Пятнадцать ножевых. Том 5 (СИ)
— Это ты для этого лошадку пристрелил?
Петя пошел в атаку, играя бровями и поглядывая на Ким.
— А ну цыц! — сразу заткнул его Горгадзе. — Я бы на тебя посмотрел, герой, в бою.
— Первый же рейд, и я еду! — завелся Бубнов.
Атмосфера за столом напряглась. С чего петушиться? Я попробовал борщ — вкусно. Только сметаны не хватает. Посмотрел на Женю. Она мне подмигнула. Смешливая девочка, ничего ее не берет.
— Конина очень диетична, — Тоня попыталась сгладить ситуацию. — Ее даже диабетикам рекомендуют.
Слава богу разговор перешел на еду. Кто что любит, чего афганского можно тут есть — все эти пловы, манты и прочие шашлыки. Горгадзе, разумеется, отстаивал достоинства кавказской кухни. Настоящие шашлыки только в Грузии, манты здесь не манты, а так, смех один, аджапсандали даже рядом не стояли с теми, что делает мама из кабачков дома. Ну мамина еда она завсегда лучше. Тут даже спорить не о чем.
— Мне мороженого не хватает, — вставил я свои пять копеек. — Эскимо, а еще лучше ленинградского. В шоколадной глазури…
— Черный хлеб! Ржаной!
— Глазированные сырки!
Посыпался список кулинарных бедствий коллег. Снабжение группы войск было на уровне, но армейская еда есть армейская еда.
— Скажи-ка, Панов, — внезапно оживился зам Горгадзе Кубарев. — А тебе не жалко было добивать афганцев?
Вопрос с гнильцой. И откуда только знает? Уже все доложили в бригаду? Да еще в таких подробностях?
Коллеги перестали есть, все смотрели на меня с напряжением. Даже Ким. Тут надо аккуратно.
— Евгений Александрович, майор Агашев был тяжело ранен. Фельдшер Тихонов контужен. Я отвечал за всех. И за женщин в том числе.
Ага, подействовало. Врачи начали переглядываться.
— Если бы я не добил духов — они бы навели на нас новый отряд. Или даже пустили пулю в спину. Вы бы на моем месте как поступили? Организовали бы нашими силами эвакуацию раненых бандитов? Начали оказывать первую помощь?
Безотказный вариант — давай, Кубарев, расскажи нам, как бы ты сам действовал.
— А что, товарищи, сегодня в полковом клубе показывают? — анестезиолог решил соскочить с темы. — Кажется я видел несколько коробок с фильмами, что привезли вертолетом.
— Да лишь бы не опять про горы, — вспомнил я «Синьора Робинзона».
Фильм, похоже, видели все, заулыбались, живо представив такой кинотеатр у нас.
На том обед и закончился. Меня, если честно, в первую очередь волновал сеанс связи с домом, а не название фильма. Один хрен показывать будут подъемно-патриотическое, если не «В зоне особого внимания», то «Освобождение». Или убитую копию чего-нибудь стародавнего, в которой из-за склеек обрывов ленты отсутствует минут пятнадцать.
Естественно, скучать мне больше не дали. Появился в поле зрения командования — вперед, солнце еще высоко! Мне выделили санинструктора из срочников и отправили на те же перевязки. А чего хотел? Прокрастинация — это не про военных медиков в гарнизоне воюющей армии. Особенно, когда необходимая ловкость рук еще не появилась. А с чего ей быть, если я за все время пребывания здесь умудрился всего один день полностью отработать?
Я даже провел супероперацию по извлечению осколка из-под кожи. Когда попало, боец внимания не обратил, решил, что поцарапался где-то. Кровотечения особого не было, а потом ожидаемо началось воспаление. Короче, до совместной славы Вишневского и Бурденко мне совсем немного осталось. Вскрыл, удалил, обработку произвел. Без рентгена, правда, но здесь на такие условности внимания не обращают. Молодец, Панов, смотришь, настоящим военным врачом еще станешь!
* * *Гриша Демичев сам нашелся, искать не пришлось. Прихромал со своей сухой мозолью.
— Привет, Пан! — завалился он в перевязочную. — А я услышал, что вы вернулись, дай, думаю, зайду. А то Героя получишь, загордишься, — хохотнул он. — Будем ногу лечить?
— Ну давай, — согласился я. — Сейчас таз с теплой водой организуем.
