Гремучий Коктейль 6
Задолбали эти евреи-аристократы.
— «Насколько я понимаю», — хмыкнул лорд у меня в голове, — «регулярные траты на роскошь выедают значительную часть бюджета дворянства, а не тратить они не могут, потому что уподобятся простолюдинам, вполне преуспевающим в своем большинстве. Поэтому такой термин как „лишние деньги“ в этом мире практически не применим. Ты им кажешься самим воплощением золотого тельца. Даже Герцогам»
— «Ну должны же быть здесь богатые люди!», — устало выдохнул я, отмахиваясь от выскочившего из-за угла родственника боярыни-дипломата. Своим ходом доберусь.
— «Есть. Истинные»
Несмотря на то, что все кончилось благополучно, все выскочившие из ниоткуда кризисы купированы, а впереди робко забрезжил рассвет, облегчения мне всё это не принесло. Довольно неприятно вот так драться за семью, драться за свое будущее, воевать, по сути, со всеми, даже с собственным даймоном, а затем, после победы, узнать, что мир в мире зависит от кучки тварей, играющих в свои игры. Что будет, когда они найдут свою книжонку? Что будет, если они хотя бы нападут на её след?
— «Одним махом ты их никак не положишь, Кейн. А они…»
— «Да уж, некоторые из них способны гонять демона как шелудивую собаку. Только в отличие от демона, все твои навыки и знания, лорд, совершенно неприменимы»
— «К моему глубочайшему сожалению, тебе не досталось главной моей способности, дорогой потомок. Увы»
Об этом мой «родитель» рассказывал. Когда он был жив, то был способен проецировать поле, в котором наглухо отказывало все сверхъестественное, кроме самых-самых сильных проявлений. Он называл его Тишиной. Усилие воли — и всё, магия, колдовство, даже божественные силы, всё получало огромные повреждения, либо просто развеивалось. Достаточно было бы разок запустить такую штуку на собрании этих самых упырей — и мы были бы свободны.
Но чего нет, того нет.
— Подождите! Князь Дайхард! Подождите!! — на выходе из дворца меня поймал человек в ливрее служителя, а затем, многократно извинившись, пригласил вновь проследовать к Герцогам, вновь собравшимся в зале, где мы до этого вели переговоры.
— Ваше сиятельство, — взял слово один из них, — Изучив представленные материалы чуть внимательнее, и обсудив будущие перспективы сотрудничества с вами, мы пришли к выводу, что ваша доля, внесенная в будущее Америки, чрезвычайно недооценена. Скорость, с которой вы откликнулись на поспешную просьбу одного из наших подданных, старание, с которым вы отнеслись к проблемам этой, чужой для вас страны…
— «Удивительное дело, Кейн. Ты наблюдаешь рассвет разума в одном, отдельно взятом коллективе»
— В первую очередь, мы пришли к всеобщему решение официально признать ваш титул на нашей территории и даровать почетное гражданство Объединенной Америки, — продолжал раздавать авансы Герцог, — Во вторую, узнав о том, как трагически вы лишились дома на Руси, нами было принято решение передать вам дом в Нью-Йорке…
— Не совсем дом, это, скорее, дворец, — брюзгливо поправил выступающего Эрик Дарквилл, — Сам по себе он идёт лично от меня, но вкупе с двадцатипятилетним освобождением от уплаты аренды за землю и налога на недвижимость, может считаться подарком от всей Америки. Земля в Хавэн Гардене дорогая, князь.
— Владетельному князю мы не можем передать землю в Америке, но это обсуждаемо в дальнейшем, — выдал третий Герцог, улыбаясь так, как будто лично задарил мне как минимум троих своих внуков.
Действительно, рассвет разума. Хоть кто-то догадывается авансировать в будущее, а не рвать подметки у мимопробегающих. Лорд у меня в голове настроен скептично, предполагая, что нам только что выдали не самый лучший подарок, но коню в зубы мы смотреть не будем. Просто поблагодарим за то, что в первую очередь должно привязать изобретателя к новой стране, плюс озаботить её, страны, проблемами.
До моей новой собственности ехать оказалось куда меньше, чем до отеля, так что откладывать я с инспекцией не стал. Приняв все необходимые бумаги, выписанные и заверенные Дарквиллом прямо там, в зале, я принял предложение Герцогов одолжить один из их мобилей вместе с водителем, а потом отправился в элитный район Нью-Йорка, Хавэн Гарден.
