Танцующие пылинки (ЛП)
Я посмотрела на Киллиана. Он сидел, развалившись на стуле, положив левую лодыжку на правое колено. Несмотря на то, что он был одет в костюм, галстук был распущен и сбился набок, и в целом Киллиан выглядел растрепанным. Он даже не побрился.
Я осторожно пересекла кабинет и скользнула в кресло напротив него, и когда случайно подняла взгляд, наши глаза встретились. Его глаза были налиты кровью, выражение лица было раненым и яростным.
— Вы должны простить вид моего племянника, мисс Финч, — мягко сказал Джеймс. — Мальчик сегодня забыл о хороших манерах.
Я усмехнулась.
— Еще раз назовете мистера О'Ди мальчиком, я уйду из этого кабинета и никогда не вернусь.
Глаза Джеймса сузились, и я почувствовала, как жар взгляда Киллиана прожигает меня насквозь.
— Прости, у нас проблема?
— Да, ваше снисходительное отношение — это проблема.
— Скайлар, — предупредил Киллиан. Наши глаза встретились, он выглядел еще более злым на меня. — Мне не нужна твоя защита.
— С чего бы ей защищать тебя? — Джеймс отодвинулся от стола на стуле. — Может быть, потому что вы спите друг с другом?
Шок приковал меня к стулу.
— Удивлены, что я знаю? Серьезно? У вас был роман в здании, в котором я владею многими объектами недвижимости. И эти объекты недвижимости арендуют мои сотрудники.
— У тебя есть персональный шпион? — Киллиан с отвращением скривил губы.
— Нет. Ты меня не так уж сильно интересуешь. Просто один сотрудник видел, как вы целовались, когда выходили из лифта. Он спросил меня, знаю ли я о конфликте интересов, который это создает. Конечно, я не знал. Но знал ли я, что мой племянник безрассуден и незрел? Да. И это не стало неожиданностью.
— Мы больше не вместе, — сказала я.
Он фыркнул и указал на нас.
— Ясно. Эта тревога почти забавна.
— Джеймс, — предупреждающе сказал Киллиан, подавшись вперед в кресле, — не дави на меня.
Выражение лица его дяди потемнело.
— Нет. Это ты не дави на меня. Я заткнул рот сотруднику, который знает о вас. Я хочу, чтобы все средства массовой информации сосредоточились на Скайлар и альбоме, а не на сраном ошибочном романе с ее руководителем A&R. — Джеймс встал и обошел стол, сел на его край, рассматривая меня. — На улице шторм, мисс Финч. Большой кровавый шторм с твоим именем, и мы позаботимся, чтобы этот альбом попал в него.
Меня охватил трепет.
— Как?
— Ну, для начала, я подтвердил интервью в «Доброе утро, Британия». А потом мы отправляемся в Штаты. Там много крутых шоу, ведущие которых хотят, чтобы ты сидела на их диванах.
Что? Нет!
— Но…
— Лоис рассказала мне о твоей сделке с Киллианом. Я проверил контракт, и там действительно оказался твой маленький пункт о средствах массовой информации. — Он свирепо посмотрел на племянника. — Это было непродуманно.
Киллиан поднялся со стула и зашагал к дяде. Джеймс наблюдал за ним так, словно его до тошноты забавляло горе племянника.
— Если ты видел пункт, то знаешь, что я не обязана давать интервью.
— А так же размещать посты в своих социальных сетях, или общаться со своими поклонниками, и вообще делать все, что гарантирует успех этого альбома.
— Мы можем сделать этот альбом успешным и без всего этого.
— Возможно, — признал он, — но посмотри на свои социальные сети. Никто не комментировал твои странницы в сетях несколько месяцев, пока несколько дней назад не опубликовали фотографии тебя и твоей группы. Пока не напомнили, все забыли о тебе. Вот как это работает.
— Ближе к делу, Джеймс, — потребовал Киллиан.
Его дядя не смотрел на него. Он сосредоточился на мне.
— Я хочу сказать, что если ты не согласишься на то, что советует делать Лоис для презентации этого альбома, не будешь ходить на радио и телевизионные интервью, делиться всеми скучными мелочами твоей жизни со своими поклонниками, я уволю своего племянника.
Низкий хриплый голос Киллиана наполнил помещение.
