Заматерение (СИ)
А когда весь официоз завершился, мы стали прощаться и уговорились о времени нашей следующей встречи. Попутно они обратились ко мне с просьбой, рассмотреть возможность участия в нескольких общественных мероприятиях, организуемых как в столице, так и в других городах.
При прощании мы с Мартиной снова обнялись и расцеловались, а она шепнула мне на ушко, что я очень популярен в ГДР, как последовательный и непримиримый борец за мир во всём мире. А моё присутствие на тех митингах привлечет много публики. А я в ответ проворчал, что ещё припомню ей намёки про старого друга, и некоторые другие пикантные подробности нашего знакомства.
Она засмеялась и только потрепала мои длинные волосы и дёрнула за хвостик. Вот что значит верный друг — поделилась столь полезной для меня информацией. Всегда хорошо, когда есть что-то ценное для взаимовыгодного обмена. А мне от их союза понадобится очень многое, так что будем торговаться и договариваться.
Окрылённый такими перспективами, я принялся напропалую целоваться со всеми остальными девушками и женщинами, и надеюсь для них это было не менее приятно, чем для меня.
Хорошие и тёплые отношения никогда не помешают, так как нам с ними ещё много общаться и прорабатывать совместную реализацию замыслов. А спрашивается: какой женщине может не понравится расцеловать симпатичного киндера? Это же вложено в их природу, а немецкое три К включает — киндер, кухне, кирхе.
Несколько насторожено я вел себя только с Ангелой. В данный момент она камрад, но мне ли не знать насколько всё переменчиво в этом мире. И предстоит вежливо прощупать её на предмет — наша она, или уже нет. Надеюсь для этого представится время и сложится подходящая ситуация.
Сразу после завершения торжественной встречи, делегации наших и немецкая учёных были приглашены на приём в советское посольство, и посол объявил, что дата и время приёма будет уточнена с руководством делегаций.
А затем всех наших учёных повезли для заселения в отель, а мне представилась возможность вернуться к Веронике Степановне и Всеволоду Никитичу, которые заждались меня, чтобы ехать к ним в квартиру.
С мной остались только Людмила и пара сопровождающих, а большинство охраны отправилась в отель для отдыха. Но не успели мы пройти к дожидавшимся машинам, как нас перехватила группа журналистов телевидения ГДР, попросив дать небольшое интервью.
Они уже отсняли всю официальную церемонию встречи, и теперь хотят задать несколько вопросов самому молодому участнику международного конгресса.
Сложно было не дать согласие на столь вежливую просьбу и интервью затянуло наш отъезд почти на час. Он не прошёл для меня даром, и я смог определить темы, более всего интересующие общественность ГДР, так как не только отвечал на заданные вопросы, но и по старой одесской привычке часто отвечал вопросом на вопрос.
Было интересно узнать, что одной из наиболее популярных тем являлось моё заявление с трибуны международного конгресса учёных, и последовавшие вслед за ним выступления молодёжи и пацифистов с требованием резкого сокращения ядерных арсеналов всех противостоящих сторон.
Волна протестных акций прокатилась по улицам и площадям большинства столиц западных стран. И хотя рассчитывал на такой отклик, но сам не ожидал подобного размаха антивоенного движения.
Меня это порадовало, а вот правителей тех стран совсем даже наоборот, и они разразились бурной критикой и даже оскорблениями в адрес безответственного юнца. Следовательно мне необходимо крайне ответственно подойти ко всем своим заявлениям и действиям, не давая им ни малейшего шанса придраться к моим поступкам. Самому же скрутить им дулю в кармане, для собственного удовлетворения.
Думаю, что из этой беседы, журналисты смогут сделать неплохой репортаж, смонтировав подходящие фрагменты. А в целом я высказывался очень осторожно, неоднократно упомянул своё горячее и давнее желание посетить ГДР, и что ранее этому препятствовал лишь мой юный возраст и слабое знание немецкого языка.
