Танцующие пылинки (ЛП)

— Киллиан, — выдохнула я, сильнее обнимая его.
— Черт, — пробормотал он, прижимаясь своей щекой к моей. — Если мы не остановимся, — он сильнее толкнулся в меня и застонал, — я кончу в штаны, как неоперившийся чертов юнец.
Я хотела этого. Я повернула лицо, снова ища его губы.
Пока Киллиан расстегивал молнию на моих джинсах и стягивал их вниз, я смутно слышала, как зазвонил стационарный телефон. Когда он расстегнул молнию на собственных брюках, включился автоответчик, а затем по комнате разнесся звук привлекательного женского голоса с американским акцентом.
— Киллиан, это Дина. Я не могла вспомнить твой мобильный, но у меня на телефоне был сохранен номер твоего офиса, так что, надеюсь, ты не против, что я звоню тебе на работу. В любом случае, ты сказал, если я приеду в Глазго, чтобы тебя навестила. Лейбл послал меня посмотреть на одного парня, который произвел фурор на Ютуб. Я снова остановилась в «Блайтсвуде». Я пробуду там четыре дня. Мой номер здесь 07384121560. Мне было очень весело с тобой в январе, так что… Я очень надеюсь, что ты позвонишь.
Мы молчали, застыв. Этот телефонный звонок подействовал как ледяной душ.
Я толкнула Киллиана в грудь, чтобы высвободиться, не в силах смотреть ему в глаза. Я кипела от ревности. Не помню, что когда-либо испытывала такое удушающее жгучее гадкое чувство по отношению к любой из девушек, с которыми был Мики. Но при мысли о том, что Киллиан пойдет к этой Дине, мне захотелось выцарапать ей глаза.
Киллиан сильнее прижал меня к стене и схватил за запястья, прижимая мои руки к своей груди. Я чувствовала, как сильно и слишком быстро бьется его сердце.
— Ты же понимаешь, что я не собираюсь звонить ей, — сказал он тихо, но твердо.
— Знаю.
И все же я все еще не могла встретиться с ним взглядом.
— Посмотри на меня.
— Мне нужно вернуться в студию.
Киллиан издал звук разочарования и отпустил мои запястья только для того, чтобы схватить меня за подбородок. Мои глаза автоматически встретились с его, и он изучил мое лицо, нахмурив брови.
— Что происходит? Почему ты ворвалась сюда, обвиняя меня в том, что я не нуждаюсь в тебе так сильно, как ты нуждаешься во мне, когда я совершенно ясно даю понять, что чувствую к тебе, когда мы наедине? И какого хрена ты отталкиваешь меня из-за сообщения, оставленного женщиной, к которой я не собираюсь прикасаться?
Я сердито посмотрела на него.
— Ты сказал мне, что никогда не смешиваешь работу с удовольствием. Я думала, что я исключение. Оказывается, это не так.
В его глазах вспыхнул гнев.
— Я говорил тебе, что никогда не буду спать ни с одним из моих артистов или с кем-либо из моего лейбла. Дина — исполнительный A&R продюсер с лейбла в Нью-Йорке. Мы познакомились в начале года, когда охотились за одним и тем же артистом. Я совершенно забыл о ней до этого телефонного звонка. Конец истории.
— Ты был с Жасмин, когда трахал Дину?
Мускул на его челюсти дрогнул.
— Ты намеренно пытаешься устроить идиотскую ссору?
Я пожала плечами, чувствуя себя безрассудной, сумасшедшей и злой. И я даже толком не знала, почему!
— Нет, — прошипел Киллиан, прижимаясь своим лбом к моему. — Я бы никогда этого не сделал. Я не он.
Я втянула в себя воздух.
— Мы говорим не о нем.
— Я думаю, что это так, потому что я не сделал ничего, чтобы заслужить твою ревность или неуверенность, и, честно говоря, это выводит меня из себя. — Киллиан просунул руки между нашими телами, одной рукой приспуская брюки, а другой еще ниже стягивая с меня нижнее белье и джинсы. Жар пронзил меня — смесь негодования и возбуждения. — Я не он.
Он схватил мои запястья и прижал их над моей головой, глядя на меня так, словно был разочарован своим желанием ко мне, когда я так сильно его бесила.
И внезапно мне стало невыносимо грустно за нас, потому что я никогда по-настоящему не была ревнивой или неуверенной… до Киллиана. И единственная причина, по которой я бы так себя чувствовала — это если бы знала, что то, что у нас было, не продлится долго.