Где и был поражен видом мрачного небольшого дворца, расположенного на верхушке крутого холма. Внушительное, похожее на собор с башенками, здание, выстроенное из темного, почти черного камня, кричало на всю округу о готическом стиле. На фоне вечернего неба оно смотрелось угрожающе, как огромный толстый кинжал, высовывающийся из холма. Мрачное, темное, щеголяющее несколькими острыми шпилями, оно было… высоким.
— «Шесть или семь полноценных этажей», — со знанием дела прокомментировал лорд Эмберхарт, — «Не считая подвальных помещений, чердаков и потайных ходов. Прямо как мой дом в миниатюре»
— «В миниатюре?», — мысленно хрюкнул подходящий к воротам этого вампирского гнезда я, — «Да тут…»
— «Раз в двадцать меньше моего замка Гримфейт», — с некоторой издевкой произнес лорд, — «Мы имели около пяти сотен слуг на весь замок, многие служили поколениями. Некоторые не выходили за пределы замка всю жизнь»
Вот что значит «лорд». Настоящий, не липовый, вроде меня.
— «Такой же, как и ты. Только прошедший муштру»
Ну тогда, получается, я наконец-то стал настоящим князем. С замком.
Глава 8
«Дорогой князь! Вы определенно уже в курсе, что вам был преподнесен в дар отнюдь не простой дом…»
Да уж.
Я хмыкнул, вспоминая как заранее составленное Герцогом письмо, так и того, кто мне его передал. Да уж, тот еще сюрприз.
— Прямо настоящий замок? — с сомнением спросила жена, перечитывая письмо, — В черте города?
— Скорее, укрепленный дворец в готическом стиле, — объяснил я, — или нечто похожее. Свободной территории нет, считай огороженный холм, на нем одно здание с отдельным гаражным выездом. Ни парка, ни озера, ничего. Зато внутри очень просторно. Места хватит на всё. Защищенность… проверим, Пиата уже бьет копытом, Азову тоже зудит.
— И даймон.
— И даймон, — виноватая улыбка сама по себе вылезла на мое лицо, — Кажется, именно из-за него, а также из-за общего вида дворца, Дарквилл нам его и всучил. А может, аренда виновата, Хавен Гарден один из самых престижных районов Нью-Йорка…
— Говоришь, он воспитан и вежлив? — Кристина задумалась, подходя ко мне вплотную.
— Да, очень приятный такой джентльмен. Зовут Аквариусом, — покивал я, обнимая девушку за плечи, — Только внешность…
Американцы. Подавляющая часть их знати, как нам уже было известно, представлена бесчисленными баронами, делящими между собой эту огромную страну. По сути и смыслу — жителями глубинки, заведующими фермерскими угодьями и миниатюрными производствами. А такие люди в своем абсолютном большинстве — верующие. С их точки зрения такой великолепный дворец и такой милый, образованный и вежливый даймон, пусть даже и выглядящий как человек с головой козла и багровыми глазами — сплошной сатанизм.
Эта проблема была и у нас в семье — Кристина человек верующий, хоть и без особого фанатизма.
— Я все должна увидеть собственными глазами! — твердо сказала княгиня, — Когда?
— Позже, — решил я, — Сначала мы проверим всё. Трижды.
Я Дарквиллу не верил ни на грош, как и всему этому обществу без названия, но теперь моё недоверие распространялось со страшной силой и на отель «Континенталь», чей владелец мне даже не представился на собрании. Неприятно и нервно, да. Только вот контракт с даймоном дворца Шарпрок, Аквариусом, контракт на его гримуаре заключал именно я. Козлоголовому, в отличие от всех остальных в этом городе, теперь довериться можно.
«Особые» даймоны и гримуары, которые используются в качестве чего-то стационарного, для меня секретом давно не были, но не являлись и целью изучения. С ними всё было довольно просто — не все энергетические существа одинаково полезны и не все умеют работать с маной живого человека. Некоторые только с магией. Волшебники заключали с такими сущностями контракты, помещая их не в свои личные будущие гримуары, а в книги другого порядка и применения. Результатом стали вот такие «хранители», которые, будучи помещенными на «драконью жилу», то есть подземный источник магии, пусть даже и слабый, вполне могли навешать и полноценному волшебнику, если тот сунется.