Танцующие пылинки (ЛП)

Ева подняла глаза от своего стола, когда я появилась в поле зрения.
— О, Скайлар. Ты здесь… Ну, что ж. Мистер О'Ди не хочет, чтобы его беспокоили!
Она пискнула, когда я прошла мимо, и толкнула дверь кабинета с такой силой, что она распахнулась и ударилась о стену.
— Что за… — широко раскрытые глаза Киллиана метнулись ко мне. Он прижимал телефон к уху. — Прости, Ксандер, я перезвоню тебе.
Я стояла и смотрела на Киллиана, скрестив руки на груди в знак протеста, пока он, глядя на меня, вешал трубку.
— Простите, мистер О'Ди, она проскользнула мимо меня, — задыхаясь, сказала Ева мне в спину.
— Все в порядке, Ева. — Он нетерпеливо махнул ей рукой. — Закрой, пожалуйста, дверь.
Я отошла в сторону, чтобы Ева протянула руку и закрыла дверь.
Киллиан поднял бровь в той напыщенной манере, которая всегда действовала мне на нервы.
— Ты называешь это профессионализмом? Всегда так драматично.
Я даже не вздрогнула от этого намека. Больше не позволю до меня добраться. И, честно говоря, я реально довольно драматично вступила.
— Ну, я не была уверена, что ты вновь не проигнорируешь меня, а это дело не может ждать.
— Я не игнорировал тебя.
О'Ди встал и обошел стол. Затем небрежно оперся на него, скрестив лодыжки.
— Я был на конференц-связи. Итак, теперь, когда ты привлекла мое внимание, что же такого важного произошло, что не могло подождать?
— Отэм.
При упоминании имени сестры, Киллиан оторвал свой зад от столешницы.
— Что с ней?
Такая забота чуть смягчила мою ненависть к нему.
— Ты знаешь, что Отэм порвала с тем парнем.
— С Дарреном? Да, она сказала мне вчера.
Я прерывисто вздохнула.
— Это может показаться безумием, но я знаю, что это не так. Сегодня ко мне пришла Отэм, и я заметила синяки у нее на предплечье. Это было похоже на захваты от пальцев. Как будто кто-то схватил ее. Сильно и жестко.
Лицо Киллиана мгновенно потемнело.
— Я пессимист и все время думаю о наихудших сценариях, верно? Поэтому спросила ее об этом парне, пытаясь разведать ситуацию.
— И?
— Отэм сказала, что они расстались, поэтому я сначала перестать думать о синяках. Но при этом она вела себя замкнуто и изворотливо, а мы оба знаем, что Отэм не такая. Твоя сестра, как правило, чертова открытая книга. Ради бога, я знаю каждую деталь того, как она потеряла девственность.
Киллиан поморщился.
— Не это главное, извини. Главное, что она была странной и не походила на саму себя. А потом этот парень, Даррен, начал названивать ей на мобильный. Она велела мне не обращать внимания. Но он позвонил ей еще дважды. Настойчивый ублюдок. И с каждым его звонком Отэм становилась все бледнее и бледнее. Потом пришло сообщение. Мне не удалось увидеть его полностью, но то, что попало в поле зрения, выглядело угрожающе. И, О'Ди, она пыталась скрыть это, но выглядела напуганной.
Я и раньше слышала фразу «грозное выражение», но до этого момента никогда не видела в действии. Киллиан, казалось, был готов сразить Даррена молниями из своих глаз. В волнении он принялся ходить по кабинету.
— Есть вероятность, что я ошибаюсь, верно? Конечно, есть. Но моя интуиция подсказывает, что что-то происходит, и я подумала, что, если какой-то парень преследует Отэм, это должно прекратиться.
— Да, я позабочусь об этом.
Голос Киллиана грохотал мрачным возмездием.
И мне было все равно, что, если я права и этот парень издевается над Отэм, Киллиан заставит его заплатить. Несколько лет назад я бы осудила месть. Но что-то случилось со мной, когда я поняла, что убийцы моей матери, вполне возможно, избегут правосудия. Я больше не видела мир черно-белым. Теперь во мне жила тьма.
Так же, как я чувствовала себя защищенной, зная, что Киллиан угрожал Уэлшу, чтобы тот больше не смог причинить мне вреда, я была не против, чтобы он сделал то же самое, чтобы защитить Отэм. Отэм, которая была лучше нас двоих вместе взятых. Она заслуживала защиты от темных сторон человеческой натуры.
