". Пообедал с Никанорычем в шикарном ресторане, но в отличие от капитана ночевать в городе не стал. Мулатки местные хоть и знойные женщины но меня не заводят, у меня голова болит от других забот.
"Окна" свободно открывались в Манапа и Манаус, но Гавана уже мерцала, хотя и слабо, а "Неандерталь" стала недоступна, впрочем, как и Крым в любые времена. Не говоря уже о Москве или Филадельфии. Прав был Тарабрин со своей догадкой о помехах из-за кривизны земного шара. И вряд ли мы когда-нибудь поймём всю физику процесса пространственно-временных перемещений. Это как с электричеством: пользоваться умеем, а что оно такое на самом деле? Кто бы сам себе объяснил.
К огорчению герра Шальбе попутного груза в Рио для нас не оказалось, в отличие от пассажиров до Буэнос-Айреса. Но и тех набралось всего восемь испаноговорящих организмов невесть как оказавшихся в этой португальской империи. И все они столовались, естественно, за капитанским табльдотом.
И как рояль в кустах среди пассажиров случился чиновник Министерства внутренних дел Аргентинской республики дон Алехандро Хименес, к моему счастью сносно говоривший по английски. Его то я и обхаживал весь этот рейс. Даже приглашал посидеть за коктейлем у раскладного столика на полубаке, куда остальным пассажирам ход воспрещен. Или спокойно покурить чудесную гаванскую сигару в моем адмиральском салоне под бокальчик выдержанного рома или чашки кофе, сваренного Пахомом по-восточному в песке.
Дон Алехандро любил пространно порассуждать о проблемах "завоевания пустыни" в своей стране, на что мне оставалось только кивать, вовремя подкидывать вопросы и мотать важную информацию на ус. Еще время от времени наполнять рюмки. Увлекательно рассказывал сеньор Хименес об индейцах и гаучо, что пасут полудиких мустангов и одичалых коров в пампе, а между делом совершают грабительские набеги на оседлое население. О том, что жители Аргентины чаще едят мясо, чем белый хлеб. О том, что не дело имея такие обширные пампасы плодородных земель, при этом завозить пшеницу из-за границы. Не по государственному получается как то... Что дешевле финансово помогать эмигрантам с соответствующими профессиями, чем тратить государственные средства на импорт зерна. И что вместо работящих англичан и французов, или, на худой конец, испанских крестьян, Аргентину заполняют итальянцы с юга Апеннин.