Высказал радость, что наконец стою на немецкой земле и смогу запросто беседовать с её жителями. Упомянул о многовековом проживании немецких поселенцев в России, где они корнями врастали в наше общество. У нас много общего и одной из моих пра-пра бабушек была дочь немецкого инженера, работавшего в Москве.
И я всегда мечтал посетить её родину, узнать поближе народ. А дома прочёл множество книг видных немецких писателей и по ним составил свое представление о стране и её народе. Будет очень интересно сравнить его с действительностью.
В настоящий момент я вижу много плодотворных направлений для сотрудничества со своими немецкими товарищами, и о некоторых из них очень скоро станет известно. Но пока это останется секретом.
Всё общение старался проводить бойко и чётко, но к завершению интервью устал, что не преминули заметить репортёры. И потому они тепло поблагодарили за столь интересное общение и сделали комплимент, что я очень хорошо говорю по-немецки.
На что не преминул отшутиться, что было бы стыдно отставать от своего прадеда Всеволода Никитича, который говорит значительно лучше, так как языку его с самых пелёнок учила мать. И сразу перевёл стрелки на своих родных дожидавшихся меня.
Общение быстро переключилось на него так как журналисты пожелали узнать больше о моей семье. И Всеволод Никитич рассказал про свою работу в посольстве, где занимается вопросами сотрудничества в сфере образования, а также организацией обучения советских школьников из семей офицеров ГСВГ. Рассказал о жене, которая занимается в посольстве вопросами сотрудничества в области культуры и искусства. В завершение отметил мои успехи в освоении немецкого языка и достигнутый за год прогресс.
За это время я достаточно передохнул и в завершение поспешил выразить благодарность всем своим друзьям и близким оказавшим помощь в освоении мной немецкого языка. Поблагодарил замечательную девушку и моего хорошего друга — Хайди, ставшую моей наставницей и много сделавшую для этих успехов. Выразил благодарность всем немецким студентам, всегда помогавших мне, а также с теплотой и радостью встречавших в их общежитии.
Все они являются достойными представителями современной немецкой молодёжи, и со своей стороны я намерен расширить своё плодотворное сотрудничество с союзом свободной немецкой молодёжи, чтобы таким образом отплатить за проявленную ими заботу и помощь.
«Доброе слово и кошке приятно», а я нисколько не покривил душой. Я буду им очень полезен, и они также станут мне крепким подспорьем в совместных начинаниях. Брак по расчёту может быть крепким, если расчёт оказался верным. Мы представляем взаимный интерес друг для друга, а даст бог то сыщутся и мои немецкие единомышленники. Особенно по вопросам правильного воспитания подрастающего поколения.
Это задача не менее, а даже более значимая, чем всякие технические задумки. Правда в технике также необходимо создать организацию и подтягивать в неё гиков, а лучше всего объединить одних и других некой общей идеей.
* * *После официальной встречи и интервью, расслабиться и отдохнуть мы смогли только в квартире предков. Быстро накрыли на стол и тепло отметили их новоселье в Берлине и нашу теперешнюю встречу.
Квартирка оказалась небольшой, уютной и расположенной в хорошем районе. Радовало, что не на окраине, а недалеко от центра. С близко расположенными остановками транспорта. Для всех четверых места было маловато, но при моём росте метр с кепкой много простора и не требовалось и нас разместили с Людмилой в одной комнате.
В отеле мне предоставили бы отдельный номер, но дома и стены помогают. А мне к тому же очень хотелось потолковать с Всеволодом Никитичем и Вероникой Степановной. Так что засиделись мы далеко за полночь, обмывая встречу.
Все чертовски устали от речей и официоза и сказывалось отсутствие у нас навыка толкать многочасовые речи. А еще говорят, что слушатели засыпают оттого, что больше устают. Ну уж — дудки, я словно пару вагонов разгрузил! Вымотался полностью.