— Ты сукин сын.
— И не только это. — Теперь Джеймс смотрел на своего племянника бесстрастно и холодно. — Я позабочусь о том, чтобы он никогда больше не работал в музыкальной индустрии.
От недоверия у меня отвисла челюсть.
— Вы станете угрожать члену своей собственной семьи из-за альбома?
Джеймс нахмурился, глядя на меня так, словно считал простушкой.
— Не просто альбом, мисс Финч. Альбом, надетый на фалды международной слезливой истории, которая захватила миллионы людей. Миллионы людей, которые купят альбом. На этом лейбле никогда не было такой возможности. Я намерен воспользоваться этим преимуществом.
Понимая, что он серьезно, я невидящим взглядом уставилась в пол. Я оказалась в ловушке. Снова.
— Хорошо. — Я встала, ноги немного дрожали, но я отказалась позволять Джеймсу увидеть меня побежденной. Я впилась в него взглядом, надеясь, что он почувствует силу моей ненависти. — Но когда все это закончится, и мы больше не будем юридически связаны, я сделаю своей жизненной миссией вас уничтожить.
Я ушла, бросив взгляд на Киллиана. Он уставился на меня так, словно не мог до конца поверить в происходящее.
— Ты нужна здесь завтра в восемь утра для съемки обложки альбома, — крикнул мне вслед Джеймс.
Вместо ответа я так сильно захлопнула за собой дверь кабинета, что окно в кабинете задрожало.
Евы дернула головой со своего места в другом конце помещения, но я не могла с ней разговаривать. Я сейчас не могла ни с кем говорить. Мне нужно было выбраться отсюда.
Я услышала, как позади меня открылась дверь кабинета Джеймса, а затем:
— Скайлар, подожди.
Киллиан схватил меня за руку, заставляя остановиться. Я уставилась на него.
— Отпусти меня.
Хватка на мне только усилилась и он прошипел:
— Не смей делать то, что он говорит. Не для меня.
— Ты хочешь потерять свою работу? Все, ради чего потратил столько времени и сил? Все, что ты любишь?
Осуждение омрачило его взгляд.
— Не все, что я люблю.
Я потянула свою руку, отшатываясь от него.
— Мне нужно идти.
— Не делай этого. Он не будет меня увольнять. Он не сможет, Скайлар. У него нет гребаной ноги, на которую можно было бы опереться. Он знает, что я подам на него в суд за незаконное увольнение.
— Ты знаешь, сколько времени занимают судебные процессы, Киллиан? Сколько денег? Что ты собираешься делать в это время? Ни один лейбл не свяжется с тобой, пока ты судишься с другим.
Разочарование отразилось на его лице.
— Блядь! — Он отвернулся, обхватив голову руками.
И я воспользовался этой возможностью, чтобы сбежать.
Ева уставилась на меня широко раскрытыми глазами, явно задаваясь вопросом, что, черт возьми, происходит. Я поспешила мимо ее стола.
— Скайлар! — крикнул мне вслед Киллиан. — Не делай этого! — Для кого-то другого он, вероятно, звучал сердито, но я слышала в его голосе отчаяние. — Не для меня! Ты меня слышишь? Скайлар!
Пока лифт спускался по зданию, в моей голове слышалось, как он выкрикивает мое имя. Киллиан прав. Мне не нужно было уступать. У меня был контракт, в котором все было оговорено. Но как позволить Джеймсу разрушить карьеру Киллиана? Для меня это был всего лишь год, может, полтора года несчастья, по сравнению с целой жизнью неудач и разочарований, с которыми столкнется мой любимый человек.
Я любила Киллиана.
Теперь я злилась на любовь, но это не означало, что она исчезла. Ее когти глубоко засели у меня внутри.
Любовь.
Было ли в этой жизни что-нибудь более сложное?
***
Несмотря на мое решение помочь Киллиану, честно говоря, какая-то часть меня цеплялась за веру, что он появится в отеле или, по крайней мере, позвонит, чтобы повторить, что я не должна уступать требованиям его дяди. Он этого не сделал. Никакого заявления. Никакого звонка.
Ночью я лежала в постели в гостиничном номере, и мой гнев на Киллиана рос.
Он собирался позволить мне пойти на поводу его дяди.