Я обмякла в его объятиях.
 
— Я никогда не была такой с ним. Он никогда не заставлял меня чувствовать себя так.
На короткую секунду в глазах Киллиана вспыхнуло удивление, но затем его охватила свирепость, которую я не понимала, пока не почувствовала горячий жар твердого члена, толкающегося между моих ног. Похоть боролась с моей непрошеной грустью.
— Киллиан.
— Я твой, — резко выдохнул он мне в губы. — До сих пор я никогда никому не принадлежал. Понимаешь?
Я покачала головой, не уверенная, что этого было достаточно. А затем Киллиан вошел в меня, накрыв мой рот своим, чтобы заглушить мой крик. Он вошел в меня, наши губы приоткрылись, а дыхание участилось от желания.
— Я твой, — повторил он, делая еще один толчок. — Ты моя. Скажи это.
— Киллиан…
Я откинула голову к стене, мои глаза закрылись, и потрясающее ощущение охватило мое тело. Я хотела забыть свои страхи. Я просто хотела почувствовать его внутри себя, потому что, когда мы были такими, казалось, что это навсегда.
— Посмотри на меня. — Киллиан схватил меня за затылок, заставляя поднять голову, и я открыла глаза, чтобы посмотреть в его глаза. — Я твой. Ты моя. Скажи это.
Но я не смогла заставить себя, и Киллиан накрыл мой рот своим и принялся вбиваться в меня сильно и быстро. Не потребовалось много времени, как напряжение внутри меня лопнуло, и Киллиан проглотил мой крик облегчения, затем оторвался и прижался своим лбом к моему. Его бедра замерли, а затем задрожали, и он кончил.
Мы ловили воздух смешивая наше дыхание.
— Я твой. Ты моя. Скажи это.
Проблема была в том, что я не была уверена, что действительно верю в это сейчас. Я верила, что принадлежу ему. Но я также верила, что он принадлежал этому лейблу больше, чем принадлежал мне.
— Прости, что я ревновала, — прошептала я. — Все это… альбом… Я… Это делает меня немного эмоциональной.
— Скайлар, — его голос был жестким, глаза впились в мои, — скажи это. Или я перегну тебя через свой стол и отшлепаю твою голую задницу, пока буду трахать тебя. Сильнее, чем тебя вообще трахали.
Возбуждение вспыхнуло во мне при этой мысли, борясь с негодованием. Часть меня хотела, чтобы это произошло. Но это только еще больше сбило бы меня с толку.
— Хорошо, ублюдок. Я твоя.
— А я твой.
Я опустила взгляд, и Киллиан выругался себе под нос, затем обхватил мое лицо руками и поцеловал. Это был глубокий и одурманивающий поцелуй, и я почувствовала, как он вливается в меня, пока снедавшие тревоги не отошли на задний план. Когда Киллиан отпустил меня, его голос был полон эмоций.
— Я не хочу потерять тебя. Ты должна в это поверить, Скайлар.
Услышав искренность в его голосе, я, наконец, расслабилась и прижалась щекой к его груди. Я почувствовала, как Киллиан с облегчением всем телом обнял меня.
— Я упрямая, — прошептала я.
— Я знаю.
— Иногда мне может потребоваться время, чтобы услышать тебя.
— Это я тоже заметил.
— Мне жаль, что я ворвалась в твой кабинет и спровоцировала тебя на секс.
Киллиан задрожал, прижимаясь ко мне, в его голосе зазвучал смех.
— Не могу сказать, что я особенно расстроен из-за этого.
Мы снова принялись целоваться, мягко и сладко, интенсивность нашей страсти чуть утихла после признания. Когда Киллиан осторожно вышел из меня, я прикусила губу.
— У тебя есть чем я могу вытереться?
Он отодвинулся, не позаботившись застегнуть молнию на ширинке, и открыл дверцу того, что я раньше принимала за канцелярский шкаф.
— Я не знала, что у тебя здесь есть отдельный туалет.
— Стой.
Киллиан исчез внутри. Когда вернулся, уже приведя себя в порядок, то держал в руке мокрое полотенце.
Я потянулась за ним, но Киллиан уклонился с собственническим выражением в глазах, затем шагнул обратно ко мне и прижал прохладную ткань между моих ног. Он наблюдал за мной, пока приводил меня в порядок. Возобновившееся покалывание зажгло меня, и я покраснела от того, как легко этот мужчина меня заводил.