Моя звёздная болезнь (СИ)

— Не нужно, — едва заметно покачала я головой, — Меня больше не держат здесь силой. Ещё неделя, и меня вернут на Маркарт. Просто мне необходимо научиться управлять появившейся связью с Луной, чтобы не навредить ни себе, ни окружающим.
— Новости…удивляющие, — с едва заметной запинкой признался Змей, — Спрашивать, каким образом ты переубедила гранд-лорда, я так понимаю, бессмысленно?
В ответ я лишь утвердительно кивнула.
— Хорошо, тогда я сам сообщу в штаб, что ты жива, а также собираешься вскоре вернуться на Маркарт. Не исключено, что с тобой свяжется вышестоящее начальство для подробного отчёта и проверки данной мной информации, но ты справишься. Кроме того, хочу заметить, что ты очень вовремя «воскресла», так как на днях должна была пройти официальная передача твоего имущества государству, и выплата твоей семье денежной компенсации.
— Вот родители расстроятся, когда узнают, что их «доченька» жива, и крупная сумма денег пролетела мимо их загребущих рук, — совсем уж невесело усмехнулась я, — Но новость, и правда, хорошая, потому что без своей любимой квартирки я бы очень тосковала. Спасибо. За все.
— Это тебе спасибо, Рин. Что выжила, — тепло и облегченно улыбнулись мне, — Тогда пошёл я заниматься воскрешением одной симпатичной переводчицы, и будь, если что, на связи. Ах да, Яри мы пока ничего не говорили, так что она ни о чем не знала. Просто у неё и так трудная дипмиссия, потому было принято решение сообщить ей о твоей смерти по возвращению ее на Маркарт, поэтому не стоит ей сейчас звонить и заявлять, что ты жива, хорошо?
— Спасибо за предупреждение, а то я так и собиралась сделать. Тогда до встречи. Рассчитываю на тебя.
— До встречи, Рин, — и мужчина сразу же отключил звонок.
Да-а, не думала что мои дела настолько плохи! Теперь проблем будет выше крыши маркартских мегаполисов! Начиная с того, что придётся восстанавливаться на работе, так как в базе я, скорее всего, уже числюсь как погибший сотрудник, и заканчивая тем, что придётся выслушивать ор Лингвиста, который, якобы испытывает ко мне «нежные чувства». Ну какой же бред! Где Лингвист, и где «нежные чувства»? Мне кажется, этот мужчина был настоящим роботом, сконцентрированным исключительно на работе, так как в других обстановках мы его даже и не видели.
Неожиданно на девайс поступил звонок от неизвестного номера. Видеозвонок.
Мгновенно приосанившись, я нажала на кнопку приема вызова, чтобы тут же едва заметно напрячься. Взгляду предстал огромный круглый стол переговоров, за которым сидел весь каркас нашего министерства: главный секретарь и зам министра по внешней политике — Эвелина Эссер, генерал Граник, под управлением которого находилось наше разведуправление со всеми боевыми спецами, полковник Аверс, отвечающий за подразделение боевых отрядов быстрого реагирования, а также Дэйрен Маэрен — главный психотерапевт наших психологических служб.
От такого скопления руководителей мне резко поплохело, и я с трудом удержала себя от порыва нажать на кнопку отключения связи.
С минуту на меня внимательно смотрели четыре пары глаз, после чего генерал Граник, усмехнувшись, сказал:
— Смотрите, и правда жива.
— И вот из-за этой девушки все министерство уже месяц стоит на ушах? — недовольно скривилась зам министра, окинув меня удивленным и каким то пренебрежительным взглядом чёрных глаз, — Да-а, а я то представляла кого то вроде нашей Сераны, а тут…посредственность.
— Ну не скажи, Лина, девчонка миленькая и симпатичная, — благодушно усмехнулся в темную бороду полковник Аверс, чьи спецы являлись настоящей легендой. Маленькая боевая группа из пятнадцати человек могла стоить целой армии. За счёт этого и выигрывались все сражения, в которых участвовало подразделения этого полковника, но попадали туда только самые отчаянные. Почему? Так перед этим добровольцам необходимо было пройти через ряд опасных операций по замене костей, а также нескольких органов на более прочные. Полноценными киборгами они не становились, но были сильнее и быстрее любой биомашины, что уж говорить о людях.
