Системная Паутина (СИ)
Вот лестничная площадка, металлическая дверь под нужным номером, и уже слышатся щелчки замка. Сейчас я увижу свою подругу…
— Привет, — сказала Изабелла, выходя из квартиры и внимательно меня осматривая.
— Привет, — отозвался я, занимаясь тем же самым.
Что можно сказать? Изабелла с редактором внешности в Системе, конечно, потрудилась, но трудиться было над чем. В реальности она выглядит ничуть не хуже своего аватара. Красивая, жгучая брюнетка с правильными чертами лица и глубокими карими глазами, что сейчас иронично смотрят на меня. Только модельную безупречность заменила домашняя симпатичность. И одежда подобрана со вкусом, пусть и не такая стильная, как в виртуальности.
— А где борода? — первой спросила Изабелла.
Голос ее полностью совпадал с аватаром — грудной, бархатистый, его приятно было слушать.
— Сбрил, чтобы никто не узнал, — с улыбкой ответил я.
— Да, узнать тяжело, — потянула она.
«И к чему это она? Я слишком хреново выгляжу в реале?» — пронеслось в моей голове. Я, конечно, тоже в редакторе постарался, но мой аватар от того, что видно в зеркале, не так уж отличается.
— Давай понесу, — кивнул я на чемодан. — А поговорим потом, в машине.
— Да, конечно, — согласилась Изабелла и начала закрывать дверь.
Мы спокойно спустились по лестнице. Я в левой руке нес чемодан. Ни бандитов, ни соседей нам не встретилось, и перед подъездом тоже левых мужиков не маячило. Я даже уже выдохнул.
— Белла, ты уезжаешь? — сказал вышедший из соседнего подъезда парень.
«Черт, накаркал», — пронеслось где-то на краю сознания.
— Да, Максим, решила отдохнуть, — дружелюбно ответила Изабелла.
Я оглядел подошедшего парня. На бандита он не походил, обычный молодой человек — не доходяга и не качок. Вон во всю улыбается — наверняка на Беллу запал давно и серьезно.
— А это твой парень? — спросил он, кивнув в мою сторону.
Не очень, кстати, вежливо в моем присутствии говорить обо мне в третьем лице.
— Хороший знакомый, — вежливо ответила Изабелла.
— Заниженный гольф какой-то интересный, для гонок, что ли? — продолжил он свои вопросы.
Я наконец закинул чемодан в машину, закрыл багажник и развернулся к парню.
— Максим, да? Извини, мы сейчас спешим. Давай я потом к тебе подъеду и отвечу на твои вопросы? — сказал я и улыбнулся. Внутри же у меня поднялось знакомое холодное спокойствие.
— Да я ничего. Я просто спросил, — парень переменился в лице и даже отступил назад.
Я только пожал плечами и открыл дверь для Изабеллы. Она, словно извиняясь, тоже улыбнулась парню и села в машину. Я в последний раз пробежался взглядом по пустому двору, зацепил растерянного соседа-поклонника и бабок у первого подъезда, что с интересом смотрели на нас, и сел на водительское место.
— Максим — хороший парень, зря ты на него наехал, — тут же сказала Изабелла с укором.
— Пристегнись лучше, тут ремни необычные и машина под гонки переделанная. И, надеюсь, этот хороший парень не будет рассказывать всем встречным про то, что ты уехала на приметном гольфе, — ответил я, подчеркнув интонацией слово «этот».
— А что, был еще какой-то хороший парень? — спросила Изабелла, возясь с застежкой.
Я завел машину и аккуратно надавил на газ, внимательно осматривая выезд из двора. По законам жанра, у бандитов сейчас последний шанс нас перехватить. Хотя зря я себя накручиваю. Никто Беллу стеречь не собирался, обошлись одним визитом.
— Ты так про Пашу-мажора говорила, который тебя своему отцу сдал, — ответил я.
Двор остался позади, и мы влились в поток городского транспорта. Я мимоходом удивился грузовой Газели перед нами: ее кузов сварен из стального уголка и металлического профиля. В Минске я подобной кустарщины не видел.
— А что это за машина? — технично перевела тему Изабелла.
— Гольф, переделанный для стритрейсинга. У друга одолжил, — ответил я. — И ты все-таки пристегнись: я не гонщик, а машинка шустрая, можем и зацепить кого.