— Я знаю, что ты позаботишься об этом. Вот почему я пришла прямо к тебе.
 
Наши взгляды встретились, и на мгновение злость, отражавшаяся на наших лицах, сменилась чем-то более сложным и глубоким: чем-то, что сближало нас, даже когда мы стояли на противоположных концах кабинета.
Близость.
Мы с ним были так похожи во многих отношениях.
Наверное, до этого момента я не понимала всего этого.
— Спасибо, — хрипло сказал он, — за то, что рассказала мне.
Мне пришлось прочистить горло от бурлящих во мне эмоций.
— Ну, — я опустила взгляд и повернулась, чтобы открыть дверь, — Отэм мне небезразлична.
***
На следующее утро меня разбудил громкий стук.
Мне потребовалось время, чтобы понять, что кто-то стучит в дверь квартиры. Застонав, я выбралась из постели, натянула шелковый халат, который купила мне Отэм, и распахнула дверь спальни, забыв в своем сонном состоянии о хрупкости запястья.
— Черт, — прошипела я, потирая его.
Стук продолжался.
— Кто там?! — крикнула я, вне себя от раздражения.
— Скайлар, открой дверь! — отозвалась в ответ Отэм.
Беспокойство, наконец-то, вырвало меня из тумана, и я поспешила по коридору. Отэм открыла дверь своим ключом, но не смогла пройти через дверную цепочку.
Как только я сняла ее, Отэм распахнула дверь, и мне пришлось отскочить в сторону. Она пронеслась мимо меня, грохоча каблуками по коридору. Я закрыла дверь квартиры и последовала за ней в гостиную.
— Как дела? — осторожно спросила я, потому что начинала понимать, что Киллиан рассказал ей о моих подозрениях.
Отэм повернулась, ее прекрасные каштановые волосы закрутились вокруг нее, прежде чем безупречно рассыпаться по плечам. Серьезно, как она это делала?
— Ты сказала ему, — фыркнула она, отвлекая меня от моих сонных мыслей.
— Хм? — Я притворилась, что не понимаю.
— Скайлар, это не шутки.
Я напряглась.
— Что случилось?
— Ты должна была догадаться, что это произойдет. Брат допросил меня, а я не могу ему лгать, поэтому он выследил Даррена и ввязался в кровавую драку.
Беспокойство пронзило меня.
— С ним все в порядке?
— Нет, Киллиан выбил из него все дерьмо.
— Я говорю не о Даррене, — воскликнула я. — Мне плевать, если твой грубый, преследующий бывший парень получил то, что ему причиталось. С Киллианом все хорошо?
— Мой брат в порядке. Сосед позвонил в полицию, но Даррен, к удивлению, отказался выдвигать обвинения.
Она скрестила руки на груди и рассматривала меня, как будто никогда раньше не видела.
— Ты угадала, ладно. Даррен стал контролировать ситуацию. Он ударил меня во время ссоры, а когда я попыталась уйти, не отпустил мою руку. Я закричала, и он отпустил меня, по-видимому, в его квартире тонкие стены. Он попытался извиниться, но я уже порвала с ним. Он постоянно звонил мне и говорил вещи, которые были… тревожными.
— Что-то вроде сталкерства?
— Да. Но… Я знала, что если скажу Киллиану, он поступит так, как случилось и даже хуже. Вот почему я не сказала ему, и хотя знала, что ты подозреваешь, что что-то не так, я никогда бы не подумала, что ты объединишься с Киллианом, не говоря уже о том, что он пойдет за Дарреном.
— Ты сама сказала, что Киллиан наказывал всех, кто причинил тебе боль в прошлом.
— Да, обычно, преследуя их карьеру или давая строгое, угрожающее, многословное предупреждение, используя связь его отца с преступным миром. Но до сих пор никто никогда не причинял мне физической боли, и я знала, что брат отреагирует физически в ответ. А это ненормально. И не могу поверить, что ты это поощрила! Это не правосудие, Скайлар. Это месть!
Я недоверчиво нахмурилась.
— И все остальное, что он сделал, чтобы защитить тебя — это не око за око? Конечно, это так, Отэм. То, что он не использовал кулаки, не означает, что это не была месть. Нет никаких точных признаков мести. И знаешь что, я не вижу ничего плохого в том, чтобы он вселил страх божий в парня, который ударил тебя и собирался преследовать в отместку. Это была угроза, и она спасет тебя от жизни в страхе перед психом. Так что, да, меня это устраивает.