 
Чувствовала я себя, мягко говоря, ну очень некомфортненько. Начальство высокое, а значит рот открывать без позволения я не имею права, а жаль. Пока очень непонятно, с чего я удостоилась такой «чести», и зачем здесь все собрались.
— Старший Лейтенант Эрин Марлисс, — с ласковой улыбкой кровожадной акулы начал высокий светловолосый и худощавый Дэйрен Маэрен, которого все наши называли исключительно Эльфом. Главный психотерапевт, и правда, до безобразия походил на этих представителей древних сказок, с одной лишь поправкой на то, что из глубины бездонных голубых глаз иногда прорывалось что-то совсем не сказочное. Этот мужчина в своё время пережил плен на Керастаде. Только глубинное изучение психологии местных киборгов позволило ему в конечном итоге овладеть секретными техниками психопрограммирования этих, казалось бы, идеальных машин, за счёт чего вырваться с их планетки. За тридцать лет карьеры этому хрупкому золотоволосому существу удалось пробиться в самые верха нашего министерства и заслужить себе такую репутацию, от которой вздрагивали самые опасные представители нашей галактики. А ещё говорили, что на Керастаде он пережил ряд опаснейших экспериментов по превращению человека в киборга. Последние слухи Эльф не подтверждал, но и не опровергал, ну а с учетом того, что мужику несколькими месяцами ранее стукнул шестой десяток, а выглядел он лет на двадцать пять, не больше, также заставлял делать определенные выводы. И вот сейчас это чудовище с ласковой улыбкой маньяка объявило мне «прекрасную» новость: — Мы собрались здесь и сейчас столь тёплой компанией, чтобы засвидетельствовать ваше сказочное возвращение из мира мертвых! Под вопросом, насколько безопасно оставлять вас на нашей службе, поэтому в ваших же интересах ответить на все наши последующие вопросы честно и предельно откровенно. Как вы понимаете, солгать мне практически невозможно, поэтому приступим!
— Расскажите о том, что произошло с вами за последнее время, начиная с последнего прилета на Алкону, — с холодной вежливостью приказала мне Эвелина Эссер.
Набрав в грудь побольше воздуха я принялась за рассказ. Рассказала и то, как меня похитили, то, как чуть не умерла от токсического шока, как связалась с Лингвистом и попыталась сбежать из местной лечебницы. Стараясь не упустить ни одной детали, я рассказала также и о сорванном свадебном обряде, повторном похищении и ещё одном побеге. На моменте рассказа о ребёнке, на меня взглянули очень недовольно и даже кратко прокомментировали:
— Глупо.
— Самонадеянно.
— Необдуманно.
Отличился лишь Эльф, холодно усмехнувшись и заметив:
— Показательно, — после чего, встретив вопросительные взгляды коллег, любезно пояснил: — Гражданская позиция любого представителя нашего государства. Она поступила так, как поступил бы любой из нас, так что не стоит совсем уж корить девочку. Кстати, что там, в итоге, стало с этим ребёнком?
Последний вопрос уже адресовался мне, и я поняла, что…не могу ответить, потому что не знаю! Со всеми этими событиями я совсем забыла о том мальчишке!
Неожиданно в комнату мягко вплыла Луна. Одновременно с этим в моей голове раздался уже знакомый, слегка насмешливый голос моей тшахесс:
«Нормально все с тем ребёнком. Белый зверь поверг моего собрата, и мальчик успешно провёл ритуал привязки».
Новость обрадовала и успокоила, потому я, даже не скрывая облегчения в голосе сказала:
— Мальчик жив и здоров, а также удачно провёл местный ритуал по привязке зверя.
— Хорошо. Продолжайте, — удовлетворившись ответом, приказал генерал Граник.
Продолжив рассказ, я подробно описала свой опыт прохождения местного ритуала, шансы на выживание, а также весь спектр эмоций и ощущений, которые пришлось пережить. После этого пришлось ответить ещё на ряд вопросов, которые, в основном, касались взаимодействия с тшахессом, а также тех преимуществ, которые давала эта связь, после чего все ненадолго замолчали.