— Ты и в реальности такой же бесшабашный, — сделала неожиданный вывод моя подопечная.
— Какой есть, — дежурно ответил я.
По дороге Изабелла разговорилась, и мы с ней проболтали отвлеченные темы почти полчаса. Обсудили разницу между Минском и Смоленском, прошлись по ее учебе в универе, она училась на экономиста. Я украдкой бросал на нее взгляды. Реальная Изабелла мне нравилась все больше. Спокойная, дружелюбная, с ней интересно говорить на разные темы. Наверняка у нее куча поклонников.
— Сейчас заедем на проселочную дорогу и поменяем номера, — сказал я, сбавляя ход и поворачивая на неприметный съезд.
— Номера? — эхом отозвалась Изабелла.
— Да, там в багажнике, комплект белорусских номеров, — отозвался я, тормозя машину.
Замена номеров заняла буквально пару минут, и вот мы снова едем по пустынной грунтовке.
— А нам точно сюда нужно? — спросила Изабелла с сомнением.
— Да, смотри по навигатору, я тыкнул пальцем в экран. Мы сделали крюк в сторону Брянска. Если люди Скворцова через полицию получат записи с дорожных видеокамер, то увидят, как машина поехала на юг. А мы сейчас на белорусских номерах уйдем на северо-запад, проедем через несколько деревень, выйдем на трассу, а там спокойно доедем до Минска, — рассказал я план. — Кстати, ты-то свой смартфон оставила дома?
— Да, сделала, как ты написал, контакты переписала на другой телефон, которым никогда не пользовалась. Он в сумочке лежит выключенный, — ответила она отстраненно.
— Приедешь, утром купишь белорусскую симку, только друзьям не рассказывай, где ты. Да и вообще лучше воздержись от общения с ними на пару недель, — продолжил я рассказывать политику партии.
— А спецслужбы, про которые ты говорил, нас не найдут? — задала вопрос Изабелла.
— Если за наши поиски возьмутся спецслужбы, найдут со свистом. Это от местечкового олигарха мы можем уйти сменой номеров и телефонов. А ребята из ФСБ выйдут на нас без проблем, — ответил я.
— И как в тебе это сочетается? — спросила Изабелла с улыбкой.
— Что сочетается?
— Бесшабашность с продуманностью, — сказала она. — Ты можешь продумать хитрый план с кучей деталей и все для того, чтобы первым сунуть голову в пасть мантикоре.
Я даже сразу не нашелся, что ответить.
— Не знаю, оно, наверное, всегда так было, — начал я. — Головой я понимаю, что нужно все делать по плану. Просчитать варианты, продумать хорошие и плохие сценарии, и обычно все так и делаю. А иногда меня прорывает, начинаю творить, что хочется, безо всяких планов. Особенно это заметно там, — я показал глазами вверх. — Я сам себе порой поражаюсь.
Изабелла серьезно задумалась после моих слов, даже губу закусила. Прядь черных волос упала на ее красивое лицо. Я снова поймал себя на мысли, что она мне нравится все больше и больше. Поймал и сам себя одернул: смотреть-то на дорогу нужно.
— Да, я такое тоже заметила, — сказала она задумчиво. — Там я такая невозмутимая, уверенная в себе, у меня все получается…
А до меня, как до жирафа, дошло: Изабелла только выглядит спокойной, на самом деле вся эта история как с Системой, так и с бандитами больно ударила по ней. И решение бежать в другой город, даже в другую страну ей далось нелегко.
Я убрал руку с рычага передач и нашел ее руку. Моя ладонь сжала ее узкую ладошку.
— Держись, все будет хорошо, — сказал я.
— Спасибо, — донеслось в ответ.
Я украдкой бросил на нее взгляд. Белла молча склонила голову, красивые вьющиеся пряди почти закрыли ее лицо. Она смотрела застывшими глазами куда-то вперед, словно заново переживая что-то очень неприятное.
— Держись, все будет хорошо, — повторил я и снова сжал ее ладонь.
Где-то в сказках для детей принц привозит принцессу к себе домой и они живут долго и счастливо. В других сказках, для взрослых, концовки могут варьироваться. От банального секса до мелодраматичного и очень эмоционального расставания со слезами, обещаниями любить до гроба, иногда даже самоубийствами. В реальности же я довез Изабеллу до дома, где живет ее подруга, и мы расстались.