— Боец, что сидим? — прикрикнул связист на санинструктора. — Доктор сказал организовать, ты чего до сих пор здесь? Мухой метнулся, связь под угрозой!
Пока Гриша парил ногу, я рассказывал о наших приключениях. Демичев только присвистывал.
— Везучим у вас кто-то оказался. Чудом вылезли. Мало того, что из вертушки целыми выбрались, так еще и душманы придурками оказались. Гранат у вас не было. Кстати, почему?
— Тоже по дурке, наверное. Сами не подумали, а единственный, кто подсказать мог, в отключке, считай, лежал. А потом уже поздно было возвращаться да искать. К тому же там такое внутри творилось… Не факт, что и нашли бы. Давай ногу, вот сюда.
Мозоль оказалась хоть и большой, но не сильно разросшейся, и удалить ее получилось довольно быстро. Санинструктор Егор, вдохновленный суровыми воплями связиста, бережно наложил повязку.
— Освобождение от строевой подготовки писать? — спросил я, доставая из ящика стола бумагу.
— Только от политзанятий, — засмеялся Гриша и подмигнул. — Давай, как освободишься, подходи, перевязку проверять.
Ну и всё — рутина, она и здесь такая же. Люди болеют большей частью одними и теми же болезнями, примерно одинаково. Вот медики и занимаются с разными вариациями приблизительно одного и того же. Нет, случается иногда радикальный пересмотр взглядов на что-то, но это не меняет общего течения. Так что ничего интересного не произошло в этот день.
А вот вечером случилось. Как раз когда я собрался к Грише и почти неспешно шел по направлению к связистам. Остальные, кто посвободнее, те в кино намылились. Не угадал я с репертуаром. Комедия сегодня демонстрировалась. Почти свежая, кстати, вроде прошлогодняя. «Будьте моим мужем» с Мироновым и Прокловой. Не помню подробностей, чем там дело кончилось, наверное, преодолев все преграды, всё же поженились, и даже прицеп не помешал.
Откуда вынырнула Ким, я не понял. Если честно — не очень смотрел по сторонам. Так что когда меня кто-то взял под руку, это стало для меня полной неожиданностью.
— Андрей, а ты тоже в кино? — спросила Женя. — Пойдем вместе.
Вот же нежданчик… Караулила она меня, что ли?
— Нет, хотел зайти к знакомому, у него мелкая манипуляция была сегодня, посмотреть, что там. Ну, и заодно поболтать о своем мужском, — попытался я отсечь возможное падение на хвост. Мне с Аней поговорить надо, а не шуры-муры разводить. Нет, разводить все-таки надо — один, да на войне я точно умом тронусь. Или сопьюсь, как Капец. Но точно не сегодня.
— Ну ладно, — неожиданно легко согласилась Женя. — Проведешь меня к клубу?
Пришлось согласиться, хотя провожали больше меня. Или демонстрировали? Хотя объект для показа я так себе: звание мелкое, должность мизерная. А что к ордену представили — так в этих местах такое не редкость. Или я иду в качестве катализатора, чтобы потенциальный кавалер быстрее шевелился? А вот не знаю. Скорее всего, чтобы другие не приставали.
А вот это мероприятие запланировано не было. Сначала бахнуло не сильно. Потом раздался мощный такой свист и базу накрыло несколько разрывов.
Кто-то закричал: «Мины!». В воздух сразу полетели ракеты. Народ шустро начал разбегаться. Я тоже был ученый — старшие товарищи объяснили, как действовать. Дернул за собой Ким, нырнули в ближайший окопчик. Упал прямо сверху. На все мягкое, фактурное.
— Андрей, ты мне юбку задрал.
И говорит Женя таким… ну спокойным голосом. Типа давай, продолжай. Я попытался отползти, но где там… Окопчик маленький, узкий. Как раз для таких целей и вырытый. В смысле прятаться, а не обжиматься.
— Сейчас попробую вернуть ее на место, — я нащупал ногу, провел по ней, пытаясь найти подол. Вот же засада!
— А сейчас ты дошел до трусов.
Недалеко от нас бегал какой-то солдатик, наверное, как и мы, впервые попавший под обстрел. Движения его напоминали финальный танец обезглавленной курицы. Вдруг к нему подбежал сержант, схватил за грудки, а потом отвесил подзатыльник, от которого голова первого военного ощутимо мотнулась. Из последующего вопля, если вычленить мат, можно было выяснить, что сержанта интересуют две вещи: где место бойца по боевому расписанию, и почему он до сих пор не там.